В поисках единственной - Валентина Кострова

— Дим…

— Ммм…

— Поцелуй меня… — тихо попросила, смотря как он вскинул голову. Поставив бокал, подползла к нему и уселась на колени, обхватив ладонями его лицо. Он дышал урывками.

— Ник, я не робот, чтобы после поцелуя спокойно на тебя смотреть, как будто ничего не произошло, — его шепот с темнеющим взглядом возбуждал, поерзала на коленях, заставив его стиснуть зубы, а под собой ощутить явную выпуклость в области ширинки. Я склонилась к его губам, нежно всосала нижнюю губу, слегка прикусив зубами. Тело вздрогнуло, когда одна рука обхватила меня за шею, вторая накрыла грудь через блузку, сжимая до чувственной пытки. И теперь окончательно поняла, что без него не смогу жить, нет, смогу, физически никуда не денусь, но вот душевно всегда буду рядом с ним, постоянно думать о нем, тосковать-грустить, стремиться всегда только к нему одному, как в начале наших отношений. Потому что люблю его безумно. Отстранилась, схватила края его джемпера, потянула вверх. Он послушно поднял руки. Губами припала к жилке на шее, скользя по ней языком. Дима шумно выдохнул, сжимая мои бедра. Я гладила его плечи, хаотично водила руками по груди, спускаясь губами и сама ниже. Облизывая пупок, расстегнула ремень на джинсах, запуская руку под резинку трусов. Его горячая плоть сразу же нырнула ко мне в ладонь, как соскучившийся котенок. Позже мои губы сомкнулись на головке члена. Подняла на Диму глаза, улыбнулась, видя его сузившие от желания глаза. Он взял меня за руку и потянул на себя, завладев губами, подмял под себя, оказавшись внезапно сверху. Даже сквозь ткань своих джинсов ощутила, как мне жарко между ног, как там все трепещет и ждет. Нетерпеливо стала извиваться под его руками, вжимаясь бедрами в него.

— Ника! — рыкнул Дима, задрав блузку и отодвинул чашечку бюстгальтера, втянул в рот набухший сосок, болезненно его прикусил, заставив меня застонать. Я вновь задвигала бедрами под ним. Его зеленые глаза посмотрели на меня в упор, в то время как руки расстегнули пуговицы, стянули вместе с трусами уже не нужные штаны. Пальцы нежно погладили внутреннюю сторону бедра и свободно скользнули внутрь, нажимая на чувственные точки, превращая меня в неадекватное существо, жаждущего жесткого траха.

— Дима! — взмолилась, не в силах больше терпеть пытку. Не раздевшись до конца, ощущая, как ткань натирает нежную кожу между ног, он накрыл своим телом, напряженно входя в меня. Обняв ногами его талию, приподняла бедра, задавая свой темп. Сначала было непривычно, засомневалась, что сумею испытать оргазм после длительного отсутствия половой жизни, но, когда Дима обреченно выдохнул, согнул локти, вжимаясь в меня всем телом, задвигался быстрее, ощутила, как нечто теплое поднималось с кончиков пальцев, пока не накрыло с головой. Чтобы не разбудить криком детей, впилась зубами в его плечо, вонзая в спину ногти. Я мерно покачивалась на волнах своего экстаза, закрыв глаза, двигаясь в такт резким движениям Димы, пришла в себя, когда испытала боль в плече. Удивленно повернула голову, заметила на коже следы от зубов.

— Ты че кусаешься? — недовольно пробурчала, растворяясь в глазах, напротив.

— От большой любви! — он хотел сползти с меня, но крепче сжала ноги, с ним было как-то уютно и тепло. Дима лег набок, притянув меня к себе. Теперь я поняла почему он в свое время так настойчиво убеждал меня купить большой диван, как полигон, на нем было комфортно лежать вдвоем, не боясь грохнуться. Провела пальчиком по его губам, они дрогнули в улыбке.

— Я люблю тебя! Но никогда больше не предавай! Лучше говори, все что тревожит, что беспокоит, чего боишься, что напрягает! Никогда не заставляй меня и детей плакать!

— Ника, я не буду говорить…

— Тсс…что-то подобное ты говорил в день нашей свадьбы, типа не изменишься в одно мгновение.

— Но я ведь купал же детей до года!

— Да-да, это требует ордена за отвагу!

— Ника! — он уткнулся в изгиб моей шеи, целуя кожу. — Я люблю тебя! Спасибо Богу за то, что мы сумели преодолеть наши трудности! Спасибо ему за тебя!!! Спасибо тебе за мудрость, терпение, понимание! — его губы переместились к моему рту, слова утонули в поцелуе. В этот миг были только он и я, весь мир перестал существовать, потому что все что могло меня заинтересовать вместилось в нем одном!