Подружка невесты - Мари Князева

Руслан

Пи***ц, до чего странно это всё для меня. Привёз девчонку к себе домой и ни разу не прикоснулся. И вовсе не потому, что не хотел. Ещё как хотел - и это тоже странно. Всё, что с ней связано, ставит меня в тупик. Она постоянно дрожит, как осиновый лист: не снаружи, а внутри, но это заметно по выражению лица, по вечно прячущимся глазам, по неосознанным жестам. Боится меня и желает уйти - просто ей некуда... И как можно хотеть это непонятное существо, эту былинку на ветру, которую, кажется, ткни пальцем - и она рассыпется? А вот я - хочу. С трудом отлипаю взглядом от изящной шеи, тонких ключиц, изящных запястий... а уж ножки - это настоящее испытание. Идеально ровные, стройные, белые, как у античной статуи. До какого-то помешательства хочется сгрести эту дрожащую малявку в охапку и прижать к себе. Согреть, чтоб перестала трястись, а потом сделать приятно. Чтобы она поняла: бояться нечего, здесь её никто не обидит, а даже наоборот. Но я держусь. Вижу ведь, что она на панике. Ничего, пусть привыкнет и перестанет опасаться - тогда и поворкуем. Тот факт, что я смог уговорить её переночевать у меня, казался мне добрым знаком.

Не то чтобы я строил какие-то конкретные планы, но после той сцены на гонках, когда Кира сосалась с двумя парнями, я почувствовал себя свободным, и мой интерес к Стасе возрос. Она необычная девушка и, как всякая загадка, притягивает внимание.

Приняв душ, я, как и обещал, благочестиво улёгся на диван. Почитал пару договоров, просмотрел сообщения в ватсапе, отписался бате по итогам дня, скрыв только поведение Киры Константиновны (эту карту лучше пока подержать в рукаве: посмотрим, что сама девица станет предпринимать). Повернулся на бок и попытался уснуть. Но не тут-то было. Диван оказался не предназначен для сна от слова совсем. По крайней мере, для моего. Длины не хватало примерно на голову, ширины - в два раза, а ещё эти бугры на сиденье... капец! Поворочавшись полчаса и так и не найдя удобного положения, я шёпотом выругался, взял подушку и пошёл на кровать. Чёрт с ним, завтра проснусь пораньше и вернусь на диван.

Приблизившись к кровати, я внезапно замер заворожённый. Из окна лился лунный свет, он освещал лицо девушки, делая его похожим на мраморное произведение искусства. Стася выглядела спокойной, безмятежной, умиротворённой - совсем не как в жизни. Светлые волосы обрамляли точёное личико мягкими волнами, и к ним невыносимо хотелось прикоснуться. Я осторожно убрал одну прядь со лба, пропустив её между пальцев. Просто невероятные ощущения вызывала во мне эта девушка: одновременно острое животное желание и восхищение её чистотой. Она тоже могла бы цеплять мужиков (данные позволяют) и трахаться с ними, получая за это материальное вознаграждение. Жить одна, припеваючи, ни в чём себе не отказывая. Но она ютится у явно недоброжелательной тётки, сторонится мужчин и работает официанткой. Такой подход к жизни крайне редко встречается среди симпатичных девушек.

Вздохнув, я обошёл кровать и аккуратно лёг, чтобы не растревожить её. Мысли о Стасе ещё некоторое время перекатывались в моей голове, как шары на бильярдном столе, сталкиваясь и снова разбегаясь, но потом меня всё же сморил сон.

Проснулся я от того, что подо мной кто-то копошился. Ну, не прям подо мной - скорее, под рукой. Пока я продрал глаза, Стася уже выскользнула из-под неё и шустро соскочила с кровати:

- Вы... почему здесь? - пискнула она обиженно.

- Не смог уснуть на диване, - прорычал я хрипло.

- А почему обнимаете меня?