Сердце крейсера - Галина Гончарова

Волны крутые, штормы седые —

Доля такая у кораблей…

М. Матусовский. «Крейсер „Аврора“»

— Старший лейтенант Вайндграсс по месту несения службы прибыла.

Аврора отдала честь. Но улыбаться не спешила. Командир «Летящего сквозь бурю» ей не слишком понравился. Какой-то лощеный, холеный, аристократичный…

Разве такими должны быть боевые офицеры?

И взгляд не понравился. Слишком холодный, оценивающий…

— Аврора Иридина Вайндграсс. Сплошные звездные дипломы…

Аврора преданно ела глазами начальство.

— Вы действительно профессионал в своей области?

— Так точно, тэр полковник.

— Верет дерьма не выпускает. Но чтобы баба — и закончила академию?

Аврора не сдвинулась с места. Не моргнула. Даже не вздохнула лишний раз. Просто поменяла выражение лица. Потренировавшись на Роне, она обнаружила, что так тоже можно. И сейчас на ее лице было большими буквами написано: «Еще один тупой, ограниченный самец».

Кажется, полковник это понял.

— К тому же у тебя диплом навигатора. За красивые глаза его не получишь. Действительно хорошо разбираешься?

— Так точно, тэр полковник.

Теперь Аврора смотрела спокойнее. С выражением «Проверил бы сам — и отвязался?»

И полковник это понял.

— Мы должны идти на учения в квадрат Бета тридцать семь — двенадцать. Карты возьмете у штурмана. И садитесь за расчеты. Мне требуется максимально короткий и удобный курс.

— Слушаюсь, тэр полковник.

— Принесете мне расчеты, как сделаете. Я проверю.

— Слушаюсь, тэр полковник. Разрешите исполнять, тэр полковник?

— Каюту покажет старпом, обратитесь к нему.

— Слушаюсь, тэр полковник. Разрешите приступить, тэр полковник?

— Идите, старший лейтенант.

Аврора отдала честь, развернулась на каблуках — и вышла.

Расчеты? Это ей знакомо. Сейчас определится с каютой, возьмет карты и приступит.

Для того ее и учили.

На корабле Авроре понравилось.

В условиях невесомости она чувствовала себя великолепно, вид звезд вызывал у нее чувство, близкое к счастью, а необходимость копаться с программами и железками, рассчитывать и прокладывать курс… Ей это просто нравилось.

Даже не «просто». Очень нравилось.

Возиться с головоломными уравнениями, учитывать тысячи и тысячи параметров, рассчитывать трассу — иногда на грани фола, смотреть, как громадный корабль идет через гиперпространство, повинуясь ее указаниям, — это было счастье.

Экипаж на корабле тоже подобрался неплохой. Командир хоть и казался редкостным снобом, но дураков не терпел. Стоило ему убедиться, что Аврора получила диплом не просто так, — и полковник мгновенно прекратил к ней придираться. Наоборот, распорядился, чтобы девчонку не трогали.

Хотя ее и так не трогали.

Женщин в космосе хватало, тем более таких, которые на все готовы сами. И как сексуальный объект Аврора просто никого не интересовала.

Да, симпатичная. Даже красивая. Но красоту еще показать надо. А это… вечно в комбинезоне на пару размеров больше, вся в смазке для двигателя и каких-то подозрительных пятнах, волосы туго заплетены в косу, выражение лица самое недружелюбное…

Кому оно надо — связываться?

Удовольствия с такой девицей явно не получишь, а проблем будет сколько угодно.

Так что мужчины сделали пару авансов, получили решительный отказ — и отвязались.

Женщины, видя такое дело, наоборот, стали относиться к Авроре намного лучше. И девушка смогла работать спокойно.

По большому счету ей было все равно, как к ней относятся. Но если положительно — тем лучше. Быстрее можно получить все необходимое, точнее выполнят твои распоряжения…

Хотя особенно Аврора никем не распоряжалась. Ее дело было просчитать трассу. И отдать штурманам.

Те вводят все в компьютер. А по получившейся трассе уже идут пилоты.

Аврора только проверяла.

К большой радости штурманов, Аврора была замечательным товарищем, когда дело касалось работы. Проверить, поправить, помочь ввести данные — да запросто. Даже если ради этого придется с кем-то посидеть на вахте — что страшного?

Ей несложно.

Ее обязанность рассчитать курс, проложить его, а это несложно.

То есть несложно это было только для Авроры — рассчитывать головоломные уравнения с тысячами параметров, учитывая малейшие детали. Ей это доставляло удовольствие. Она копалась в справочниках, искала цифры, учитывала малейшие изменения, смотрела сводки, обрабатывала громадный массив информации… и не только для себя, но и для других кораблей эскадры.

Вообще на эскадру полагалось три навигатора. У Висена-младшего они были. Один на флагмане, два — на крейсерах. Но, судя по их трассам, Аврора считала коллег бездарями.

Девушка просто не принимала в расчет, что ее-то мозг используется целиком, на сто процентов. А нормальный человек от такого сойдет с ума. Остальные-то навигаторы были самыми обычными людьми, без сверхспособностей… Талантливые математики, физики — да. Но не более того.

Хотя и Авроре иногда было тяжело. Накатывали приступы головной боли, ее трясло, отчего случалось замыкание у всей окружающей техники… потом приходилось ликвидировать последствия, но вроде девушка пока справлялась.

Никто ни о чем не подозревал.

Калерия знала, но что она могла посоветовать дочери? Только одно — держись, малышка. И береги себя.

Жутко хотелось самой повести корабль, но пока ей это не доверяли. Поэтому девушка ограничивалась тем, что путешествовала по системе управления.

Компьютер же…

И сеть.

А где есть сеть, там она может пройти. Спокойно и не напрягаясь.

Поправить ляпы, которые допустили при введении ее расчетов в компьютер, немного погулять… и ощутить себя единым целым с громадным кораблем.

Он ведь тоже живой.

Если кто-то думает, что космический корабль — это мертвый набор пустых железяк, он сильно ошибается. У корабля есть своя душа, сердце, разум, он такой же живой, как и любой человек. Только люди могут разговаривать, а корабль…

Он тоже может. Но поймет его далеко не каждый. Может быть, только она и понимает. Но об этом нужно молчать. Чем меньше людей знают о ее способностях, тем лучше.