Dark Side: A Scary Tale - Бердетт

— Но я… — старший не дал продолжить, — Не перебивай меня. Я сходил в магазин и купил мини торт. Один я его точно не съем. Он рассчитан на двоих.

— Мне нечего возразить, — Мицуки неохотно взял кружку с забавным рисунком глазастой кошки.

Что-то внутри парня неприятно скрежетало. В голову лезли ненавязчивые, но стыдливые мысли о том, что он этого не заслужил.

— Замечательно! — Элиас отправился на кухню за сладостью.

Хиросэ проводил колдуна взглядом и сделал маленький глоток какао. Он на секунду замер, уставившись в кружку:

— Ах, это очень вкусно…

Парень невольно посмотрел на потолок и никак не ожидал увидеть карту ночного неба. Особенно ярко выражалась луна в самом центре. Созвездия были прорисованы трепетно и аккуратно. Кто-то вложил душу в эту работу. Мицуки даже показалось, что это небо шевелилось.

— А вот и я! — голос Элиаса отвлёк юношу. Колдун разложил кусочки торта по тарелкам.

— Красивый потолок, — подметил юноша, и, отставив кружку, взял предложенную порцию.

— А? — он посмотрел наверх и с улыбкой кивнул, — Да, я почти вечность убил на то, чтобы так его разукрасить.

— Ого… Я думал, ты нанял художника, — Хиросэ попробовал кусочек торта и поджал губы. Его плечи мелко задрожали от удовольствия. Приятная выпечка таяла во рту.

— Нееет, — Элиас сел на диван, не отводя взгляда от потолка, — он бы сделал всё неправильно. Не так, как бы я хотел это видеть… А для меня очень важно, чтобы представленное мной сочеталось с реальностью. Странно звучит, понимаю, но иначе я остаюсь сбит с толку.

Колдун искоса посмотрел на Мицуки. Он замолк, видя пустую тарелку и набитые щёки младшего:

— Жуй хотя бы…

— А каким ты представлял мой характер, когда мы только познакомились? — поинтересовался Хиросэ, после того, как опустошил кружку наполовину.

— Я думал, ты будешь очень злым и грубым, — Элиас вспомнил о том, как сформировалось его первое впечатление.

В тот день, когда Мицуки ещё был жив, они случайно встретились в комнате ожидания полицейского участка. Парень сидел на стуле, молча уставившись в телефон. Элиас стоял около входной двери.

Холодное гудение люминесцентных ламп, казалось, удручало обоих.

— Ты брат Акио, да? — поинтересовался старший, разрывая напряжённую тишину.

Хиросэ смерил незнакомца явно недовольным взглядом и демонстративно надел наушники. На этом их «знакомство» закончилось.

— А сейчас я понимаю, что немного ошибся, — заключил Элиас.

— Немного, это верно подмечено, — с усмешкой согласился младший, — я просто злой.

— Ну-ка скажи что-нибудь злое, — игриво попросил собеседник.

— Торт просто отвратителен, — Хиросэ взял ещё кусочек, продолжая лакомиться полюбившимся десертом.

— Чегооо? — хихикнул Элиас, прикрыв губы рукой, — А сам сидишь и ешь!

— Настолько отвратителен, что я не могу остановиться, — Мицуки сам еле сдерживал смех. От бывалой неловкости не осталось и следа.

Когда торт был съеден, а какао выпито, Элиас поднялся с дивана и взял поднос:

— Так, посуда сама себя не помоет.

— Я могу помочь? — Мицуки поднялся с места, отправляясь следом за колдуном.

— Если хочешь, — парень посмотрел на юношу, неохотно стягивающего перчатки. Взору бледно зелёных глаз открылись ладони, изуродованные рваными шрамами.

— Ты их стесняешься? — вопрос несколько задел Мицуки. Он не стал отвечать, понимая, что тот, скорее всего, был риторическим.

— Не всё так уж и плохо, — решил поддержать Элиас, на что младший возразил, — по твоему мнению… Ты же красивый. Я сомневаюсь, что у этого тела вообще есть какой-то изъян, от которого бы ты хотел избавиться.

Колдун задумчиво потупил взгляд. Он прикоснулся к своему кулону:

— Скажи, ты станешь счастливее, если они исчезнут?

— Да, — ответ прозвучал быстро и бездумно.

Эти шрамы — ничто иное как напоминание его бесполезности. Конечно, он хотел их спрятать любой ценой, пусть даже от самого себя.

— Тогда я помогу тебе, — Элиас многозначительно улыбнулся, прищурив глаза. Он снял с кулона сферу и подбросил в воздух. Та значительно увеличилась, начиная кружиться над головами обоих.

Мицуки удивлённо посмотрел вверх. Плечи вздрогнули, когда колдун решительно, но осторожно взял ладони юноши:

— Доверишься мне ещё разок?

В прошлый раз он не подвёл, от чего Хиросэ решил и в этот раз довериться ему. Шатен смущённо кивнул.

Сфера остановилась прямо у их рук и засияла. По пальцам юноши побежало необъяснимое тепло, попутно разливаясь по ладоням. От него сердце билось чаще.

Мицуки на мгновение зажмурился от непривычных ощущений, а когда открыл глаз, Элиас уже его отпустил. Парень изумлённо уставился на собственные руки. Ни одного уродливого следа не осталось. Хиросэ уже и позабыл, как выглядели его ладони без разорванных полос:

— Эт-… Это навсегда?

— Пока ты того будешь желать, — загадочно ответил Элиас, пока сфера уменьшалась и вновь присоединялась к цепочке, — правда, я не думаю, что ты сильно по ним соскучишься.

Мицуки кивнул, всё не отводя взгляда от чистой кожи. Колдун вернулся к мытью посуды. Шум воды из крана вернул жнеца в реальность.

— Нет, давай я, — Хиросэ подошёл ближе, преисполненный сильным желанием отплатить за доброту.

— Вместе, — безмятежно напомнил Элиас.

— Кхм… Угу… — Мицуки покраснел, понимая, что в таком случае придётся стоять слишком близко друг к другу. Даже соприкасаться плечами, но тут уж ничего не поделать. Оставалось терпеть.

— Что это за штука летала возле нас? — поинтересовался юноша, до блеска намывая тарелку. Хиросэ так волновался, что она выскользнет, из-за чего сжимал её до дрожи в пальцах.

— Это моя помощница, — Элиас, к тому моменту, вымыл уже тарелку и кружку, — сотню раз меня спасала…

— Я так понял, ты колдуешь через неё… — Мицуки всё не мог справиться с тарелкой. Ему казалось, что она всё ещё грязная.

— Верно, — глаз собеседника задёргался от созерцания такого волнения, — она чистая. Всполосни уже.

— Точно? — Хиросэ недоверчиво посмотрел на парня. Только сейчас Элиас заметил, как сильно его трясло, — Кхм-… Да.

Колдун осторожно взял у него тарелку и подставил под струю воды, смывая пену:

— Вот, видишь? Блестит.

Младший шумно выдохнул, медленно беря кружку из-под какао:

— Ахх… А это сложно.

— Не сказал бы, — Элиас, видя как ему тяжело, решился на отчаянный шаг. Он встал за спину Мицуки и придержал кружку, чтобы тот её не уронил, — Я помогу.

Хиросэ покраснел, ощущая тепло от такой близости. Вопреки светлому чувству, руки окоченели, вместе с остальным телом.

— Всё хорошо, у меня нет дурных намерений, — томный голос Элиаса ласкал чувствительное ухо. Тёплое дыхание мимолётно касалось кожи. Пальцы уверенно обхватили кисти Мицуки, помогая с мытьём.

— Ах-… — юноша смущённо закусил губу, чувствуя худое тело, прижавшееся к