Ты — мое (не)счастье - Юлия Динэра

– В этом нет необходимости, никто не знает, когда этот кретин придет в себя, тебя все равно к нему не пустят, мы с Кирой позвоним, если что-то изменится.

– Я вызову тебе такси, ты и правда неважно выглядишь..

– Я подвезу.

Все взгляды тут же устремились в сторону Андрея, который наблюдал за нами все это время.

– Кто это? – прошептала Макаренко.

– Да так.. Позвоните мне, ладно? Обязательно, даже если он хотя бы пальцем шевельнет.

– Хорошо, не волнуйся.

Я резко вздрогнула, когда кто-то постучал мне по плечу, хоть в этом и не прослеживалось никакой агрессии, я отреагировала, словно огромной узел напряжения во мне развязался и, я едва не съездила Андрею по лицу.

– Извини, что напугал.

Я шумно выдохнула и оглянулась по сторонам.

– Так быстро приехали..

– Ты спала почти всю дорогу.

– Спасибо, что подвёз, и что был рядом, иначе я бы впала в истерику.

– Всегда, пожалуйста.

– Я пойду. Ещё раз спасибо.

– Конечно. Подожди, ты так и не сказала своего имени.

– Ида.

– Ида. Мне нравится.

Я устало улыбнулась и покинула машину.

Дверь в квартиру оказалась приоткрыта, и у меня настолько не было сил, что я даже не испугалась, удивилась и только.

– Что ты делаешь? Где Марк?

Саня вываливал из шкафа одежду, утрамбовывая ее в самый большой наш чемодан.

– Марк у мамы, ты же сказала, что не приедешь, а я как видишь собираю вещи. Что с тобой произошло?

Он на секунду отвлекся и взглянул на меня с удивлением. Разумеется, не каждый день меня можно увидеть в одежде, с которой свисают куски засохшей грязи, или с размазанной по лицу тушью, на что мне вообще плевать.

– Ничего. Я.. ты прости меня, Сань. Я до последнего себя убеждала, что у нас все получится.

– Оставь это при себе Ида, это я идиот, столько лет не хотел замечать твоего равнодушия.

– Лет?

– Да брось, ты давно не любишь меня, может даже никогда не любила.

– Саш..

– Лучше помолчи, если бы знал, что приедешь, не пришел бы. Насчёт квартиры.. я не буду претендовать на свою долю. Здесь все твое.. И Марка. У меня только одна просьба к тебе. Позволишь общаться с ребенком, хоть изредка..

– Конечно, он любит тебя, и я люблю, просто..

– Не так, как своего босса, я понял.

– Ты не мог бы.. Не мог бы побыть с Марком еще какое-то время? Мне нужно быть готовой рассказать ему, что мы с тобой больше не будем жить вместе.

– Ты же не доверяешь моей матери.

Я вздохнула. Это была правда.

– Но я доверяю тебе. Не говори ему, пожалуйста, ничего, я пока не готова.

***

Утром позвонила Кира и заверила, что я могу не выходить на работу и приехать в больницу. Я оказалась там так быстро, как только смогла.

– Как он?

– Боги, Григорьева, ты как будто бежала от самого дома, успокойся, все нормально. Он очнулся, но пока еще спит, его накачали обезболивающими.

– Я могу пойти к нему?

– Ага, разрешили, только ненадолго.

Я вошла тихо, взяла в углу табурет и подставила к кровати. Лицо Влада казалось таким умиротворенным, что мой подбородок невольно задрожал. Его голова была почти полностью забинтована, а у стены стоял включенный кардиомонитор. Я наблюдала за обоими. Влад дышал, его сердце билось, и я как-никогда еще прежде не была так благодарна вселенной только за это.

Я положила ладонь на неподвижную руку мужчины и мягко погладила ее большим пальцем. Пульс Влада на кардиомониторе участился, я испугалась и убрала руку, затем улыбнулась. Он чувствует меня.

– Я не злюсь на тебя. Разве что только чуть-чуть.. поправляйся, ладно? Ты должен поехать с нами на рыбалку летом, Марк будет в восторге.

Я легонько коснулась губами его колючей щеки и уже собиралась уйти, как заметила, что веки мужчины задергались, я застыла до момента, когда его глаза начали приоткрываться и, расплылась в улыбке.

– Привет. Ты чертовски меня напугал..

Он пристально смотрел на меня какое-то время, затем привычно нахмурился, и было в его взгляде что-то ещё, некое недоумение, и я не могла понять, что это значит, пока он хрипло не заговорил:

– Извините.. Мы знакомы?

Я замерла. Каждая клеточка моего тела превратилась в лёд. Дверь позади меня хлопнула, а мне как будто по голове настучали. Ватными ногами я сделала несколько шагов назад, задев при этом стул, металлические ножки которого раздражающе скрежетнули по полу.

Я едва смогла нащупать ручку двери и врезалась в Максима, который стоял на входе.

– Ида? – позвал озадаченно он, но я не смогла ничего ответить.

Я почти уже вышла за дверь, когда вновь  услышала голос Влада и, меня ошпарило с ног до головы.

– Макс, ты знаешь эту девушку?

– Ид, ты чего?

За мной бежала Макаренко, пока я на всех парах неслась вниз по лестнице. Это какое-то безумие!

– Ид! Григорьева, елы-палы, остановись!

Она поймала меня за руку и развернула к себе, я чувствовала себя тряпичной куклой даже по сравнению с хрупкой и маленькой Кирой.

– Что случилось?

– Он не помнит меня.

– Как это?

– Спросил, знакомы ли мы..

– Дети Господни.. может не отошёл от наркоза?

Я покачала головой.

– Жди тут, я поговорю с Максом, ладно? Он все узнает.

– Нечего тут узнавать.. Я.. поеду домой.

– Ид..

– Пожалуйста, просто ничего больше не говори.

Кира молча посмотрела на меня, а затем ее подбородок задрожал, и я почувствовала себя от этого настоящей сволочью. Почему я вообще впутываю ее в это дерьмо?

– Эй, Макаренко, все хорошо. Я понимаю, у тебя гормоны и все такое.. Позаботься о себе и о мелком, это все что сейчас важно.

– Это я виновата, не нужно было тогда рассказывать тебе о том, что он сделал, все бы было иначе сейчас..

– Ты спятила? Вот дура, Кир. Ты едва не погибла из-за его жадности к деньгам, не смей даже думать, что ты сделала что-то не так.

Она всхлипнула, и я обняла ее в ответ, сдерживая собственные слезы.

– Теперь ты страдаешь..

– Со мной все будет в порядке, дуреха. Забудь об этом, ты же знаешь, я справлюсь.

Справлюсь, как и всегда справлялась, может быть, даже через несколько месяцев уже и не вспомню об этом.