Похищенная для монстра - Эрика Адамс

– У тебя хитрая улыбка, землянка Эллен, – говорю я. – Ты опять что-то задумала?

– Парни, я всего лишь играю по правилам вашего Союза. Но вы опять недовольны! – возмущается она, предлагая взамен. – Не нравится? Тогда не пудрите мне мозги и верните меня на Землю!

Саймон, сидящий в ногах, сразу вскидывается, грозно рыкнув.

– Ни хрена подобного. Ты уже терлеанка.

– На Землю? – уточняю я. – Больше ничего не хочешь?

– Хочу, чтобы вы определились со своим желаниями насчёт меня. Я стараюсь. Нахожусь одна среди многих миллионов чужаков и пытаюсь соответствовать вашим представлениям о жизни. Действительно, стараюсь. Но в итоге опять пустота.

Подминаю девушку под себя, прикасаясь к тонкой шее губами, прикусываю, а потом начинаю зализывать следы укусов на её теле.

– Прекрати. Обработай лучше чем-нибудь, и дело с концом! – хмурится Эллен.

Приковываю её запястья к кровати.

– Спокойнее, Эллен.

Вид её раскрасневшегося лица отдаётся внутри приятным жаром.

Моя женщина… Сладкая. Дикая.

Приручать её будет очень приятно. Хотя не уверен, что смогу приручить Эллен так, чтобы не отбивалась от рук и не сыпала колкостями в ответ.

– Ты неправа.

– Я думаю, что неправ ты, монстр, – усмехается она.

Веду головой из стороны в сторону, с усилием выныривая из истинного обличья. Слышу усмешку брата.

– Давно не тренировался, Ксав. Тебе не стоит пропускать тренировки. Как и игнорировать свою сущность, – поучает он меня ровным спокойным тоном.

Я проглатываю его поучение. Он прав, мой Старший. Чем реже контактируешь со своей сущностью, тем сложнее потом совладать с собой.

Раньше я не пропускал тренировки. Но связавшись с землянкой, начал отлынивать. Она совсем другая, моя крошка. Не обращается в животное и носит только одну кожу, светлую и очень нежную…

Эллен употребляла ранее слово «монстр». Именно такой, монструозной, я начал чувствовать свою сущность, игнорируя её позывы. Но сейчас крошка приняла меня и таким. Чувствую себя так, словно получил главный подарок. А потом смеюсь.

Всё-таки она ядовитая штучка, моя Эллен.

Я никогда не испытывал терзаний по поводу себя. Но рядом с землянкой начал бояться напугать её, поранить, сломать или обидеть неосторожным словом. Запретил себе даже думать о том, чтобы спариваться в истинном обличье. Эллен отобрала неотъемлемую часть меня и вернула отнятое жестом, полным королевской грации.

Хитрюга!

– Что смешного, Тьер? – хмурится крошка.

Я рассматриваю её тело, полное отметин: синяков, ссадин, засосов, царапин. Хмурюсь.

– Больше этого не повторится.

Слышу ироничный смешок со стороны Саймона.

– Не слишком ли часто ты начал смеяться, Старший?

– Просто не произноси свои заявления таким уверенным тоном, Младший. Если Эллен захочет, чтобы её трахнул монстр или сразу двое, ты с радостью дашь ей это, желая угодить своей крошке. Или я неправ?

– Ты выражаешься грязно, Сай.

– Он привык так говорить, Ксав. Его намеренную грубость и пошлость не стереть даже поцелуями, не говоря о словах. Но он всё равно мне нравится, – заявляет Эллен. – И твоё умение играть в слова тоже нравится. Было бы чудесно, чтобы и вы испытывали ко мне чувства. Хотя для вас я всего лишь говорящий корм.

Эллен оскорблённо поднимается с кровати. Успеваю словить её тонкую ладонь и притягиваю к себе.

– Перестань дуться, крошка. Ты мне безумно дорога. Но меня бесит, что ты закрылась от меня. И что ни говори, ревность разъедает мне разум.

– Значит, ревности быть не должно. Её нет, когда мы все трое вместе? – выпытывает Эллен.

– Нет. Так нет. Но если узнаю, что он брал тебя без моего ведома…

Саймон ухмыляется, обнажая клыки.

– Я должен сказать и пригрозить тебе тем же самым, братец?

Мрачно киваю, понимая, что отныне есть только система координат с тремя осями.

Неслыханное явление. Посягнуть на привычную систему ценностей, изъять из неё и вновь заставить поверить.

– И ты неправа, крошечка. Я давно определился с планами на тебя. Ты моя… Сейчас немного напряжённая обстановка, я не могу уделять тебе слишком много времени.

Усмехаюсь.

– Я освободил Саймона от части его обязанностей так, чтобы когда у меня нет возможности, он находился бы рядом с тобой. И едва не отгрыз себе руку за это.

– Ты мой ревнивец, – улыбается Эллен.

– Да…

Эллен вздыхает и перебирается ко мне на колени, тянется за поцелуем. Сладкий и нежный. Даже чересчур. Потому что затылок щекочет предчувствием последующего хлёсткого удара.

– Я должна кое-что тебе рассказать, Ксавьер. Саймон? – оборачивается на моего брата.

– Да.

Усмехаюсь.

– Можешь не повторять, Эллен, – внезапно говорит Саймон.

Он всё чаще называет землянку по имени.

– Я поставлю запись на воспроизведение, – говорит Старший.

– Обещаешь не злиться на меня? – коварно прижимается ко мне Эллен, обезоруживая лаской и теплом мягкого тела.

Я согласно киваю. Слушаю разговор, записанный Саймоном. Внутри всё сжимается от звука ломкого голоса Эллен, полного тревоги.

Злюсь.

Меня не было рядом, чтобы стереть опасения Эллен вниманием и заботой. Зато рядом был брат, выбивающий страх колкими, рублеными фразами и демонстративно грубым отношением.

– Знаешь, Эллен… – говорю я. – Я считал, что ты доверяешь мне. И если что-то случится, то в первую очередь ты обратишься ко мне.

– Я тоже так считала. Но в нашем трио есть и Саймон. Я не рассказала тебе только потому, что была в тебе уверена. Мне хотелось провести мост и к Саймону, – чертит пальцем по моей груди пламенные дорожки.

Поднимает на меня взгляд. Мягкий, тёплый ореховый цвет глаз. С застывшим ожиданием на глубине зрачков.

– Простишь меня?