Самая темная страсть - Джена Шоуолтер

— Прекрати.

Поцелуй его, а потом…

ещё кое-где, везде…

Ее внимание сосредоточилось на его губах и она облизнула свои собственные.

Поцелуй, так просто.

Так необходимо.

Должна…

сопротивляться…

— Прекрати это, — снова рявкнул он.

Она выдохнула.

— Прекрати что?

По ту сторону двери, она могла слышать как Легион кружит по комнате, бросает вещи на пол и бормочет что-то насчет " тупого ангела".

— Во-первых, не слушаешь моих приказов, во-вторых, пытаешься соблазнить меня.

— Почему это я пытаюсь соблазнить тебя? Уж не потому ли, что ты так хорош в постели.

КВ тот момент, когда эти слова вылетели из нее, она заткнула свой рот рукой.

В самом деле.

Как это происходит? Она изумилась снова.

Это была не ее насмешка, а — голоса.

Аэрон ощетинился.

— Не слишком хорош? Я заставил тебя испытать оргазм, в первый раз, когда мы…

просто в первый раз, будь всё проклято!

Ее глаза расширились — это сработало.

Неважно какую опасность представлял голос: результаты ей нравились.

Аэрон с трудом сдерживал злость, и мысль о нем, теряющим контроль, решительно настроенным доказать, что он хорош в постели, доставляла ей удовольствие, возбуждала.

Сопротивляться? Возможно, это было не самой удачной идеей.

Разве нет? Если что-то произойдет, Аэрон проиграет, а не ты.

Ведь ты хочешь именно этого? В конце концов.

Рассуждай здраво.

Подумай о том, что если во тьме появится трещина, сквозь нее сможет пробиться свет.

— Что ты собираешься делать со своей маленькой демонической подружкой?

спросила она его, возвращаясь к единственно важному в данный момент вопросу.

Аэрон опустил руки, она внезапно ощутил страшную усталость.

Он позаботиться об этом позже.

— Я не знаю, что делать с ней.

— Узнать размеры сделки, она должна была пообещать что-то очень важное.

— Например?

Оливия пожала плечами.

Тол- Только она знает точный ответ.

Ну и конечно, Люцифер, но я ручаюсь, что он не скажет нам.

— Откуда ты знаешь, что она заключила сделку с Люцифером, а не с Аидом? Разве важно с кем у нее сделка?

— Да, важно, но Аид в настоящее время заключен в тюрьму и не способен проворачивать подобные сделки, в общем, о нем не стоит беспокоиться.

Когда Титаны вырвались из тюрьмы для бессмертных и свергли Олимпийцев несколько месяцев назад, Аид был заключен вместе в ними.

А Люцифера, Титаны оставили в одиночестве.

Кому-то нужно было присматривать за преисподней, предположила она.

Кто как не подлый дьявол, творец зла.

Лучше уж он, чем безумный Аид, всё-таки.

Потрись об него своим телом.

— Довольно!

Ещё немного и она начнет биться головой о стену до тех пор, пока это не прекратится.

Никакой тьмы, и неважно насколько ей нравятся результаты.

— Я не собираюсь делать этого, хотя очень хочу, так что можешь заткнуться.

Аэрон удрученно опустил руки, он определенно терял остатки терпения.

— Хочешь чего?

— Неважно.

Ладно, только пока ты не узнаешь о условиях сделки Легион, я не буду доверять ей.

Она могла рассказать ваши тайны, пообещать убить твоих друзей.

Он уверенно затряс головой.

— Она не сделала бы такого.

Она любит меня.

Его доверие коварной демонице просто бесило.

Почему он не может чувствовать того же по отношению к Оливии, она — бывший ангел, который никогда в жизни не лгал? Почему он постоянно старается оттолкнуть ее от себя?

Дверь в спальню открылась, Аэрон неуверенно шагнул к ней.

Легион уцепилась за него, улыбаясь.

Он быстро выпрямился и повернулся к ней.

Она надела одну из его футболок и тренировочные штаны, и то и другое висело на ней мешком.

— Теперь счастлив? — спросила она, кружась на цыпочках.

— Это всё…

что я смогла отыскать.

Но ты знаешь…

как нелепо я смотрюсь в этом? А я хочу…

выглядеть классно.

В ее речи снова появилось много запинаний.

Он отодвинулся от нее, поближе к Оливии.

Оливия погладила его по плечу, он ощутил покалывание, ее сердце забилось быстрее.

Соприкосновение.

— Нам с Оливией нужно отправиться в город.

Ты остаешься здесь.

И я надеюсь за это время

ничего не случится.

Мне нужно будет поговорить с тобой, когда я вернусь.

Ее призывная улыбка быстро сползла с лица.

— Что! Нет.

Проклятье, нет.

Я собираюсь…

с тобой.

— Ты остаешься, это не обсуждается.

Он раздраженно топнула ногами.

— Почему ты…

берешь с собой этого уродливого ангела?

Я не уродливая!

— Она нужна мне, — это всё, что произнес Аэрон, но в его голосе были стальные нотки.

Нотки раскаленной стали.

Шипение вырвалось изо рта Легион, и она подняла свой пристальный взгляд на Оливию, которая всё ещё выглядывала из-за спины Аэрона.

В этом взгляде Оливия ощутила столько ненависти, сколько никогда не видела в жизни.

— Только прикоснись к нему, и я…

убью тебя.

Понятно…

тебе?

Казалось, что в эти слова она вложила всю глубину своих эмоций, всё огорчение.

— Ты не будешь вредить ей.

Не поворачиваясь к ней, Аэрон обнял Оливию за талию, его пальцы крепко удерживали ее.

— Больше никаких угроз.

Ты понимаешь это? Я не разрешаю тебе.

Легион крепко сжала губы, на мгновение воцарилась тишина.

Затем она улыбнулась.

Натянутой приторной улыбкой.

— Несмотря на то…