Игрушка альфы - Кира Полынь

К огромному сожалению, единственное, что любила моя мать — власть. И я уже давно это понял. И Сати не посчастливилось стать жертвой матери. Она свято верила, что любящая мать желает для нее только лучшего, и легко шла на поводу, но матушка хотела только обезопасить свое положение в доме.

Пока Сати юная девушка, мать должна быть близко. Этот непреложный закон действовал уже сотни лет, и Латиса делала все, чтобы прикончить на корню мои попытки дать сестре возможность стать образцовой волчицей стаи.

Мортерем, младший альфа рыжих Герби, передал прошение на брак, и я его одобрил, но, поддавшись уговорам сестры, отложил. Зря, очень зря. Но теперь я был твердо уверен в том, что Сати отправится к жениху сразу же, как найдется. Возможно, вместе с матерью, до первых родов. Будущего побратима я предупрежу на ее счет, а остальное ляжет сугубо на его плечи. У меня появилась своя собственная проблема, которая обязательно окажется в моей постели, сразу же, как только я вернусь домой.

— Нашли?

— Нет, — Олье покачал головой, тяжело вздыхая, и взглянул на зажигающиеся фонари на главной улице рынка. — Все перепроверили альфа, никаких следов.

— Не могла же она просто исчезнуть! Продолжать поиски.

Промотавшись до самого заката, вернулся домой только поздней ночью, когда луна уже взошла над головой и своим огромным белоснежным диском освещала путь.

Новостей было немного. Сати видели у кораблей с волком, похожим на того, с которым она была замечена в первый раз, и все. Больше никакой информации, словно она специально заметала следы, чтобы ее не выследили.

Устал.

Сати опытный следопыт, как и каждый из стаи Эверик, значит, вывод может быть только один — она не хотела, чтобы ее нашли. Если сестрица вздумала сбежать, то клянусь именем первого волка, поймаю — закую в кандалы до самого отъезда.

— Где девушка? — спросил у Тиры, которая, встретив меня на пороге, сразу же протянула домашние штаны.

— Не могу знать, альфа.

Взглянул на нее хмуро, и женщина спрятала глаза.

— Еще раз спрошу, Тира: где девушка?

— Ее желала видеть ваша мать, как только та очнется.

— Да чтоб вас всех! — сдавил кулаки до хруста, принимая тот факт, что по-доброму эта встреча закончиться не могла. — Маркуса ко мне в кабинет. Живо!

Служанка коротко кивнула и едва ли не бегом отправилась на поиски старшего волка бойцов. Матерый волк служил еще моему отцу, отлично справляясь с остальными волками, обучая их борьбе и защите клана. Я не посмел отлучить его от этой должности, и Маркус отплатил мне преданностью и поддержкой.

Увидев мое хмурое лицо, волк помрачнел сильнее чем обычно, стоило ему войти в комнату. Я уже по сведенным бровям знал, что он прекрасно понимает, что я хочу от него услышать.

— Она в темнице.

— Один вопрос, Маркус: какого дьявола?

— Госпожа Латиса, — коротко ответил он, качнув плечом.

— Понятно. Приведи ее ко мне.

— Мать или девушку? — не скрывая ухмылки, спросил он, но усталость дала о себе знать, и я только взглянул на него, как волк согласно качнул головой. — Уверен, альфа?

— В чем?

— Что это стоит сделать мне?

— А есть причины для отказа?

— Незначительные, но все же.

— Говори, — опустился в кресло и вытянул ноги.

— Она дикарка. Набрасывается на любого, стоит к ней приблизиться. Против распоряжения госпожи Латисы, я велел накормить ее, а она, в свою очередь, бросила тарелку в Джая. Парень долго будет обижаться, неприятно, когда девушка обливает тебя супом с головы до ног.

— Плевать я хотел на его обиды, но ты прав. Пойду сам.

— Это верное решение, альфа.

Пока спускался в темницы, думал о том, что сказать матери, чтобы больше не смела выпускать свои когти, а мой зверь выл от счастья, как щенок, предвкушая встречу со своей половинкой.

Даже не сразу увидел ее. Лина комочком сжалась на тюфяке, поджав под себя почти полностью голые ноги, и спала, сжимая кулаки. Усмехнулся. Даже во сне она готова к бою. Может из нее и выйдет хорошая альфа-волчица?

Открыл камеру и присел на корточки рядом с ней, рассматривая симпатичное лицо. Странная она все-таки. Вроде ничего особенного, просто смазливое личико, но руки сами тянулись погладить шелковую кожу. В голове заметались картинки, как она сладко выгибается на простынях, призывно раздвинув ноги, и просит меня взять ее. Да-а-а, так и будет. Только разбужу ее. Стоило об этом подумать, как она резко распахнула глаза и рывком отпрянула к стене, вжимая плечи и поджимая губы.

— Тш-ш-ш, это я.

— Я вижу.

Склонил голову к плечу, рассматривая, как смешно она морщит нос, и улыбнулся.

— Пойдем в спальню. Я дико устал и хочу разглядеть тебя получше.

Щеки вспыхнули краснотой, но, гордо задрав подбородок, она замотала головой, отказываясь:

— Я с вами никуда не пойду, альфа, — выплюнула, как проклятие, и отвернулась. — Мне и тут неплохо. Еда только так себе. Ах, да, меня же запретили кормить! Так что проблема решилась сама собой.

— Лина…

— Се-ли-на, — проговорила по слогам и сложила руки на груди. — Вы говорили, что устали, не смею вас больше задерживать.

— Не могу без тебя уйти, — взглянула на меня, как на умалишённого, и фыркнула. — Как я могу отойти ко сну, приняв ванну без моей личной служанки?

Большие глаза распахнулись еще шире, и я едва сдержал лицо, чтобы не рассмеяться. С характером девчонка, забавная. Но выслушивать ее недовольство я сейчас хотел меньше всего. Завтра вновь отправляться на поиски Сати, и я планировал отдохнуть, желательно в компании своей пары, которая скалилась и брыкалась, не желая идти на мировую.

С сожалением стоило признать, что сейчас у меня совершенно нет времени на ухаживания и объяснения принципа парности, но и оставлять ее в темнице было выше моих сил, а добровольно она не пойдет.

— Как голова?

— Пока вас не было, не болела. Если вы серьезно думаете, что я буду… мыть мужчину, то я спешу вас огорчить. Нет!

Сверкнула злыми глазами и вновь отвернулась.

— Будешь. Потому что я так сказал.

— С какой стати? Эй! — Дернул ее за руку и взвалил на плечи, как мешок, покидая темницу. — Отпустите! Я не буду вашей прислугой!

— Будешь!

— Нет, не буду! Кто вы вообще такой, чтобы я вас слушала?!

— Я альфа. Я твой альфа, Лина.

Услышав, как девчонка фыркнула, улыбнулся. Это будет интересная прогулка по ее смущению.