Очень светлые неприятности - Александр Горбов

Часть 1. Монстры, эльфы, две метлы

— Шобрали пошледнее оружие и шдали на металлолом, почти тонну.

— Бука, — я нахмурился, — прекрати специально шепелявить. Ты же можешь нормально говорить.

Орк грустно вздохнул. Потерю клыков Уру-Бука пережил очень тяжело и пытался хоть как-то компенсировать. За месяц после битвы он то вытачивал себе деревянные зубы вместо выбитых, то шепелявил, как раньше, то пытался овладеть чревовещательством, чтобы не открывать рот.

— Значит так, — я показал ему кулак, — или ты идёшь к стоматологу, или я тебя за руку туда отведу.

— Владыка, — Уру-Бука кисло скривился, — не надо. Это страшный доктор! А если он мне другие зубы выдернет?

— Прекрати! Опять старая песня? Никто тебе ничего плохого не сделает. Поставит вставные клыки, и всё. Хочешь — стальные, хочешь — золотые. Будешь ходить, сверкать фиксами.

— Владыка, пожал…

— Закрыли вопрос. Что там дальше?

Уру-Бука кивнул и опустил взгляд, чтобы свериться с бумажкой. Читать и писать он научился недавно, однако новым умением пользовался активно. Но почерк у него был — как будто шифровки, чтобы враги не прочитали.

— В лесу поймали десяток эльфов. Городские, совсем молоденькие. После битвы заблудились и построили на дереве настоящий эльфийский дом. Собирали ягоды и корешки. Совсем одичали остроухие.

— И куда их? Только не говори, что в темницу.

— Зачем? Они такие жалкие были. Дали им еды и показали дорогу на Кемнаро.

— Правильно, молодец. А что с «табором»?

Это была наша головная боль. Орки, пришедшие из пустошей, отпраздновав свой курултай, большей частью ушли обратно. Но несколько тысяч задержались: каждый день веселились, устраивали кулачные бои, допоздна шумели и ходили в город задирать местных.

— Я провёл воспитательную работу, — Уру-Бука улыбнулся уголками губ, — половина сегодня утром отправилась в пустоши. Выдал бумагу, чтобы их не ругали старейшины: мол, были заняты помощью Владыке.

— А другая половина?

— Не хотят уходить, им в городе понравилось. Можно им остаться?

— Почему нет? Только так: найди им жильё и проведи инструктаж. Чтобы драки не устраивали, не мусорили. Объясни, как водопроводом пользоваться.

— Сделаю.

— А! И главное — чтобы песни ночами не орали. Ко мне уже приходили жалобщики.

Уру-Бука кивнул.

— Не будут. А можно…

Дверь в мою комнату распахнулась, и на пороге появилась бабушка.

— Совещаетесь?

Старушка быстро засеменила к нам.

— Букочка, а сходи погуляй. Мне с Ваней поговорить надо.

Орк вскочил, быстро кивнул несколько раз и бочком утёк из комнаты. Ох, бабушка! Запугала ты генерала. Он даже Тьму не боялся, а ты его гоняешь как мальчишку.

— Ваня, — бабушка села напротив меня и нахмурилась, — до каких пор это будет продолжаться?

— Что продолжаться?

Я отчаянно пытался вспомнить, что упустил. Обещал выгулять Дитя в городе? Ходил. Заказать новую форму оркам? Вроде говорил Буке. Мусор не вынес? Так для этого специальный скелет назначен.

Бабушка недовольно покачала головой, глядя мне в глаза. После битвы старушка сменила измазанные сажей бинты и теперь выглядела просто ослепительно. В прямом смысле этого слова — накрахмаленная белоснежная мумия. Только глаза горели все тем же магическим огнём.

— Девочка вся измучилась.

— Дитя? Ну я же только вчера…

— Причём здесь ребёнок? Я про Клэр. Месяц уже прошёл, как битва закончилась. Где свадьба, Ваня?!

— Свадьба…

Не то чтобы я забыл. Очень даже помнил. Просто столько всего навалилось после битвы. Да ещё и не напоминал никто.

— Страдает бедненькая, мучается. А воспитание не позволяет прямо сказать. Даже исхудала, несчастная!

А вот здесь я бы поспорил. Клэр это специально, я сам видел! Каждый вечер в оранжерее с Шагрой запираются и делают что-то типа фитнес-упражнений. Нет, я не подглядывал, ни в коем случае! Просто заглянул через Казну разок, только удостовериться, что всё в порядке.

— Ладно, с невестой ты разберёшься, — продолжала наседать бабушка. — А о народе ты подумал?

— Народ? Он тут при чём?

— Как это при чём? Он измучился! Ждёт, понимаешь ли, праздника. Надеется погулять после тяжёлых военных действий. А ты ему шиш?

— Ба…

— Свадьба Владыки — событие века. Большой праздник, много еды, подарков, развлечений. Мало того что мы праздник по окончании битвы не закатили, так ещё и свадьбу откладываем.

Спорить с бабушкой занятие бесполезное и к тому же опасное. Так что я сделал виноватое лицо и кивнул.

— Согласен, нехорошо вышло. Раз ждут — будем устраивать свадьбу, я готов хоть сейчас.

— Сейчас не надо.

— А когда? Что делать-то? С чего начинать?

— Начинать, — передразнила меня бабушка, — я уже всё начала. Значит так, сначала идёшь к Мошуа и примеряешь костюм. Он там шьёт не покладая швейной машинки, но для тебя время найдёт.

— Ага.

— Не агакай, а запоминай. После костюма — идёшь в город и находишь распорядителя.

— Кого?

— Свадебного распорядителя, специально для вас выписала из агентства.

— Тамада, что ли?

— Сам ты тамда. Между прочим, очень почётная работа, уважаемая! К нему тёмные за год записываются. Специалист штучный.

О как! Надо же — свадебный распорядитель. Не ту я работу выбрал.

— Ладно, поговорю.

— Он у твоего синекожего товарища прохлаждается. Ох, боюсь, как бы не закормил он распорядителя, а то ещё ходить не сможет от съеденного.

— И что ему сказать?

— Спроси, какое свадебное расписание на первые десять дней он составил.

— Расписание? Десять дней?!

Бабушка рассердилась:

— Ваня, ты чем слушаешь? Я же сказала: твоя свадьба — большой праздник.

— Да я понял. Но думал — день-два.

— Нашу с дедом свадьбу праздновали дюжину дней, — бабушка улыбнулась, видимо, вспомнив давнее событие. — И то прервались из-за того, что светлые припёрлись.

— Ясно. Ну, надо так надо.

— Молодец. Кстати, вот держи.

Бабушка щёлкнула пальцами, и на стене появилась дверь Казны.