Архивы оборотней - Андрей Белянин

Я выдвинула ящик кухонного стола, достала самый большой нож и задумчиво взвесила его в руке. Пожалуй, нет…

Взяла второй. Подлиннее, с зубчатым лезвием. Подержала в руках оба. Ну этот еще где-то как-то…

Я справлюсь. В конце концов, не в первый раз, да и заточка стали сейчас все-таки получше, чем в начале прошлого века, а ведь и тогда их резали. Ну-с, и где же ты у меня прячешься?

— И туган тел, и матур тел…[1]— патриотично замурлыкала я себе под нос, доставая из холодильника конский сервелат, подарок родственников из Казани.

Вкуснейшая штука! Но твердая, зараза, как палка. Обычно резать такие вещи я заставляла Алекса, но он еще не вернулся от шефа, поэтому возиться с нарезкой придется самой. Чайник уже вскипел, батон под бутерброды приготовила, осталась колбаса, и тут…

Входная дверь надсадно заскрипела, и в прихожую, как всегда без стука, ввалился толстый Профессор. Опустив мордочку вниз, он мрачно прошествовал ко мне и тяжело сел прямо на кафель, с трудом пристроив массивную задницу в угол между мусорным ведром и стенкой. Не надо быть семи пядей во лбу, чтобы понять — у Пусика очередная депрессия.

— Отрезать тебе кончик? — заботливо предложила я.

Кот вздрогнул и впервые проявил эмоции — его глаза округлились до размера царских пятаков.

— Чего ты? — густо краснея, смутилась я. — Мама всегда отрезает кошкам кончик колбасы с веревочкой. Никто никогда не отказывался — и игрушка, и еда.

Кот демонстративно положил лапу на сердце. Дважды вдохнул и выдохнул, дабы дать мне возможность еще раз почувствовать себя садисткой и маньячкой. После чего наконец-то перешел к делу:

— Алиночка, нам надо серьезно поговорить.

— Валяй, — предложила я, с трудом напиливая сервелат неровными ломтиками.

— Может, ты отложишь всю эту кухонную ерунду и все-таки выслушаешь меня?

— Может быть. — Я, не оглядываясь, кинула ему кусок колбасы.

Пока агент 013 молча жевал, я успела разложить деликатес на тарелочке и помыть руки.

— Ну что там у тебя? Опять поссорился с Анхесенпой?

Кот посмотрел на меня как на ясновидящую, но ответил, только когда справился с колбасой, а она твердая.

— Я ухожу от нее. Сколько можно? Дети, дом, готовка, служба, уборка, стирка. Даже вынос лотков — все на мне! А ведь я уже не пылкий юноша. Я хотел написать книгу, получить Нобелевскую премию, насладиться фресками Новодевичьего монастыря…

— Кто тебе мешает? — без сострадания буркнула я, потому что подобными стенаниями этот умник может достать кого угодно.

— Она! — патетически взвыл Профессор. — Стоит мне, переделав все дела, сесть за компьютер, как эта озабоченная тут же ложится поперек клавиатуры и чего-то требует!

— А ты и не догадываешься чего?

— Догадываюсь. Но еще раз повторю — я не пылкий юноша.

— Хочешь, чтобы я ее урезонила?

— Право, уже и не знаю, дорогуша. — Агент 013 встал и начал как бы невзначай тереться об мою ногу. — Может, мне просто не хватает банального женского тепла, внимания, ласки…

— Так, пошел вон, скоро Алекс придет, — напомнила я.

— Алекс, Алекс, что нам Алекс?! В конце концов… — Дверь скрипнула, и кот мгновенно сменил тон: — Дружище! Как я рад тебя видеть! А мы вот тут с Алиночкой болтаем на всякие отвлеченные темы…

Он поперхнулся, потому что в этот момент мой муж притянул меня за талию, поцеловал и только после этого обернулся к напарнику.

— Хорошо, что ты здесь, приятель. Я только что от шефа, он дал нам новое задание, мы едем в Архангельск!

— Куда? На север?! Надеюсь, не с августа по июнь? Я там морозиться не собираюсь.

— Да брось! Куда делась твоя порывистая храбрость, камрад? Твой боевой дух? Твоя жажда приключений? Я тебя не узнаю в последнее время.

— Что поделаешь, жизнь достала… — Пусик опустил голову и, судя по тону, снова приготовился ныть перед удвоенной аудиторией. Но я не дала ему этой возможности.

— Любимый, садись кушать. За столом все и обсудим.

— Это у вас что, второй полдник? — фыркнул кот. — У Синелицего сегодня были обалденные вареники с картошкой, все просто упоролись.

— У нас своя диета.

— Конская? — Агент 013 покосился на колбасу.

— Лошадиная, — скрипя зубами, признала я. — Просто надо часто есть маленькими порциями высококалорийные продукты. Что-то в последнее время постоянно чувствую голод. А в одиночку как-то не то…

Профессор раскрыл рот и всплеснул лапами:

— Алиночка, неужели тебя уже тянет на соленый сервелат?!

Я предупреждающе погрозила ему ножом. Кот сразу опал с морды, приняв высокомерно-обиженный вид. Но я сунула ему под нос еще один неровный кружок колбасы, и он на некоторое время отвлекся. Пока Алекс мыл руки, я тишком открыла папку, которую он принес с собой, и начала читать первую страницу…

«Место: Россия.

Город: Архангельск.

Время: 1775 год. Русский Север. Морошка. Треска. Короткое лето. Карбасы. Моржи и белые медведи.

Цель задания: кикимора болотная. Обычная. По-латыни Kikimurus vulgaris. Промышляет кражей младенцев с целью поедания, крупным шантажом, мелким вымогательством, подделкой золотых монет и обманом частных лиц с заведомо нечестными намерениями…»

— Фу, лейтенант Орлова-Сафина, как не стыдно! — Кот хлопнул меня лапкой по руке, прикрывая папку. — Дождитесь остальных членов команды, нам ведь тоже интересно.

Я схватила толстуна за ту же лапу, пытаясь профессионально заломить ее ему за спину. Но подошедший сзади Алекс успокаивающе положил мне руку на плечо.

— Не ссорьтесь, ребята. Через полчаса нас ждут в костюмерной. Выдвигаемся сегодня же. Дело там действительно серьезное.

— Я никуда не уйду, пока не доем колбасу! — уперся Пусик. — Будьте милостивы и гостеприимны!

Ага, я мстительно отодвинула нарезку подальше, быстро сунув два кусочка себе в рот.

— Ну вот что вы у меня вечно цапаетесь, как кошка с собакой? — Мой муж со вздохом опустился на табурет. — Шеф действительно просил разобраться с этим побыстрей.

— С щем ражобраться? С хихиморой? — С трудом прожевывая твердую колбасу, я пересела поближе к командору. — Обычное задание. Что мы с тобой, кикимор не видели?