Не рассказывай - Ольга Вечная

Я вручаю подарочки сёстрам. Потом делаю кое-какую мужскую работу. В ноябре её уже не так много, но в своём доме всегда найдётся, чем заняться. Отчим пашет вахтами на севере — его, бывает, нет месяцами. Мамка одна справляется.

Три часа пролетают незаметно.

— Как квартира? — спрашивает мама, суетясь и накрывая на стол.

Она у меня тётка вроде грамотная. По крайней мере, таковой себя считает. Но её якобы хитренькие приёмчики у меня в печёнках сидят. В ванной руки моет тётя Вика, её близкая подруга и моя несбывшаяся тёща. Мы на эту тему говорили тысячу раз, и опять двадцать пять. Рот только открыла, а я уже знаю и злюсь.

— Нормально, — отвечаю, размешивая сметану в борще.

Блть, как это вкусно! От одного запаха желудок жалобно сжимается и горечь на языке от нетерпения. Чашку вылизать можно после. Как я скучал по домашней еде! Мама, конечно, расстаралась: мяса побольше положила, хлеб домашний ещё тёплый. Но расслабляться рано. Она явно что-то задумала.

— В хорошем состоянии? — спрашивает.

Тётя Вика появляется и тоже садится за стол, улыбается. Она знает меня чуть ли не с рождения: они с мамой вместе в техникуме учились, потом работали в цехе.

— Убрался же, — говорю нейтрально. — В нормальном.

Арендаторы подушатали её за год — просто жесть. Я как зашёл... глаза закрыть рукой хотелось. Много чего пропало, например зеркало, комод, посуда. Вообще не уверен, что стоило сдавать квартиру. На ремонт сейчас намного больше денег уйдёт, чем заработали. Я был против этой идеи. Но мать в первую очередь отчима слушает. Он мужик неплохой, однако бизнесмен из него херовый.

— Надо было Люсю пустить пожить, — сокрушается тётя Вика. — Ты ведь знаешь, она хозяйственная девочка. Квартирка осталась бы в идеале, чистенькая. Так жаль мне было пускать туда чужих людей, ты как раз в институте её в порядок привёл! А Люся весь этот год мыкалась по городу. То район плохой, то снимать дорого. Одной.

Одной? Нас*ать.

— А вторую такую же хорошую чистоплотную девочку попробуй найди, — вклинивается мама.

Я смотрю в тарелку перед собой. Тётя Вика мне не чужая — с ней я спорить не буду. Но как она себе это, интересно, представляет? Мы с Люсей расстались, а я её в своей квартире оставлю? Чтобы она своих ё*арей водила на мой диван?

Наши мамы подруги, но встречаться я с Люсей начал не из-за этого. Понравилась. И зря. Ошибка.

— Как сейчас у Люси дела, кстати? — спрашивает мама как бы случайно. Типа они с тётей Викой давно не виделись и не созванивались. — Кем устроилась на работу?

— Ма-ам. — Я закатываю глаза. — Ну вы когда спектакль планировали, не могли как-то прорепетировать заранее? Не напролом переть же!

Быстро доедаю, поднимаюсь с места. Ставлю тарелку в раковину и иду в детскую прощаться с сёстрами. Домой пора.

До Люси мне нет никакого дела. Пусть с кем хочет тусит, главное, подальше от моей хаты. Когда о ней говорят, меня корёжить начинает вовсе не из-за чувств или их остатков. Наверное, из-за злости и обиды, что весь этот год никто не ждал меня, никто любовные сообщения не писал и фотки сисек не слал. А хотелось. Другим-то слали.

Взгляд совершенно случайно падает на тумбочку, и я тут же возвращаюсь на кухню.

— Мам, я возьму ключи от «Камри»?

— Зачем тебе? — пугается мать. Даже с места вскакивает.

— Ну как зачем! — спохватывается тётя Вика. — Зачем молодому парню машина? Пусть берёт, Маш. Денис у нас серьёзный, аккуратный. Он ведь раньше часто ездил, ни разу не поцарапал.

Ну идеальная тёща! Была бы.

— Я договорюсь с дядей Сашей, он будет не против, — успокаиваю я. — Верну в целости и сохранности, ещё и с полным баком.

После недолгого спора мать сдаётся и соглашается, и домой я еду уже не на автобусе.

Итак, где может быстро поднять денег дипломированный амбициозный юрист с нулевым стажем и целью прорваться в спецназ?

Этим же вечером я устраиваюсь в такси и следующие три дня посвящаю работе. Плотной. Не забывая про восьмичасовой сон, питание и тренировки. С пьянками завязываю, даже от пива отказываюсь. Дядя Миша прав: выбирать надо.

В среду меня самым натуральным образом потряхивает от нетерпения. Жду эту беседу, как не знаю что.

Заявки беру только короткие, чтобы если что — быстро завершить. А потом забегаю в торговый центр.

Освобождаюсь только через час. Я прошёл несколько ювелирных отделов, прежде чем нашёл те, что понравились.

В машине быстро вскрываю пакет, срезаю бирки. Одну серёжку прячу в карман, вторую фотографирую. И шлю Ксюше.

Пишу: «Серёжку твою обнаружил на диване. Заберёшь? Привет!»

Фух. С ней иначе не выйдет. Надо видимость создать для неё самой, что якобы именно она меня выбирает. Она шанс даёт. Какие-то у неё проблемы с этим. Но напором не взять — будет злиться, отпираться до последнего. Уверен, если выясню, где живёт, и заявлюсь — полицию вызовет. При этом гордая коза: первой же в жизни не напишет, даже если захочет.

Вот и реши задачку со столь непростой девушкой.

Но хочу я именно её. Хотя бы ещё раз встретиться. Может пойму, что зря запал. Тоже пьяным был в ту ночь, плюс долгое воздержание. А так — встретимся, обоих отпустит и разойдёмся. Щас же глаза закрываю — и её вижу. И будто слышу, как стонет на ухо, представляю, как хватает меня за лопатки. Имя моё шепчет.

Вот думаю об этом, и снова мурахи. Как чума.

Прочитано. Давай же, малышка. Ну. Неужели совсем не думала о нас?

Я все твои фотографии пролайкал за три года, пока клиентов ждал. Ты меня так и не забанила. Мы оба поняли, что это намёк.

«Не отнекивайся, других девушек у меня дома давно не было», — пишу ей, подгоняя. Зря, наверное. Это всё моё нетерпение.