Воробышек - Олли Ро

ЕВА

Все плывет словно в тумане, а голове пульсирует один единственный вывод – пиздец.

И никакое более приличное слово не подходит для описания этой картины тотального провала.

Эпик фейл!

Слишком поздно мы заметили Вениамина, чтобы понадеяться, что он не заметил мою руку в Егоровой ладони, немного исцарапанный голый торс Королева, с небрежно перекинутой через плечо футболкой, мое взъерошенное гнездо на голове и мятое платье, под которым совершенно точно красуются на бедрах бледно-розовые разводы.

И невозможно зацелованные губы аккурат под ошалевшим от влюбленности взглядом.

Только идиот не догадался бы, чем мы занимались с Егором.

А Гусь – не идиот.

Осторожно выпутываю переплетенные пальцы. К счастью, Егор не сопротивляется. У него вообще на лице покер фейс. Впрочем, как и у Гуся. И, надеюсь, что у меня.

Вениамин прошелся взглядом вдоль моего тела. Осмотрел каждый сантиметр от кончиков пальцев на босых ногах до разогретой летним солнцем и диким страхом макушки.

- Егор, Женева… Господи, что случилось? – взволнованно спрашивает Гусь. Слегка переигрывает, но не настолько, чтобы посторонние люди почувствовали разницу.

А посторонних тут много. Охранники переминаются позади начальника таможни, заполняют какие-то бланки, о чем-то переговариваются по рации. Но в моих ушах словно белый шум. Звуки приглушенные, будто я слышу их сквозь воду.

- Кто-то проник в дом, взломал мой компьютер… Охранная система отключена. До вас не дозвониться! Пришлось вызывать наряд и нестись сюда. Я думал, вас тут поубивали к чертям собачьим! Где вы были?!

Егор явно хотел что-то сморозить, но я не дала ему и рта раскрыть.

Не надо топить нас еще больше, котеночек! Тебе лучше помолчать и не делать глупостей!

- Так мы за ним и побежали! Я сейчас тебе такое расскажу, Вениамин! Приезжали из салона, привезли мне платье, туфли – полный набор! – как можно восторженнее и беззаботнее защебетала я, - Кстати, Вениамин, у тебя потрясающий вкус! Модели сидели на мне, как влитые. Я полдня не могла выбрать. Так вот. Сотрудники свадебного бутика уехали, я осталась она. И знаешь, вот мне сразу стало страшно! Я как почувствовала, что что-то сейчас случится! Ты ведь знаешь, у меня есть такой дар – чувствовать, это особая связь с Космосом! Так вот. Сижу я, смотрю телевизор, а потом слышу какие-то шорохи наверху. Божечки-кошечки, Вениамин! Я чуть не умерла со страху! Тебя – нет, Егора – нет, Семеновна – в больнице! Я одна! Ну я телик выключила и спряталась за диван. Смотрю – со второго этажа мужик спускается. Тощий, бледный, страшный! Весь в черном – ну точно смерть. Косы только не хватает. Я как узнала его – думала, умру на месте! Мы же видели его на кладбище, когда Семеновну удар хватил! Мужик этот оглядывается и идет прямым ходом в твой кабинет! Я еще думаю, вот сейчас он туда не попадет и все – свалит! А он нет! Открыл его ключом! Ключом, понимаешь?! Стал там что-то делать…я не видела, что именно, прости! Я хотела позвонить тебе, но на домашнем дурацкие кнопки поломаны, а как нажать кнопку охраны – вы мне не показывали. Тут Егор вернулся. Как шандарахнет пакетами по полу! Видел – апельсины по всему коридору?! Вот! Мужик этот вжих – и бегом из дома. Егор за ним! Я за Егором. В лесу этом вашем разделились. Я потерялась. Под дождь попала… пока нашлись… то да сё… вот идем, а тут ты! Я так испугалась, Вениамин!

Во время своего идиотского монолога мужчины не проронили ни звука, лишь сверлили друг друга нечитаемыми взглядами, сохраняя видимое спокойствие. Именно видимое, потому что я достаточно изучила каждого из них, чтобы отличать естественное от напускного.

Эмоционально болтая, я заняла позицию между двумя мужчинами, инстинктивно прикрывая Егора. Не потому, что считала его слабым, а потому, что он человек-эмоция. Еще до того, как Егор открыл рот, я уже знала, что он готов вывалить все, как есть, и вступить с отцом в открытые конфронтации. Королев – не человек-интрига, он весь как на ладони. Открытая книга, бери и читай. Все эти шпионские игры явно не про него. Котеночек в этом плане прямой, как шпала.

Не знаю, хорошо ли это, плохо ли, но в данный момент его открытость сыграла бы против нас.