Самир - Анастасия Шерр

люблю носить джинсы, а их тут нет. Мне же можно носить штаны? — поджала губы, видимо, стесняясь.

— Тебе можно всё, Настенька. И в особенности то, чего желает твоя душа, — прошептал ей на ушко.

Девушка смутилась, нервно хихикнула. Ох, ты ж какая… Игривая, оказывается. Глазки вон как заблестели. Может… Да нет. Встреча скоро. Не до секса. Хотя… Медовый месяц же, по идее. Надо бы новоиспечённую жену побаловать.

— Тогда ещё колготки нужны.

— Колготки? — сдержав улыбку, привлёк к себе, сжал ладонями её груди. — А может чулки, Насть? Твои стройные ножки грешно прятать в колготках, — и тут же пожалел о сказанном, потому что щёки девушки порозовели, что и послужило новой причиной рвущей штаны эрекции.

Телефон взорвался трелью, и он рыкнул, когда пришлось оторваться от Настиных губ.

— Сладкие. Моя конфетка, — провёл по ним большим пальцем, размазывая влагу, а девушка рвано выдохнула. — Да! — ответил на звонок более эмоционально, чем требовалось, стиснул рукой её талию и притянул к себе, буквально впечатывая.

— Самир Камалович, у вас встреча в двенадцать, вы просили напомнить, — защебетала удивлённая его тоном секретарша.

— Я помню, Ольга. Спасибо, — сбросив звонок, пару минут неотрывно смотрел на девочку, а та смущалась и кусала губы.

— Не делай так, — склонился к её лицу, легонько поцеловал. — Не кусай их. И не крась. Они должны быть готовыми для поцелуя.

Анастасия кивнула, опуская взгляд, а Самир, наконец, оторвался от неё, достал кошелёк.

— Вот карта на твоё имя. Я выделил тебе водителя, он же охранник, — поймал её протестующий взгляд и, приложив палец к манящим губам, покачал головой. — Только давай без сопротивления. Ты теперь моя жена. А я бизнесмен, Насть. Не последний человек в городе и в стране. Ты должна быть в безопасности, понимаешь?

Она не хотела понимать. Но кивнула.

— Ну, если для безопасности… Ты же не думаешь, что я стану убегать? — подняла на него взгляд своих красивых глаз.

Самир беззвучно засмеялся, поцеловал её в лоб.

— Моя маленькая, наивная девочка. Неужели ты думаешь, что от такого, как я, можно сбежать? Ты моя навеки. Моя жена. Да и зачем тебе сбегать? Разве со мной плохо?

Она отрицательно мотнула головой.

— Ну, вот и отлично. Занимайся своим гардеробом, обживайся в доме. Насчёт учёбы мы договорились. Можешь выйти после медового месяца. До того времени я переведу тебя к лучшему преподавателю.

***

— Сабурова Анастасия… — прочитала вслух надпись на карте, почему-то улыбнулась. А что, красиво. Звучит, так сказать. И когда только успел оформить карту? Хотя, что для Самира является невозможным?

Наверное, я слишком предвзято относилась к нему. Не такой он и плохой. Да, его взгляд пробирал до костей и иногда он этим меня пугал. Но то всё пустое, по сравнению с его отношением. Он ведь ни разу не обидел меня, не накричал. Да, я ещё не забыла свой первый секс и до сих пор чувствовала тупую, ноющую боль между ног, но ведь так у всех. Это нормально. Не его вина, что такова у нас, женщин, природа.

Да и не всё так ужасно, как мне думалось на свадьбе. Он хорош собой. Красив даже. И отвращения никакого я не ощущала. А ещё он разрешил мне продолжать учёбу и не заставлял бросать увлечения. Это же прекрасно! Я буду жить как прежде, только рядом не будет постоянно орущего, пьяного отца и его чокнутой женушки. Я теперь свободна!

И вообще, начала думать, что смогу полюбить Самира. Может, конечно, не сразу, но пройдёт время, и, я уверена, всё наладится. Не зря же говорят, что браки по расчету самые крепкие.

Радостная и почти счастливая я умчалась за покупками. Ни минуты больше не стану сидеть взаперти. Достаточно. И так полжизни под замком, как узница.

Охранник мне не понравился с первого взгляда, но, в конце концов, он ведь не муж, чтобы нравиться. Если следующий за мной везде и всюду здоровый мужик — это единственное препятствие в жизни, то я согласна. Теперь всё будет по-другому. Теперь я буду счастлива, и никто больше не станет играть мной, как куклой. Никто не закроет меня в клетке, как зверушку.

Тогда я ещё не понимала, насколько сильно заблуждаюсь.

***

Уже два дня жила в ожидании его звонка, но телефон молчал, и я понимала, что это конец. Конец всему.

Я не смогу без него. Просто не захочу. Боль уже разрывала сердце, а я думала, что же будет, когда он скажет мне о том, что я больше ему не нужна?

Из раздумий вырвала горничная.

— Светлана Игоревна, вас Самир Камалович зовёт.

Вздрогнув от неожиданности, вскочила со стула, нервно расправила на юбке складки.

— Спасибо, Валя. Я… Сейчас. Стой, а где он? — вид у меня, должно быть, не очень, потому что горничная опасливо попятилась, будто опасалась, что я на неё наброшусь. Дожили.

— У себя в кабинете.

— А, ну да… Да. Спасибо.

Взяв в баре чашку американо, выдохнула и постучала в дверь его кабинета. Самир позволил войти, и я… застыла на пороге, как вкопанная. Рука дрогнула, кофе пролился на светлый ламинат.

Какой же он… Красивый. Не смазливый мальчик, как сейчас принято, нет. У него мужская красота, присущая кавказцам. Безумно притягательный.

Наверное, мне стало бы легче, если бы он в тот момент выглядел уставшим или неопрятным. Не таким… Сияющим и довольным, словно кот, объевшийся сметаны.

Невольно вспомнила его жену. Красавица, чего уж там. Юная, прелестная. Девственница… Вот он и счастлив. А мне выть хотелось от горя.

— Здравствуй, Света. Проходи, — наградив меня хмурым взглядом, вернулся взглядом к документам.

— Привет, — на негнущихся ногах доковыляла до его стола, поставила чашку. — Я вот американо тебе принесла, — ещё совсем недавно у нас была такая традиция. Только он появлялся в гостинице, я сразу же бежала к нему с кофе.

— Спасибо, я дома пил, — буркнул, не отрываясь от бумаг, а мне эти слова по сердцу ржавым лезвием.

Она готовит теперь кофе, значит. Жена.

— Я ещё отчёт принесла. Вот, — подвинула папку, присела на краешек стула.

— Отчёт — это хорошо, — Самир отложил бумаги в сторону, поднялся во весь свой рост и медленно зашагал, обходя стол и приближаясь ко мне. — И кофе тоже неплохо, — встал позади. — А что мы будем делать с твоим неповиновением? — на плечо легла его невероятно тяжёлая рука. Уж я-то знаю, как она умеет наказывать.

Сглотнув, выдавила нервную улыбку.

— Ты о чём? Какое неповиновение? — Неужели он знает? О том, что я была на свадьбе? Я ведь скрывалась… Хотя, разве от Самира скроешься?

— Ты знаешь, о чём, — склонившись ко мне, шепнул на ухо, отчего по коже побежали стайки «мурашек». Ласково потёрся колючей бородой о мою щеку, а в следующий момент намотал мои волосы на кулак, больно дёрнул, запрокидывая мою голову вверх. — Как ты посмела, Светлана? — из его голоса исчезла нежность, и прорезались угрожающие нотки. Ох, как хорошо я их знаю.