Обреченные обжечься - Anne Dar

– У-у-у… Кто-то вчера неплохо покутил, да? – словно жалеючи, протянул свой вопрос сидящий напротив меня Дариан. Сиди он справа, и я была уверена в том, что он погладил бы меня по головке, что едва бы облегчило мою ношу.

– Ты бы видел её на теннисе, – то ли весело, то ли снисходительно произнесла Ирма. – Я её едва не убила отскочившим мячом. Повезло, что она стояла за сеткой.

Я посмотрела на свои наручные часы. Половина седьмого: ещё полтора часа до окончания моего рабочего времени, а я уже сейчас хочу завалиться в постель. Может быть отпроситься у Дариана? Впрочем, только если после ужина, по-другому он точно не отпустит, ведь пятью минутами ранее он буквально заставил меня поужинать в его с Ирмой компании.

– Таша, у тебя всё в порядке? – попытался словить мой взгляд Дариан, но мой болезненный взор был слишком бегающим, чтобы я смогла сосредоточиться на собеседнике.

– Я уйду после ужина? – отстранившись на спинку стула, поинтересовалась я.

– Конечно, – сдвинул брови Дариан.

– Выходит, вы вчера так бурно отпраздновали возвращение Хьюи и Мии? – поинтересовалась Ирма.

– У меня не похмелье… – наблюдая за тем, как Дариан взял мою тарелку, чтобы накласть в неё что-то, отозвалась я, но запнулась. – Точнее, не только похмелье. Думаю, Пандора добавила в пунш что-то покрепче рома. Но прежде чем я успела это понять, я успела отравиться.

– Отравиться? – удивлённо округлила глаза Ирма.

– Нат решила поэкспериментировать с итальянской кухней и у неё не вышло, – попыталась ухмыльнуться я, но получилось как-то слишком криво.

– Теперь понятно, почему ты сегодня столько антибиотиков выпила, – заметила Ирма.

– Антибиотиков? – в голосе Дариана послышалось напряжение. – Ты с этим аккуратнее.

– Да куда уж аккуратнее… – пробурчала я, наблюдая за тем, как Дариан ставит передо мной тарелку.

Только когда я взяла в руки столовые приборы, я поняла, что не ела целый день – с утра и до сих пор заливалась одной водой, словно иссушенное от жажды дерево. На тарелке у меня лежала подрумянившаяся лазанья, которая наверняка бы казалась мне по-королевски красивой и невообразимо вкусной, если бы не сосущее ощущение в желудке. Сделав глубокий вдох, я отрезала небольшой кусочек и положила его в рот. Сначала я не почувствовала ничего, затем, разжевав, начала догадываться с чем именно лазанья и, всковырнув кусок на тарелке, к своему несчастью убедилась в том, что лазанья нашпигована фаршем. Воспоминания о фарше во вчерашней пасте Нат заставили меня сжать зубы.

– Я, пожалуй, не буду, – отодвинула тарелку я, – соус бешамель вкупе с фаршем – не лучшее решение после отравления.

Дариан напрягся, но перечить моему отказу не стал. В итоге, вместо того, чтобы участвовать в ужине, я взяла в руки свой телефон и начала дочитывать статью, открытую мной ещё утром, в которой говорилось о эффективных способах снятия последствий отравления и похмелья. Только я нашла абзац на котором остановилась – о восстановлении водного баланса – как в мой нос ударил невыразимо сильный запах, ненавистный мне с детства. Непереносимость оливок мне передалась от матери.

– Что ты делаешь? – переведя взгляд на Ирму, поинтересовалась я, хотя и видела, что она достает из только что открытой ею банки оливки.

– Подумала, что тебе будет приятно, если я тебе подам, – пожала плечами девчонка. – В них много витаминов…

– Прекрати, – зажав нос ладонью, поморщилась я. – Я с детства не переношу оливки, а эти ещё и пахнут жутко…

– Чего ты выдумываешь? – Ирма поднесла вскрытую банку с оливками к носу. – Почти не пахнет…

Прежде, чем она успела договорить, я вскочила со своего стула и буквально вылетела из столовой. Сомневаюсь, что наша с Нат дружба того стоит, но я вновь оказалась на коленях перед унитазом. Зато не пришлось дожидаться окончания ужина, чтобы отправиться домой, где я, не найдя в себе сил заглянуть в гости в родительский дом, приняла горячий душ и, дрожа всем телом, зарылась под одеяло, после чего быстро отключилась и беспробудно проспала весь вечер, и всю ночь.

С утра стало полегче. И всё равно я отказалась от пробежки – слишком велика была вероятность того, что мой организм, ещё не до конца отошедший от пасты Нат и пуша Пандоры, мог неправильно растолковать внезапную встряску. В общем, этим утром я решила обойтись без рисков.

Вместо традиционной пробежки я проверила почту (обязанность, которая после переезда Нат к Байрону отошла ко мне) и, к своему удивлению, нашла в почтовом ящике открытку от Коко, на которой была изображена Эйфелева башня во всю её высоту и на отвороте которой было фигурным почерком выведено всего три слова: “Счастливы. Не ждите”. По-видимому, Олаф с Коко и вправду вернутся не раньше свадьбы Байрона с Нат. Значит, нам и вправду встретиться не скоро… Тяжело вздохнув, я вернулась в дом.

Этим вечером вся моя семья направилась в гости к родителям Руперта (повторное знакомство сватов), а так как я только начала отходить от “застольного стресса”, я была не против задержаться у Риорданов, тем более это был отличный способ отбить назад свои деньги за вчерашние неотработанные полтора часа. Отказавшись от карамельного попкорна и пива, я остановила свой выбор на обжаренном солёном арахисе и воде – по-видимому подсознание всё ещё боролось за мой водный баланс. В итоге мы закончили просмотр какого-то кровавого боевика, название которого я так и не запомнила, в начале десятого. Когда же я, дождавшись субтитров фильма, засобиралась домой, Дариан с Ирмой вызвались сопроводить меня до выхода.

Перед тем, как уйти, я отлучилась в туалет по-маленькому, оставив Риорданов ожидать меня в коридоре. Уже надев штаны и начав застёгивать на себе ремень, я вдруг поняла, что у меня физически не получается попасть в отверстие ремня. Оторвав взгляд от своих рук, я хотела поднять голову, но вместо этого она отчего-то вдруг запрокинулась назад, и в следующую секунду я осознала, что лечу вниз.

Кажется, я ударилась головой. Нет, я определённо ударилась головой, потому что чувствовала, как пульсирует запекающаяся справа от моего виска кровь. Дверь в туалет я по-привычке не закрыла – у людей, долгое время живущих холостыми, развиваются и не такие привычки – поэтому Дариану не пришлось выбивать её, чтобы выволочить моё тело в коридор, а затем перетащить его в гостиную.

Всё это время я пребывала в полуобмороке. Это такое состояние, в котором не можешь ни заставить себя расплющить веки, ни начать ворочать языком, но зато ты всё прекрасно слышишь. Меня опустили на диван в полусидячее положение, и только после этого я начала постепенно приходить в себя.

– Эй, ты чего?!.. – Дариан навис надо мной всей громадой своего мускулистого тела.

Его голос ещё никогда не звучал так обеспокоенно, что сейчас недурно так вводило меня в панику.

– Нормально… Нормально… – только и смогла произнести я, задыхаясь, словно от панической атаки.

Поняв, что к моим глазам начинают подступать слёзы, я попыталась проморгаться, но мои веки всё ещё были слишком тяжелы, чтобы соглашаться вступать со мной в сотрудничество, и моя шея напрочь отказывалась удерживать вес головы, заставляя её бессильно заваливаться на правое плечо. Заметив это, Дариан поспешно подложил свою ладонь под мою правую щёку и попытался выровнять положение моей головы, я же тем временем изо всех сил пыталась ему помочь своим неожиданно онемевшим телом. Внезапно перед нами возникла Ирма с красным кейсом в руках, из которого вскоре был извлечён аммиак. От режущего запаха, ударившего напрямую в мой мозг, я резко пришла в себя. Моё тело всё ещё оставалось безвольным, а мои руки и ноги неожиданно похолодели, отчего меня вдруг бросило в дрожь.