Системный Правнук. Том 3 - Андрей Третьяков

Андрей Третьяков

Системный Правнук

Том 3

Глава 1

Сергей

Я сидел на корточках и разглядывал эту долбанную стену с отрицательным уклоном, а руки перебирали альпинистское оборудование. Крюков было достаточно, чтобы подняться на высоту почти в километр. Это была хорошая новость. А плохая заключалась в том, что мне придётся обходиться всего тридцатью метрами верёвки. В принципе, на страховку этого должно было хватить даже обоим, но вот дорогу протянуть шансов не было. И крюки придётся забивать минимум вдвое чаще от нормы.

Как однажды сказала Сергеевна, «глаза боятся, руки выполняют», ну, или что-то похожее. Так что я не стал рефлексировать, а просто подошёл к стене и вбил первый крюк. Потом второй — чуть выше. К вечеру прошёл всего шестьдесят метров, слишком сложно было удержаться на такой скале, и чрезвычайно прочным оказался материал стен. Я напрасно искал малейшие трещинки, их практически не было. Отколовшиеся блестящие капельки исправно убирал в сумку. Позже в память об этом приключении сделаю из них сверкающий потолок. На сегодня хватит, и, спустившись со скалы, с трудом забираюсь в тамбур палатки.

Аня меня встретила улыбкой, ей явно сильно полегчало. Во всяком случае, тошнить её перестало, и она могла двигать пальцами, торчащими из гипса. Девушка нежно и ласково обняла меня и прошептала в ухо не хуже Графа:

— Милый, я хочу есть. Точнее, нет, я хочу жрать!

— А что не хуже-то? — раздался детский голосок котёнка. — Хотеть жрать — нормальное состояние любого разумного. Но некоторые не особо разумные этого не понимают! Так что я с Аней, она понимает!

Малой материализовался и с гордым видом забрался к девушке на колени, демонстративно игнорируя меня. А та прям растаяла, тут же принявшись гладить и тискать мелкого негодяя. Хотя почему мелкого? Он был размером уже с обычную домашнюю кошку!

— Граф, ты когда успел так вымахать? Ты уже вдвое крупнее себя обычного! — не выдержал я.

— Ну, во-первых, кожаный мешок с костями, ты улучшался. Мне от Системы тоже перепало немного, кульная тема, реально! Дайте две, в натуре. А, во-вторых, млять, я же жру! Ты что, берега попутал? Сам же меня кормишь, дятел. А от еды все растут! Хотя стоп. Ваш убогий вид от еды толстеет, я анал-зир… анализы-в… короче, изучал! Не всем повезло родиться мной, вот.

Этот пушистый говнюк сидел на ручках Анюты, вылизывая своё брюшко, и косился на меня. Я достал двенадцать порций: пять поставил Ане, две мелкому и пять себе. Еду следовало поэкономить. Неизвестно, насколько мы тут застряли. Хорошо, что я сделал неплохой такой запас.

— Слышь, жмот! — Граф внимательно посмотрел на меня. — С чего это я говнюк? Рамсы попутал, мы же уже выясняли, кто из нас срать умеет, а кто нет! Почему мне только две порции? Маловато будет!

— Потому, дорогой Граф, что ты читаешь только те мысли, которые удобны тебе! — взвился я. — Я же только сейчас подумал о том, что надо экономить, чтобы выбраться отсюда! Вот и давай экономить! Ты считаешь, мне эти жалкие пять порций хотя бы червячка заморят?

— Эй, ну что началось-то? — пошёл на попятную Граф. — Я ж любя. Еду любя, если что, а то напридумываешь ща себе говна разного.

Аня по понятным причинам слышала только мою половину диалога, но сидела, еле сдерживая смех. Богатое воображение помогло ей додумать вторую сторону. Ну да, смешно, б**ть. Вот как с ними всеми жить? Впрочем, это риторический вопрос, люблю я их обоих, даже этого мелкого негодяя и пакостника.

— Слышь, мешок костей, это сейчас серьёзно было? Вас вроде ангел за враньё наказывать должен. Ты меня правда любишь? Повтори это вслух! Бегом, падла! Прямо сейчас!

— Граф, я тебя люблю. Не как Аню, платонически, как друга люблю, — не покривив душой, выдаю я.

— Мля, ещё не хватало, чтобы, как самок своих, — проворчал Граф привычно детским голоском. — Но тебя не наказало! А ангел точно тут работает? Это важно для нас обоих, я должен быть уверен…

— Зачем тебе этот бред? — интересуюсь. — Ну ладно! Я люблю и хочу свою учительницу по геометрии.

«С вас списано два балла за недопустимое недостоверное высказывание, порочащее суть отношений», — тут же отозвался ангел.

— Ну, братан, ты не представляешь, что это значит. Я могу перевести уровень симбиотических отношений на второй! Ураа-а-а-а-аааа! Я невероятно фартовый парень! Но так-то я тебя тоже люблю. Априори, это моя физиология. Кому растреплешь — оторву яички и прожарю и, вон, Ане подам на ужин. Понял, млять?

Ответить я не успел, котёнок исчез, даже не притронувшись к еде. Я немного подождал и спросил:

— И? Что это значит? Что такое второй уровень?

Но ответа не было. Кстати, пропало даже привычное тепло на ноге, как будто мелкий сейчас отдельно от меня, но нет. Каким-то непонятным чувством я ощущал, что он со мной, и ему тяжело. Очень тяжело. Мне реально хотелось ему помочь, но я даже примерно не представлял, чем.

— Серёж, что сейчас произошло? — услышал я Анютку. — Куда делся Граф, и что такое второй уровень? Вот сейчас ничего не поняла. Объяснишь?

— Кто бы мне объяснил, — я задумчиво поскрёб затылок. — Мелкий переходит на второй уровень симбиотической связи. Не спрашивай меня, что это значит, я не в курсе. Я просто чувствую, что ему тяжело и больно. Но как помочь, представления не имею. Вот такие дела.

Аня помолчала, потом решительно пододвинула один из подносов здоровой рукой поближе к себе и принялась за еду. Да, я тоже очень хотел есть, и голод усиливался, как будто Граф вытягивал из меня все соки. Впрочем, я не исключал, что так оно и было. Схватив свой поднос, начал поглощать всё подряд с дикой скоростью. Остановился, только когда понял, что еда кончилась, а любимая сидит напротив меня с огромными глазами с единственной порцией. Всё остальное я закинул в себя, не пережёвывая. Вот тебе и экономия, мать его! Достаю ещё четыре и с виноватым видом протягиваю девушке. Она немного опасливо берёт верхний и жадно приступает к еде.

— Анют, прости. Не знаю, что это было. Наверно, то самое повышение уровня. Чёрт, я опять жрать хочу! — выдаю я, почувствовав голодные позывы.

Но я и так сожрал больше, чем это возможно! Что, на хрен, происходит? Граф, не молчи, объясни хоть что-то? Ну, конечно, в ответ тишина, кто бы сомневался.