Империя наших надежд - Лина Мур

Нечаянно задевая гостей, резко разворачиваюсь и ищу выход. Выход, мне нужен выход из этого ада! Убежать! Скрыться!

– Мира, прости, я задержался. Чёртову бабочку не мог нормально завязать, – перевожу взгляд на запыхавшегося Рафаэля.

Слава Богу! Он здесь!

Хватая его за руку, тащу мимо гостей в самый дальний угол и закрываю себя им.

– Ты чего? – Удивлённо спрашивает Рафаэль.

– Он… этот ублюдок… он притащил сюда жалкую и безумно уродливую стерву! На её шее моё колье! Моё! Я… – замолкаю, осматривая Рафаэля, и на пару мгновений зависаю, отмечая, насколько он хорош в новом костюме.

– Ты восхитителен, – шепчу я.

– Оу, спасибо. Ты тоже. Шикарное платье, – улыбаясь, он поправляет бабочку, оглядывая моё тёмно-бордовое платье в пол с открытыми плечами и длинными рукавами.

– Что ты говорила? Эрнест здесь? – Его вопрос возвращает меня в реальность, и я непроизвольно сжимаю кулаки.

– Да. Ты бы видел, кого он сюда притащил. Она стара. Она явно не первой свежести и уж точно повелась на моего папочку не из-за его внешности. Ей нужны его деньги. Она его очередная шлюха, – зло шиплю я.

– Мира, успокойся. Тебя это не должно волновать. Помнишь, кто я такой? И ты меня выбрала. Ты меня полюбила, а я люблю тебя. И твой отец тоже имеет право на счастье. Вероятно, это могло бы немного смягчить его отношение к нам с тобой, – открываю рот, чтобы возмутиться, но мягкий и проникающий, умиротворённый правдой, голос Рафаэля заставляет меня задуматься.

– Я запаниковала, прости. Я хотела найти тебя, но увидела его, и всё перемешалось. Вот, чёрт, он нас заметил, – выглядываю из-за спины Рафаэля и цокаю, видя, как отец направляется к нам.

– Значит, импровизируем. И не выражайся, – предупреждает Рафаэль.

– Ладно, но ты сам сейчас увидишь, какая она ужасная, – фыркаю я, натягивая улыбку.

Рафаэль закатывает глаза и, широко улыбаясь, поворачивается в тот момент, когда пара подходит к нам.

– Эмира, Рафаэль, рад видеть вас… – что-то не так. Рафаэль резко бледнеет, глядя на старуху. Мне даже кажется, что он сейчас в обморок упадёт.

– Мама?

Что?

Мне послышалось?

– Сынок, Эрнест позволил мне сделать тебе сюрприз, и вот она я, – эта старуха улыбается очень знакомой улыбкой. Его улыбкой.

Подождите, как она его назвала? Сынок? Мать вашу… ох, это же… да чтобы ты в аду сгорел, папочка!

– Мама, – женщина отрывает руку от отца, и Рафаэль падает в её объятия. Она поглаживает его по волосам, пока я, как полная идиотка, стою с открытым ртом.

– А ты не хочешь должным образом поприветствовать меня, Эмира?

Да пошёл ты, урод старый!

Я не могу разумно соображать. Да я в полном шоке и единственное, что в силах сейчас сделать – посмотреть на отца и возненавидеть его ещё сильнее.

– А ты так постарел, папочка. Тебе бы впору уже делать омолаживающие уколы, – едко произношу я.

– Это твоя дочь, Эрнест? Красавица. Ты был прав очень остра на язычок, как любая, уважающая себя девушка, – мелодичный голос матери Рафаэля раздаётся сбоку. Она держит потрясённого парня, моего, на минуточку, парня, за руку, да так, что он не может и слова вымолвить. Вот так. Она его забирает… специально сюда приехала, чтобы забрать его у меня. Это папочка постарался.

– Да, к сожалению, с годами всё только хуже. Эмира, познакомься с восхитительной женщиной, у которой тебе есть чему поучиться. Это Вероника Лоф, мама Рафаэля, – отец так приторно лыбится, что меня сейчас стошнит.

Вероника протягивает мне для приветствия руку, которую я игнорирую. Рафаэль до сих пор бледен. Он прослеживает движение руки матери и переводит умоляющий взгляд на меня.

– Очень приятно, миссис Лоф, – через силу и злость, которая сейчас кипит внутри меня, ответно протягиваю руку и пожимаю её.

Она не просто так приехала. Клянусь, мой папочка что-то задумал. Он хочет, чтобы Рафаэль увидел меня и свою мать, принял катастрофически быстрое решение в пользу своей семьи, а меня оставил.

Я не могу думать ни о чём другом и не воспринимаю эту женщину нормально, а только, как врага. Ведь вокруг меня постоянно враги, желающие нас разлучить. И папочка обычно не посещает подобные мероприятия, он постоянно говорил, что это слишком унижает его, как уважаемого миллиардера. А вот сейчас забыл обо всём, да ещё и с таким обожанием смотрит на Веронику. Он её трахает. Чёрт возьми, он спит с матерью Рафаэля.

– Думаю, вам с сыном есть что обсудить, Вероника. Вы можете прогуляться по залу, пока нас не пригласят на ужин, – произносит отец.

– Да, конечно. Простите, но мы покинем вас на некоторое время, – она уводит его. Она уводит моего Рафаэля, а он даже не оглядывается.

Боже, я сейчас такая жалкая.

– Безобразное поведение, Эмира. Ты в обществе, и тебе пора учиться быть достойной его, – отчитывает меня отец.

– Какого чёрта ты притащил её сюда? Тебя не волнует то, что напишут в газетах? Она же нищая, как и её сынок, – яростно шиплю я.

– Прекрати так себя вести. Следи за языком, юная леди, – резко говорит он. Я столько раз слышала подобное, но сейчас это задевает моё самолюбие.

Открываю рот, чтобы сказать какую-то очередную гадость, но в ту же секунду до меня доходит тот факт, что отец спокойно относится к тому, что Вероника здесь. А если он так легко принимает её, что даже напялил фамильные драгоценности ей на шею, то, вероятно, и Рафаэля рядом со мной примет.

Чёрт, это мне на руку, не так ли?

– До меня дошли слухи, что ты снова выкинула нечто отвратительное в стенах университета.

Вглядываюсь в глаза отца, ища там подтверждение своим мыслям.

– Ты конкретнее говори. Я много чего делаю.

– Ты отказала прекрасному парню, Карстену Хазе.

Закатываю глаза и цокаю. Конечно, папочку только это волнует, а не то, что моя жизнь была под угрозой.

– Он насильник, хотя это для тебя нормально, а вот для меня нет.

– Юношеский максимализм, и только, Эмира. Пройдёмся? – Отец предлагает мне руку, и я вынуждаю себя согласиться.

– Ты слишком худая, тебе следует немного поправиться. Но выглядишь сносно.

– А тебе не мешало бы похудеть. Живот отрастил, или тебя Вероника закормила пирогами? – Язвлю я.

– Если ты волнуешься о том, что между нами что-то есть, – отец замолкает, кивая знакомым, – то это пустое. Я никогда не опущусь до подобного сброда.

– Тогда почему она здесь?

– Проявил добродушие. Она давно не видела своего сына и очень по нему скучает. Для них эта разлука не пошла на пользу, – опасный звоночек. Нет…