Пламя и сталь - Андрей Земляной

Совсем недавно, буквально тридцать лет назад, закончилась жестокая и опустошительная война, перекроившая все границы человеческого ареала. Пали Лигонский Союз, Гарната и Сиан, а на их обломках утвердились те, кто смог дать отпор бесчисленным шаранским ордам, и те, кого выпавшие испытания сделали только сильнее и могущественнее. Наша Отчизна, Саргонская империя, по праву является тем центром, что объединяет все прогрессивные силы человечества, в едином порыве идущие к светлому будущему во имя прогресса. Двадцать планет, словно драгоценное ожерелье, опоясывают материнскую планету, великий Сарг, давший нам всем единую Цель и Веру.

…Ведомые великим воителем, истинным стражем прогресса, Князем Хионом, мы и дальше будем нести Веру и Просвещение всему человечеству.

Из приветственной речи начальника Академии Синего легиона генерал-полковника Седрано ар[1]Коно

Империя Саргон, сектор три, планета Лада

— Давай, тяни…

Хишан, невысокий щуплый подросток в темно-синем потертом комбинезоне и тяжелых шнурованных полусапогах, упрямо тащил вверх осклизлую от влаги и плесени железку, напрягаясь изо всех сил.

— Еще поднажать…

Серг, его друг и соратник по далеко не безобидным иногда шалостям, высокий, плечистый и крепкий, несмотря на подростковый возраст, вдруг выпустил рычаг из рук и чуть отошел.

— Подожди, убери руки, ща снизу вдарю.

— Ты чего? — Хишан, от удивления прекратил давить на рычаг старого шлюзового люка.

— Я говорю отойди…

Дождавшись, когда приятель отойдет, Серг поддернул штаны комбеза и точным, сильным ударом ноги, обутой в такие же, как у приятеля, сапоги, стронул приржавевший рычаг с места и уже почти без усилий поднял его вертикально.

— Вот как надо!

Затем мальчишки уперлись плечами в люк и, ожидая, что тот тоже будет сопротивляться, чуть не упали, когда массивная стальная дверь неожиданно легко распахнулась, открывая проход в круглый, словно труба, тоннель.

Не учтенный ни на каких открытых картах проход обнаружил Хишан, посещавший иногда такие дебри компьютерной сети, в какие не лазили даже администраторы. На старой карте, хранившейся в базе городского управления вентиляции, он был просто обозначен как «не работающий», но при этом помечен значком, обозначавшим принадлежность к Службе Охраны. Начинался коридор из неприметного ответвления Главной Фермерской ветки, а точнее — от сопровождающего ветку дренажного тоннеля.

— Добро пожаловать… — Серг, удержавшийся от падения сам и удержавший товарища, осторожно осмотрелся. — Что-то не похоже это на «запретный тоннель». — Он потянул воздух чутким носом. — Похоже скорее на сервис-шлюз магистральника.[2]— Чуешь, воздух сухой и металлом отдает?

— А почему тогда сигналка стояла? — Хишан, большой специалист во всем, что касалось механики и электроники, тоже внимательно осмотрелся. — Силовых кабелей не видно, воздушный поток слабый, да и плесенью почти не пахнет.

— Это верно. — Серг кивком подтвердил правоту товарища. — Сигналка хоть и полудохлая, но контролька горит, а значит, все равно на пульт приходит. — Он обернулся. — Ну что? Так и будем стоять? Давай хоть глянем, что там. Будет что девчонкам рассказать.

Закрыв за собой шлюз, друзья двинулись вперед.

— Смотри. — Хишан шагнул к стене. — Свод черный совсем. — Он скользнул лучом фонаря по поверхности. — Лет пятьсот как минимум.

— Еще чего! — Его приятель фыркнул. — У нас даже плите в школьном музее и то триста двадцать всего.

— Вот именно! — Возбужденный мальчишка повернулся к товарищу. — Там цвет скорее темно-серый, а здесь смотри — совсем черный.

— Ну и что из этого?

— Это точно «запретный тоннель»! Я тебе говорю!

— Ага. И здесь лежит оружие древних… — Серг улыбнулся.

— Ну, это, конечно, вряд ли… — Хишан вздохнул. — Но было бы здорово найти какую-нибудь старую вещь. Помнишь, Клаг притащил пуговицу от адмиральского мундира?

— Это разве забудешь?

Серг говорил, продолжая двигаться по тоннелю, не забывал внимательно осматриваться по сторонам. Конечно, храсков уже давно не видели, и даже кое-где позабыли, как они выглядят, но, как говорила старая Хельза, «осторожный бережен богами».

— Тогда Клагу вмыли по первое число, чтобы не шлялся где ни попадя, а пуговицу все равно отобрали. Теперь в музее, олицетворяет.

— У нас не отнимут, — уверенно произнес Хишан. — Я законы знаю. Пуговицу он, кстати, сам отдал, чтобы сильно не ругали. Стой! — Подросток предостерегающе хлопнул друга по плечу. — Я что-то слышу.

Слегка завидовавший аномально острому слуху и зрению друга Серг мгновенно остановился и положил руку на старый, но ухоженный кинжал с эмблемой горноспасательной службы на клинке. Пусть он не так хорошо видит в темноте и не так хорошо слышит, но в бою на клинковом оружии ему нет равных в школе, и в этом походе он не чувствовал себя багажом. Сильный, уверенный в себе и быстрый, он действительно был готов сойтись в бою даже со стаей храсков.

— Показалось, наверное. — Хишан шагнул вперед и коснулся стены кончиками чутких пальцев. — Что-то есть, но далеко.

— И как ты это все слышишь… — Серг убрал руку с оружия.

— Не знаю. — Друг легкомысленно пожал плечами. — Получается как-то.

— А чего у тебя тогда показатели такие…

— Какие? — Хишан тихо, почти беззвучно рассмеялся. — Самые что ни на есть средние. Думаешь, мне хочется быть подопытным кроликом у Серых Маршалов? Вспомни Клаву. Каждый раз, когда после новой серии опытов приходит, смотреть страшно. Я, можно сказать, каждый раз перед проверкой целое исследование провожу, что, у кого и сколько. Школьную базу уже раз десять перетряхивал.

— Как не вскрылся только? — Серг уважительно посмотрел на приятеля.

— Я осторожно. — Хишан чуть слышно хмыкнул. — Да и не секретят этот раздел. Я же в контрольные не лезу. И в личные дела тоже.

— А мог бы?

Чуть дрогнувший голос товарища был для Хишана понятнее учебника для первоклашек.

— Все хочешь поразить Ксану своей осведомленностью? — Поскольку Серг промолчал, Хишан продолжил: — Ты пойми. Она наверняка поделится со своей матерью, а та поскребется в школьный совет или, того хуже, расскажет отцу. Ты еще не забыл, кто там папа? И все. Ты вскрылся. Сам вскрылся и меня вскроешь. Начальником СБ дурака не поставят. Сразу разберутся, кто в базе ковырялся.