Лютый, властный, любимый - Мила Ваниль

Замечаю во взгляде Теоны обиду. Она не пытается спорить, не сетует, не возражает — молча встает и накидывает халат.

— Скажи, — прошу я, нагнав ее на пороге спальни. — Не держи в себе.

— Почему ты не сказал мне, Аль? Я хотела подготовиться. Хотя бы сшить новое платье…

— Потому что я — эгоист, милая. — Прижимаю ее к себе, зарываюсь лицом в спутавшиеся во сне волосы, вдыхаю родной запах. — Потому что хотел устроить сюрприз, и не хотел, чтобы ты переживала и волновалась заранее. Потому что никого не хочу видеть на нашем празднике, кроме друзей, Эмиля и Виолы. Потому что я сам выбрал тебе платье. Пойдем!

Веду ее в свои покои, где прятал наряд, заранее заказанный к этому дню. Теона рассматривает его молча. И так долго, что начинаю волноваться.

— Не понравилось? Тогда надень любое из своих, они все тебе идут. А мне все равно, что с тебя снимать… после.

— Понравилось, — улыбается Теона. — Очень. Спасибо, Аль.

— Тогда скажу Элине, чтобы забрала его в твои покои. — Я облегченно перевожу дыхание. — И еще кое-что…

Достаю из сейфа коробку, протягиваю ее Теоне.

— Надень это, пожалуйста.

Она открывает ее, рассматривает гарнитур из голубых бриллиантов, под цвет ее глаз.

— Похоже, мое наследство неисчерпаемо, — бормочет она. — Я все еще не видела всего.

— Это не из наследства, — признаюсь я. — Это мой подарок.

— О-о-о… — В ее взгляде плещется изумление. — Спасибо, Аль. — И тут же она расстраивается: — А я ничего тебе не приготовила.

— Ты подарила мне сына, Тео. Это лучший подарок, о котором может мечтать мужчина.

Эмиль и Виола прибывают после полудня. Мы с Теоной встречаем их у дома. На мой взгляд, замужество пошло Виоле на пользу. Она стала спокойнее, увереннее в себе. Сейчас я не назвал бы ее глупой девчонкой, и Эмиль, судя по всему, счастлив с ней. Но все же я рад, что истинная связь между мной и Виолой оказалась иллюзией, внушенной нам сумасшедшей Летисией. У меня одна истинная, одна единственная на всю жизнь — моя Теона.

Жена допускает друзей в святая святых — детскую. Мартин не спит и настроен весьма благосклонно: тянется из колыбельки к матери, просится на руки. Женщины воркуют над ним, мы с Эмилем добродушно улыбаемся, глядя на это.



— А вы? — интересуюсь я. — Еще не думаете о детях?

— Ви не хочет. — Эмиль досадливо морщится. — Говорит, что рано.

Я вопросительно приподнимаю бровь.

— Нет, я ее понимаю, — признается он. — Она сама еще ребенок. Представляешь, увлеклась чародейством. Хочет учиться в академии!

— Отпустишь? — Улыбаюсь уголком рта, заранее зная ответ.

— Отпущу. — Эмиль ехидно прищуривается. — Под твоим присмотром.

— Ну, спасибо! — хохочу я. — Удружил!

Церемония проходит в тесном семейном кругу. Слуги толпятся за дверью, и я, поймав взгляд Теоны, приглашаю всех в зал. Все готово, и можно начинать, однако в тот самый момент, как Эмиль занимает свое место, нас прерывают.

— Милорд, — обращается ко мне слуга с побелевшим лицом. — Простите, но это срочно. К вам пришли. — И добавляет тихо, только для меня: — Мужчина с ребенком. Утверждает, что это ваша дочь.

— Проводи в кабинет, — велю я. — Сейчас буду.

Как вовремя! Я уж решил, что Карл забыл о просьбе или отдал дочерей кому-то другому, но нет, зря надеялся. И ведь столько времени прошло! Детям уже около года?

— Тео, я скоро вернусь. Подожди здесь, — прошу я. — Эмиль…

Он кивает, сообразив, что нужно задержать Теону. Мне нужно хотя бы несколько минут, чтобы разобраться, королевскую ли дочь мне принесли. Карл вообще-то говорил о близнецах.

В кабинете меня ждет чумазый старик. На руках он держит девочку, которая спит, уронив голову ему на плечо.

— В чем дело? — спрашиваю я, гадая, много ли знает этот старик.

— Ты обещал, что позаботишься о ней, Аль.

Вздрагиваю, узнав голос Карла. Да, это он — в гриме, преображающем его до неузнаваемости.

— Ваше ве… Ка…

— Заткнись! — досадливо морщится он. — Наш договор в силе?

— Конечно, да. Но… она одна?

— Это Иви. — Он передает мне девочку. — Иванна. Я поручил переправить их к тебе, но… кое-что случилось. Их похитили, обеих. Иви я нашел, Таиру — нет.

— Так я…

— И ты не найдешь. Поверь, я не отказался бы от помощи.

— А что вообще…

— Тебе лучше не знать. Она твоя дочь, мать умерла и попросила родственника отнести ребенка отцу. Это все.

— Да. Хорошо, я понял.

— Ты будешь получать деньги, королевскую пенсию. Я хочу, чтобы девочка ни в чем не нуждалась.

— Это лишнее, — возмущаюсь я. — Я в состоянии позаботиться…

— Я все сказал, — перебивает меня Карл. — Мне пора.

Он исчезает быстрее, чем я успеваю возразить.

С ребенком на руках выхожу из кабинета… и несу его в покои жены, попросив слугу позвать Теону. Не могу признаться самому себе, что отчаянно трушу. Жена у меня с характером, и навряд ли обрадуется бастарду.

— Что случилось, Аль?! — В комнату врывается встревоженная Теона и замечает Иви. — Это… кто?

— Это моя дочь, — мрачно произношу я. — Внебрачная дочь, Тео. Ее мать умерла, и… вот…

Мне больно наблюдать, как жена бледнеет, как пытается справиться с ударом, тщательно подбирает слова.

— А кто ее мать? — интересуется она немного погодя.

— Я не помню. Это было до тебя…

Теона согласно кивает.

— Я… не знал… что… — Лживые слова даются с трудом. Мне противно обманывать жену. Она этого не заслужила!

— Она будет жить с нами? Ты ее признаешь?

Киваю, а потом отрицательно качаю головой.

— Будет… жить. Как воспитанница. Если ты…

— Хорошо. Как скажешь, Аль. Если захочешь признать, я не против.

— Но… как? — вырывается у меня. — Почему?

— Она же твоя дочь. — Теона пожимает плечами. — А я люблю тебя.

Отвожу взгляд. Хочется упасть на колени и умолять о прощении, хотя я ни капли не виноват в том, что это дитя появилось в нашем доме.

— Ты не передумал жениться? — интересуется Теона. — А то, может, сказать Эмилю, чтобы не ждал?

Из груди вырывается сдавленный рык. Как я мог сомневаться в моей девочке?!

— Не передумал. Если ты… не передумала.

— Попросим Элину присмотреть за ней? У нее есть имя?

— Иванна, — выдавливаю я. — Иви.