В лапах зверя - Мария Зайцева

— Малыш, девочка моя… — голос Сандра тяжелый, задыхающийся, словно он двигается, причем, в быстром темпе, — я за тобой приду. Обязательно. И очень скоро. Ты веришь мне?

— Да… Да…

— Как у тебя ее телефон оказался?

— Она… уронила… И я взяла. Никто не заметил.

— Так. Значит, скоро хватятся, — говорит он, и его жесткий голос действует на меня сейчас умиротворяюще. Я верю, истово верю, что все будет хорошо. Теперь обязательно будет! — Послушай, малыш, телефон положи там, где он лежал, поняла? Мой звонок сотри из книги. И просто жди меня. Я скоро. Поняла?

— Да… Да…

— Малыш… — он хрипит, уже тихо и очень убедительно, — я люблю тебя. Слышишь?

— Да… — словно в трансе, повторяю я, и слезы текут по моему лицу, мешая говорить, — да… Я тоже… Тоже… Люблю… Сандр… Если ты не успеешь, то я хочу…

— Я успею, — перебивает он меня, я слышу фоном какие-то, возбужденно бубнящие голоса, — я успею, малыш. Без вариантов. Поняла?

— Да…

— Делай сейчас, как я говорю. Время потянем. И делай вид, что не видела телефона, ничего про него не знаешь.

— Да.

— Я уже еду. Я знаю, где ты. Просто дождись, малыш.

— Да. Я дождусь.

Он отключается, я тут же стираю вызов из книжки и кладу телефон не туда, где он лежал, а под кровать кидаю. Потому что на то место, где он лежал изначально, я падала. И это сто процентов вспомнят.

Скукоживаюсь на кровати, всхлипываю от возбуждения и надежды.

Он уже знает, где я.

Он приедет! Приедет!

И… И он любит.

Почему-то это мне так важно сейчас. Единственно важно.

__________________________

Ты меня любишь. Это так странно.

Это так ярко, словно виски

Протуберанцем, выжженной раной,

острою болью сжали тиски.

Я не летаю, я не танцую

Бабочки сдохли, пеплом — и вниз!

Я умираю, я атакую,

Яростно скалясь, жму эту жизнь.

Наши мгновенья — это отрава.

Я погибаю, тоже любя.

Ты меня любишь. И это право

Я заслужила, веря в тебя.

8.04.25. М. Зайцева

___________________________________

Мои хорошие, следующая глава от Сандра... Там будет остро и матерно.

И пока приглашаю вас заглянуть в летнюю историю ЛЕТНЯЯ ПРАКТИКА (https:// /shrt/grr9), на которую сегодня скидка 35%! Горячее солнце, песок, невероятно брутальный байкер и скромная учительница... Они зажгут!

А завтра, 9.04, будет скидка на ЭЛЛИ И ЗВЕРИ (https:// /shrt/ggx5). Это молодежка, МЖМ, там нереально горячие близнецы и дерзкая девчонка) С первой главы огнище)

Глава 71. Сандр

— Телефон в торговом, — бубнит в трубку Петрович, пока я выбегаю из дома и сажусь в машину. — Все нормально, погулять пошла девочка… Сандр… По локации похоже, что близко к отделу Насти.

— Хорошо, — говорю я, не трогаясь с места и силой разжимая кулак. В нем того и гляди сдохнет очередной телефон, не вынесший своей тяжелой жизни в моей лапе. — Людей туда. Но не лезть, просто смотреть. Я сам.

— Принял, — говорит Петрович и отключается.

А я выдыхаю.

По крайней мере, в этот раз она в городе.

И никто ее не прихватил куда-то с собой на блядки.

Единственный способный на это человек сейчас сильно занят, добывая еду и жратву в поезде без единого рубля в кармане. Скоро приедет, кстати. Любопытно будет на его рожу посмотреть. Даже забавно.

Брат, конечно, сделал херню, но я уже успел успокоиться по его поводу.

А вот то, что Лика, не послушав меня, все-таки рванула из дома, очень плохой признак!

Это значит, что она поверила сучке Вике и теперь в полной уверенности, что разбивает счастливую беременную семью.

Черт!

Снова накатывает вообще не конструктивная злость, часто в последнее время меня посещающая. И всегда, вообще всегда, связанная с этой девчонкой.

Правда, сейчас я злюсь на себя.

На то, что не умею, оказывается, нормально разговаривать с женщинами. Парадокс, всегда думал, что умею. Ну, или если не умею, то не парился по этому поводу. Кому надо — поймут. Кто не поймет — пойдет нахуй.

Но сейчас… Она… Она очень молоденькая. И очень нежная. И ранимая… Какие у нее глаза были, когда услышала про беременность!

Черт, мне надо было с ней оставаться! С ней! И объяснять! Не надеяться, что поймет и дождется, а объяснять! Давно уже надо было объяснить ей ситуацию с моей женитьбой, с Викой, да хотя бы просто сказать, что я в разводе!

Но я почему-то был уверен, что время еще есть. И что Лика подождет.

А его нет, этого времени!

И Лика ждать не согласна!

Успокоившись, снова набираю Петровича:

— Что по охране в доме?

— Диверсия, — коротко отвечает Петрович, — уже выяснил. Люди Урала постарались.

— Зачем? Чтоб в дом зайти? Глупо.

— Ну… Этот старый маразматик любит повыделываться на публику. Понты — наше все.

— Нелогично.

— Это тебе, мальчик индиго, нелогично. А для некоторых персонажей логика — не самый любимый предмет. Я Урала давно знаю, вполне в его духе.

— Хм-м-м… Объявление войны?

— Да. Он не мог не понимать, что будет после этого.

— Ясно. Ты знаешь, что делать.

— А то…

— Отец?

— Пока не может вернуться, звонил только что.

— Не надо его тут, сами решим.

— Он расстроится.

— Пусть лучше жопу нам прикрывает.

— Согласен. Сандр… — Петрович мнется, словно прикидывает, стоит ли ему говорить следующие слова, — насчет девочки… Поругались вы? От тебя сбежала? Это я к тому, чтоб понять, как с ней говорить… Если придется.

— Не лезь в это, — холодно говорю я, — твои люди уже в торговом?

— Подъезжают.

— Хорошо. В курсе меня держи.

— Принял.

Он отрубается, и я, снова выдохнув и прикурив, выруливаю с парковки у дома. Сейчас я сам приеду в торговый и найду свою потерю.

И в этот раз я буду с ней сначала разговаривать, а потом наказывать и трахать. Ну, или совмещу последние два пункта.

Звонок с очень знакомого, но, само собой, не вбитого в книгу номера, настигает, когда я уже на полпути.

— Сандр? — голос Сурена звучит жестко до крайности, — моя дочь сейчас в торговом центре у вас где-то. Одна.