(Не)строго бизнес - Алекс Джиллиан

Эмили, не будь дурой.

Ты же уже все для себя решила.

Ты знаешь, кто этот человек на самом деле.

Убийца, виртуозный манипулятор, жонглёр людскими судьбами – этих эпитетов мало, чтобы описать многогранную и дьявольскую сущность Адриана Батлера. Как и все демоны из страшных сказок он несомненно обладает даром очаровывать и влюблять в себя, направлять волны своей бешеной энергетики на партнеров, конкурентов и женщин, которые падают перед ним ниц, оставаясь в его памяти лишь безликими номерами пустышек и «деток». Что бы ты не чувствовала к этому мужчине, как бы не хотела верить его кристально чистым глазам, в которых видишь свое отражение и всю силу необъятных, противоречивых, но мощных чувств Адриана. Как бы не хотела дать ему еще миллионы шансов на то, чтобы он «изменился», тебе придется расстаться с детскими иллюзиями и сделать то, что ты должна совершить.

Ведь борьба с Батлером равносильна нейтрализации яда – имеет смысл лишь первые часы после проникновения под кожу. Пока токсины не впитались в клетки крови, не пронеслись по всему телу разрушительным танцем, не достигли внутренних органов. Пока не проросли в тебе смертельным вирусом.

Хотя кого я обманываю? Первые «часы» давно прошли и, возможно, уже никакое противоядие и сопротивление действительно не имеет смысла. Сейчас, находясь в его крепких и собственнических объятиях, после очередной выматывающей, но наполняющей до краев эмоциями близости, я действительно чувствую себя его частичкой, его продолжением. Так хочется верить Адриану в минуты нежности и страсти, и попасть в параллельную вселенную, где меня и Адриана Батлера не разделяют десятки «но» и его нестабильное поведение, угрозы моим близким и болезненная, нездоровая одержимость, которая не сулит мне ничего хорошего.

Я просто хочу любить всем сердцем, но при этом дышать свободно, расправив плечи и крылья.

А любовь – это вечный огонь, который нужно поддерживать всю жизнь и ответственность за интенсивность его пламени всегда лежит на обоих партнерах. Одержимость, как бы сладка и эмоциональна она не была, сравнима с диким и разрушительным, бесконтрольным пламенем, что обугливает сердце и молниеносно испепеляет его дотла, не оставляя после себя ничего, кроме дыры в груди и несбывшихся надежд.

Я выбираю любовь, я выбираю строить отношения, не ломая и не прогибаясь…, но с Адрианом это невозможно. Я могу быть гибкой, могу быть по-женски мудрой, мягкой и ведомой своим мужчиной, но я никогда не стану женщиной, которую можно спокойно закрыть в четырех стенах, замотать в паранджу и приставить к ней круглосуточную охрану.

Мне так больно сейчас, когда он рядом, так запредельно близко. Наивная девочка, слепо влюбленная в Эйда, отчаянно жаждет простить его, все отмотать, исправить, забыть предательство с Джен, Алиной и деткой № 12 Кристиной…но прошлое изменить нельзя.

И дело не только в том, что он когда-то возможно лишил жизни невинных людей, но и в том, что сегодня, когда Адриан ударил кулаком по стеклу и прокричал мне в лицо «убью» – я каждой фиброй своей души почувствовала: он не лжет. Он убьет, уничтожит, подавит…рано или поздно, все, к чему прикасается Адриан истлевает, рассыпается, превращается в пепел. Я прочувствовала это на себе и увидела, как последствия решений Адриана, словно невидимая, но ощутимая темная материя, пронизывают каждого человека, который находится в поле его внимания.

Бежать, уйти, спастись, пока не поздно…как бы хорошо мне ни было сейчас рядом с ним, я больше не чувствую себя в безопасности в присутствии Адриана. И после встречи с Джен, я разработала простой план, который максимально безболезненно оборвет нашу связь с Адрианом и не причинит никому вреда. Я даже не рассчитываю больше на кресло «Эталон Групп», уже давно – нет, и все чего хочу это просто дышать свободно, расстаться с Адрианом, не проливая свет и внимание СМИ на его «грехи» … все будет в его руках, когда мы с Сергеем Львовичем достанем компромат и поставим Батлера перед выбором.

«– Как ты можешь так поступить с ним, Эмили? – раздается нежный и тихий голосок маленькой Эм в глубинах сознания. – Он никогда не причинит тебе реального вреда. Ты же знаешь, что он тоже влюблен в тебя, – жалобно ноет глупая внутренняя жертва, стремящаяся оправдать Адриана по всем пунктам.

Он избил Клайда. Своего лучшего друга. Потом пришел сюда и демонстрировал поведение психически нестабильного человека. Не говоря уже о сотнях других причин, по которым я не изменю своего решения.

«Убью…!» – сотрясает сознание яростный крик Адриана в купе с опасно вибрирующим стеклом.

По телу проходит нервная дрожь, как только из самых сакральных лабиринтов души доносится душераздирающий бас отца, что в порыве неконтролируемой ярости и алкогольного угара, орет на всепрощающую и уступчивую маму: «Убью! Убью тебя, дуру! Если ещё хоть раз на меня своим тупым родственникам пожалуешься!»

«А что если он и правда убьет маму, Вик…? Вика, я не могу больше, мне так страшно», – в памяти всплывают образы двух маленьких девочек, в который раз за неделю прижавшихся друг к другу в чулане или под кроватью, захлебывающихся слезами.

«Мне тоже, Эми. Тоже страшно. Но если мы кому-нибудь расскажем, будет ещё хуже. Ты же слышишь, как это его злит…завтра наш настоящий папа вернется. Добрый папочка вернется. И попросит у всех нас прощения. С мамой все будет в порядке. Ты же знаешь. Утром он всегда говорит ей, как любит её и что ему очень жаль…»

Вспоминая все это, я устремляю свой взгляд в одну точку на потолке. Все тело немеет от всплывающих в подсознании слайдов из детства, где я видела, как папа уходил в длительные запои, после которых мог стать самым лучшим, заботливым и внимательным отцом на свете. Совсем ненадолго, относительно своих алкогольных загулов, но таких лживых и дорогих сердцу. Именно во времена кратковременной завязки со спиртным, он мог ласково называть маму «солнцем», а нас с Викой «мои девочки». В этот же день он выходил подработать на «халтуру», а вечером возвращался с пакетом продуктов и подарками для своих «принцесс».

Мы верили ему. Не десятки раз, а должно быть, сотни. И каждый раз, когда я видела перед собой лицо улыбчивого и трезвого папы, я заново начинала любить его, свято верить в него, и была убеждена в том, что его обещания сбудутся, и очередной срыв никогда не повторится.

Это было бессмысленное, выматывающее хождение по кругу, бесполезные попытки со стороны мамы исправить человека. Только повзрослев, я поняла, что оставаться рядом с ним – было её осознанным выбором. Выбором позволять обманывать себя и не любить, соглашаясь на жизнь в аду и в клетке психологического давления…

Да, Адриан не страдает алкоголизмом и, на первый взгляд, эти ситуации никак не связаны между собой. Но если заглянуть глубже и понять одну простую вещь – люди меняются, но только когда они этого хотят. У Адриана было много лет на то, чтобы измениться, пересмотреть свои методы достижения целей, но он этого не сделал.

Грязная, грубая и бескомпромиссная игра – неотъемлемый почерк его характера.