Невеста для тирана - Майя Бессмертная

Мила

*****

Нечеловеческий женский визг раздаётся совсем близко от меня, и я подскакиваю на кровати, как ужаленная. Сканирую комнату ошеломлённым взглядом, отрывисто дыша, и пытаюсь понять, мне привиделся этот крик, или это – пугающая явь?

Смотрю на Никиту, который в одних боксерах стоит у двери, и испуганно вращаю глазами. Похоже, это всё же не сон – любимый сосредоточен и прислушивается к каким-то шагам в коридоре.

Хлоп!

И створка в одно мгновение распахивается, явив моему взгляду моего ехидно улыбающегося супруга с пистолетом в руках. Купцов от удара дверью отлетел на метр и, больно ударившись копчиком о кушетку, осел на пол, держась за рану от огнестрельного ранения.

Подскакиваю с кровати, стремясь помочь Никите, но супруг останавливает направленным на меня пистолетом. Приходится сесть назад и наблюдать за хладнокровными жестокими действиями Юрия.

– Добро утро, голубки.

Бросаю беглый взгляд на часы – шесть утра. Откуда здесь, чёрт возьми, взялся Митрофанов? И как он нас нашёл? Я ведь даже с отцом не смогла поговорить, и единственный человек, который знал, где я – Инна.

Но, ей – то зачем меня выдавать?

Мой ненавистный муж одним прыжком настигает Никиту, хватая его за руку, и заламывает её за спину, сгибая любимого пополам.

– Отпусти его!

– Отпущу. Всех скоро отпущу, не переживай, родная.

Юрий расплывается в дьявольской улыбке, заливисто смеясь, и, тыча пистолетом в голову Никиты, приказывает:

– Быстро спускайся вниз.

Испуганно вскакиваю с кровати, и, срывая со стула шифоновый халатик, бегу по ступенькам в гостиную, осматривая собравшихся там людей.

Господи! Да Митрофанов провернул целую операцию!

На кресле, с обречённым лицом, сидит Оля. Её руки связаны за спиной, а на правой щеке расплылся сине-фиолетовый огромный синяк. Кошмар, её били, очевидно, пытаясь выбить сведения о моём местонахождении!

Подруга поднимает на меня свои заплаканные красные глаза, и шепчет:

– Мила, прости, я не хотела.

На диване, неловко прислонившись к подлокотнику, пытаясь развязать связанные руки за спиной, полулежит Инна. На ней – изумительной красоты шёлковая ночнушка, расшитая бисером. В её рту вставлен кляп, чтобы не кричала.

Значит, это её визг я слышала по пробуждению.

Привязанный к стулу, возле обеденного стола, смирно сидит Егор. На мужчине – смешные плавки с изображением совокупляющихся Микки-Маусов. Очевидно – подарок заботливой развратной жёнушки. Кляпа у него во рту нет, лицо мужчины сосредоточенно и спокойно.

Даже странно.

У окна стоит ухмыляющийся Тимур, который, увидев меня, расплывается в облегчённой улыбке. Так вот, кто помог моему муженьку связать всех ни в чём неповинных, мирно спящих людей.

– Доброе утро, Эмилия Игоревна, очень рад вас видеть в добром здравии.

– А я не очень.

– Ну, уж извиняюсь. Присаживайтесь.

Начальник службы безопасности отодвигает стул, стоящий у окна, и кидает на него ухмыляющийся взгляд. Мне не нужно повторять дважды. Осторожно сажусь, и тут же мою талию прочно перехватывает верёвка.

– Кричать будете?

– Нет.

– Чудесно, тогда обойдёмся без кляпа.

С моего места отлично видно всю комнату, как в зрительном зале. Скорее всего, Тимур специально выбрал именно это место для меня.

Значит…

Испуганно смотрю на лестницу и вижу, как там появляется довольный Митрофанов с пистолетом в руках. Вслед за ним появляется Никита – измученный, с расплывающимся синяком под глазом, и я испуганно ахаю. Он с ненавистью смотрит на своего соперника, но покорно идёт следом, находясь на мушке.

Тимур подскакивает к Никите, и быстро связывает ему руки за спиной, вставляет какую-то старую тряпку в рот, а потом, как мешок с картошкой, небрежно кидает на диван, рядом с Инной.

– Всё готово, Юрий Александрович.

Пешка почтительно кивает боссу, отстраняясь к окну.