Мастер порока - Юлия Гетта

— Ну, холошо, — кивнула Вика, и с готовностью спрыгнула с кровати.

Мои тревоги оказались напрасными — мы очень быстро нашли с ней общий язык. Уже когда чистили зубы, заливисто смеялись на всю ванную комнату и теперь мне сложно было представить, что этот чудесный общительный ребенок мог не идти на контакт с другими нянями.

Как я и обещала, после всех необходимых процедур, мы очень долго играли с Викки, и обе получали огромное удовольствие от процесса. Я даже боялась рано радоваться, что все складывается настолько хорошо. Такая уж у меня натура — когда все вокруг замечательно, внутри неизбежно поселяется навязчивое чувство тревоги. Не может быть абсолютно все хорошо? Рано или поздно что-то обязательно произойдет.

Но сейчас я старалась не думать об этом. Просто делала свою работу, которую и работой назвать язык не поворачивался, настолько приятной она была. Я даже не заметила, как пролетел день. А следом и второй. И третий.

Каждый вечер я звонила маме, спросить, как дела дома, как малые и, к счастью, все было хорошо. По крайней мере, пока они справлялись без меня, ну а я… безумно скучала по ним в чужих стенах. Порой меня так сильно ломало, что хотелось взять и сорваться домой прямо среди недели! Но я держалась.

Мне удалось быстро адаптироваться к новым будням и распорядку своей воспитанницы. С Викки мы ладили прекрасно и все делали вместе. Много гуляли — на придомовой территории имелся уютный сквер, в котором специально для малышки установили персональную детскую площадку с качелями, горками и даже песочницей. Порой она менялась со мной ролями — учила буквам, как учила её репетитор, а еще играм и вредностям. Даже сказки рассказывала перед сном, забирая у меня книгу. Хотя скорее это были истории или какие-то непонятные выдумки, но довольно логичные. Викки явно где-то слышала их, но ни одну из известных сказок это мне не напоминало.

В общем, я была довольна своей новой работой. Разве что хозяин дома по-прежнему вызывал у меня смешанные чувства. Пару раз мы сталкивались с ним в холле, и на лестнице, и при этом каждый раз он проходил мимо, не взглянув на меня, и даже не поздоровавшись. Будто я не человек, а предмет интерьера какой-то… Высокомерный тип.

Как я ни уговаривала себя не придавать этому значения, все же меня задевало такое отношение. Но стоило вновь оказаться рядом с Викки, как все лишнее тут же вылетало из головы.

Я старалась изо всех сил быть для нее хорошей няней. Придумывала новые интересные игры, читала детские стихи по памяти, пела веселые песенки из разных музыкальных мультфильмов. И малышке было хорошо со мной. Мне так казалось. Она была весела, активна, а самое главное за прошедшие дни ни разу не упомянула о родителях, чего я невольно и напряженно ждала. Зато регулярно спрашивала о своем дяде, а я диву давалась — как такой сухарь смог расположить к себе ребенка?

Сегодня, когда мы обедали на кухне, Викки вновь задала мне этот не частый, но регулярный вопрос:

— А когда Мак плидет? Он на лаботе?

— Да, солнышко, — привычно отозвалась я. — Кушай не отвлекайся, а то не узнаешь, что я тебе сегодня приготовила.

— Узняю, — самоуверенно заявила Викки, но ложку в суп-минестроне все же погрузила.

Только к еде она не вернулась. Ни с того ни с сего серьезно посмотрела на меня своими большущими голубыми глазками, и важно так произнесла:

— Аина, давай не будем ссолиться.

— Конечно, не будем, — растерянно улыбнулась я в ответ. — Зачем нам с тобой ссориться? Мы будем жить дружно…

— И с Маком тоже не надо ссолиться. Ссолиться — это плохо, — надув губки, заявила малышка.

— Правильно. Ничего хорошего в этом нет, — кивнула я, стараясь понять, почему она завела этот разговор. — Но даже если вдруг такое происходит, то надо как можно быстрее помириться. Знаешь, есть такое заклинание? Нужно взяться мизинчиками, и громко-громко сказать: «Мирись, мирись, мирись, и больше не дерись!»

— Знаю, — деловито отозвалась Викки, и быстро-быстро затараторила. — Если будешь длаться, я буду кусаться, а кусаться нам нельзя, потому что мы длузья!

— Какая ты умничка! — восторженно хлопнула я в ладоши. — Вот видишь, ты все уже знаешь. Прямо как взрослая!

— А вот Мак не жнает. Он не плишел к маме и не сказал миись-миись-миись, и они не помиились. Я его научу, чтобы он со мной не ссолился.

На мгновение я впала в ступор оттого, что Викки упомянула маму, и течение разговора резко сменило направление. Все-таки как бы я морально не настраивалась, не смогла быть готовой к этому. К тому же мне вдруг стало ясно, почему малышка завела тему ссоры. Поэтому я изо всех сил постаралась взять себя в руки, и спокойно ответила:

— Да, малыш, иногда дети ведут себя намного мудрее взрослых. Но я не думаю что твой дядя…

Но Вика уже не слушала меня. Я слишком поздно заметила, что взгляд её очаровательных голубых глаз устремился мне за спину, а на губках появилась радостная улыбка.

Я обернулась, кажется, немного резче, чем следовало, и меня тут же бросило в жар. Подпирая плечом косяк, в дверном проеме кухни стоял дядя малышки собственной персоной. Его пристальный взгляд был устремлен прямиком на меня, пробирая до мандража своим лютым холодом. Я едва сдержалась, чтобы не отвести глаза. И никак не могла понять, чем заслужила такое «внимание»? Марку Алексеевичу не понравилось, о чем мы с Викой говорили? Так ведь не я же завела этот разговор…

Тем временем малышка проворно слезла с невысокого детского стульчика и подбежала к своему дяде.

— Мак! — радостно воскликнула она, вцепившись обеими ладошками в его руку.

Варавва, наконец, оторвал от меня свой неприятный взгляд, и сдержанно улыбнулся племяннице.

— Как у тебя дела? — поинтересовался он, проведя рукой по её голове.

— Холошо, — уверенно ответила Викки, глядя на него снизу вверх.

Она и правда казалась мне слишком взрослой для своих лет.

— Тогда иди, ешь, — мягко и в то же время настойчиво велел ей хозяин дома, указав на стол кивком головы.

Но племянница не спешила отходить от него.

— А ты мне ласскажешь сегодня секлетную истолию? — спросила она с азартом в голосе, и я невольно акцентировала на этом внимание.

Однако дядя решил иначе.

— В другой раз. Сейчас ты должна поесть. После — поедете с Ариной в океанариум. Хочешь посмотреть на больших рыб?

— На ыб? — восторженно отозвалась Вика. — Хочу, хочу!

На губах Вараввы возникла еще одна спокойная улыбка, после чего он перевел взгляд на меня, и вновь сделался невыносимо строгим.

— К трем часам будьте готовы к поездке. Водитель будет ждать вас внизу.

С этими словами хозяин дома развернулся, чтобы покинуть кухню, и только тогда я поняла, что все это время почти не дышала.