Секс дыбом - Владислав Картавцев

Как сказано в анкете, наш дом расположен в дачном (коттеджном) поселке «Переделкино». Поселок вполне приличный, соседи – культурные, образованные и интеллигентные люди (некоторые даже с писательским прошлым – хотя таких мало). Часто по вечерам соседи устраивают коллективное чтение русской классики, я и тайком от хозяина (заругает!) пробираюсь послушать.

Мне нравятся:

– Чехов;

– Гоголь;

– Толстой.

Мне не нравятся:

– Островский;

– Чернышевский;

– Гончаров.

Пока не определился с:

– Достоевским;

– Куприным;

– Тургеневым.

Только прошу – не стоит презрительно шипеть в мою сторону – дескать: «Смотрите, какой невежда! Ему, видите ли, не нравятся вот эти трое – величайший русский драматург, революционер и литературный папа Обломова! Да гнать его взашей метлой – и близко не подпускать к высокой литературе!»

Хулителям меня отвечу:

Во-первых, всё сразу нравиться не может – иначе, ты не вдумчивый читатель или слушатель, ты дурак набитый три раза!

Во-вторых, я имею полное право на предпочтения – как свободное мыслящее существо! И не вам – ценителям чего-то там – меня упрекать!

В-третьих, слог, господа и дамы, слог! Он либо легкий, либо такой, как у Чернышевского – вязнет на зубах, и его невозможно заглотить! Нет, конечно, умом я понимаю, что то да сё – Чернышевский – наше всё, но увольте! Пусть его слушают почитатели его творчества, а мне и Чехова вполне достаточно!

В-четвертых, как будто специально, на Островского, Чернышевского и Гончарова подбираются такие чтецы, что уже через пять минут весь поселок мирно дремлет под их занудные голоса! Невозможно выдержать, невозможно воспринимать – зато отличное снотворное, после которого просыпаешься бодрым и полным сил!

Всё, устал приводить аргументы – четырех достаточно! Пора спрыгнуть с забора, лишив литературные посиделки своего аристократического присутствия, и познакомить вас с участком и коттеджем.

* * *

Земли при доме – двенадцать соток. Неплохо, учитывая ее местоположение и ценность!

Земля вся благоустроена – частично заасфальтирована, частично засажена деревьями и кустарниками, частично пересекается парковыми, выложенными камнем тропинками. У нас есть даже фонтан с бассейном – размером три на три. Иногда хозяин выпускает в него живых карпов – поохотиться! И что тут начинается!

Конечно, главный в семье охотник – это я! Хозяин так – иногда со спиннингом ездит на ближайшее озеро, платит деньги и сидит с утра до вечера на берегу, пьет пиво, делая вид, что что-то ловит, иногда – чистит ружье и отправляется на юг на недельку – пострелять бекасов и жирных фазанов. Но прибытка от него – ноль! Ни разу я не видел, чтобы он вернулся домой с рыбой или птицей – хозяин съедает трофеи (если они есть) прямо по месту добычи!

Совсем другое дело, когда в нашем бассейне плещутся серебристые тельца с плавниками – да, они считают себя рыбой, но я-то знаю, что вскоре «рыба» превратится в отдельные безголовые тушки. В безголовые потому, что голову я им отъем обязательно!

Летом, примерное один раз в две недели, по Переделкино ездит трактор с бочкой, и тракторист громко оповещает собственников и арендаторов домов, что он приехал и привез живую рыбу. Хозяин останавливает тракториста, закупает килограммов двадцать карпа (шесть-семь штук), и они с трактористом вдвоём выпускают карпов в бассейн. А здесь уже я собственной персоной – готов когтями и зубами доказать, что отношусь к смертельно опасной хищной породе!

Карпы, раздувая жабры, ныряют в воду и расслабляются – а я вспрыгиваю на бортик бассейна и притворяюсь неотъемлемой частью пейзажа. Жду, пока они ко мне привыкнут! Я лежу, не шевелясь, и высматриваю подходящую добычу – крупного самца-наглеца, что смеет с гордым видом плавать у меня в бассейне!

И вот – сладостный миг! Я резко выбрасываю вперед лапу с остро отточенными когтями, затем вторую, третью и четвертую, запрыгиваю на карпа верхом и передней парой лап вцепляюсь ему в морду, заворачивая к небу – чтобы карп, подлец, не ушел на глубину! Он, конечно, начинает истово биться тушей о бортики бассейна – нагоняя волну в жалкой попытке освободиться от моей смертельной хватки. Но не на того напал!

Никогда Пан Чарторыжский не позволит примитивной рыбе удрать – особенно если почувствовал пьянящий запах свежей чешуи! Никогда! Во мне уже проснулся и ревет дикий зверь – мои когти безжалостно полосуют плоть карпа, зубы ищут его яремную вену – перегрызть и испить крови! В этот миг я похож на мифического вурдалака – нет, я не похож, я он и есть!

Битва в разгаре! Волны бьют меня со всех сторон, я задыхаюсь от недостатка кислорода, моя нежная шерстка прилипла к телу и похожа на линялый палас, а я сам похож на бобра – только без ласт и без передних выступающих зубов. Мне приходится несладко, но цель – высшая цель охотника – влечёт меня вперед, велит мне не отступать и не сдаваться!

Рыба-карп упорна и жизнестойка. Это вам скажет любой любитель-рыболов. Добыть ее (особенно, в честной борьбе) ох как непросто, но зато если получилось, если смог, смело и по праву гордись собой и наслаждайся сочным мясом карпа в сыром, свежем виде!

Все мои четыре лапы и бессчетное количество зубов работают без остановки. Я – терминатор! Я – разделыватель и потрошитель! Я – ужас, летящий на спине карпа, и от меня нет защиты! Рыбе никуда не деться, уйти по течению, сбежать в омут она не может – заперта в бассейне! И в итоге я обязательно добьюсь своего!

Конечно, рыба – тупа! Никто не станет этого отрицать. Мозгов у нее хватает только на то, чтобы жрать и метать икру время от времени. Но зато (вследствие своего примитивизма) рыба бьется за жизнь до конца, не понимая, что цивилизованное создание давно попробовало бы испросить почетные условия капитуляции.