Застывший огонь - Алекс Орлов

Мучные бабочки веселым хороводом вились вокруг светившейся вывески, и самые смелые из них безрассудно бились о защитный колпак Шелест крыльев напоминал звонкие удары насекомых о колпак, отвлекали Ленни Фрозена от работы и напоминали о том, что уже слишком поздно и пора идти домой.

Крупный мотылек отделился от своей компании и неожиданно атаковал оконное стекло.

— Эй, парень, ты, смотри, не очень-то, а то окно расшибешь, — заговорил с ним Фрозен.

Мотылек как будто понял и вернулся к своим товарищам, а Фрозен посмотрел на часы и начал собирать бумаги. Сегодня он снова работал сверхурочно, за жалкую добавку к месячной зарплате.

— Ребята, кто-то должен поработать с документами «Блэк Пламб», иначе мы не успеем, — сказал перед обедом начальник отдела Генри Петровски.

И все, как обычно, начали придумывать разные отговорки.

— Я не могу, мне нужно к врачу, — заявила Нэнси Крайчек.

— Я бы рад, сэр, но у меня сегодня важный семинар, — отмазался Фил Баттлер, посещавший курсы повышения квалификации.

— А у меня сегодня тренировка, — пожал плечами здоровяк Тэдди Лифшиц.

— Я могу остаться, шеф, — поднял руку Элрой Ривас, но мистер Петровски замахал руками:

— Нет-нет, Элрой, мы еще не расхлебали последствия твоей работы с фруктовой компанией Бисмарка. Я знаю, на кого можно положиться… — Мистер Петровски посмотрел на Ленни Фрозена.

И Ленни опять остался на сверхурочную работу.

Но не это его угнетало. Идти домой особенно не хотелось. Что его там ждало?.. Холостяцкая квартирка: ободранные обои, совмещенный санузел, паутина в углах и забытые под диваном грязные носки, лежавшие с прошлого года.

Иногда, возвращаясь со службы, Ленни Фрозен часами гулял по улицам города, заходя в район Риц, где было полным-полно антикварных магазинчиков. Там Ленни подолгу простаивал возле витрин, созерцая то, на что у него не хватало средств, — коллекционные шахматы. Ленни был заядлым коллекционером. Его собрание состояло из более чем сорока комплектов шахмат: от потрескавшихся фигурок из примитивной пластмассы до поистине настоящих произведений искусства — прекрасных копий с шахмат императора Финх-Недд.

Ленни не особенно нуждался в модной одежде, вкусной еде или дорогой мебели — все свои деньги, в том числе и премии за сверхурочные работы, он тратил на приобретение шахмат. Живший напротив Ленни отставной полицейский Шао Браун часто подтрунивал над Фрозеном, потому что тот, несмотря на свою страсть к коллекционированию шахмат, так и не научился в них играть.

— Извини, Ленни, но у нас, в сорок четвертом участке, таких, как ты, называли шакалятами, — говорил, бывало, Шао.

— Это почему?

— А потому, что ты закапываешь в землю косточку, которую все равно есть не станешь.

— Нет, Шао, это другое, — возражал Ленни.

— Один хрен, ты бы хоть выучил Е2 — Е4…

— Мне это ни к чему, Шао… — обычно заканчивал разговор Ленни и уходил. Он не говорил Брауну, что специально не учится играть в шахматы. Фрозен боялся разрушить некую тайну, которой, как ему казалось, была окутана эта древняя игра. Ленни считал, что увлеченный игрой человек уже не различает, что перед ним — штампованные углепластиковые фигурки или произведения великого Ронсана. Гроссмейстер видит только задачи и комбинации, но не сами фигурки…

Когда Ленни покидал вестибюль, часы показывали уже половину двенадцатого. Он сдал ключи, махнул рукой знакомому охраннику и вышел на улицу.

Дневной смог уже поднялся к верхним этажам небоскребов, и внизу дышалось довольно сносно. Шахты-озонаторы жужжали на полную катушку, чтобы к утру очистить все улицы.

Ленни направился в сторону центра, и спустя пять минут возле него притормозило такси. Фрозен отрицательно покачал головой, и машина помчалась дальше, мигнув на прощанье зеленым огоньком.

Следом за такси проехал инкассаторский грузовик. Его бойницы смотрелись очень грозно, и Ленни невольно поежился, словно его в чем-то подозревали.

Возле светофора стояла шумная компания девушек-подростков. Они громко смеялись. Когда Ленни проходил мимо, одна из них попросила у него закурить.

— Извините, я не курю, — ответил Ленни.

— Ну тогда дай два кредита на сигареты, — сказала перемазанная губной помадой девчонка, и ее подруги засмеялись.

Ленни достал деньги и отдал девушке. Та пожала плечами и сказала «спасибо». Подружки опять засмеялись, а Фрозен улыбнулся им в ответ и пошел своей дорогой. Ему было приятно, что девушки обратили на него внимание, пусть даже со скуки. Ленни знал, что он не слишком привлекателен.

Ну а кому понравится лысеющий сутулый человек, имевший излишек веса и толстые ляжки? И что бы ни говорил сосед Шао Браун насчет того, что мужику внешность ни к чему, Ленни хотелось быть похожим на своего сослуживца — Тэдди Лифшица, спортсмена и покорителя дамских сердец.

Возле линии муниципального трамвайчика Фрозену пришлось пробежаться. Едва он запрыгнул на подножку, двери захлопнулись, и трамвайчик покатился в сторону Старого города, туда, где жил Ленни.

Вагон был почти пустой, если не считать лениво целовавшейся парочки да пьяного кондуктора. Он остановился возле Ленни и долго высчитывал причитавшуюся сдачу, дыша на пассажира винными парами.

Трамвай постукивал колесами на стыках рельсов, и эти звуки убаюкивали. За стуком колес уходили тревоги и постоянное ощущение неустроенности. Ленни слышал, что через год трамвай уберут и пустят метро, и это ему совершенно не нравилось.

«Что хорошего в подземных поездах? — думал он. — В окно смотреть неинтересно. Остается наблюдать за пассажирами или спать…»

Трамвай остановился на нужной остановке, и Ленни лихо спрыгнул на платформу, едва не подвернув ногу.

«Полегче надо, — поморщился он. — Я же не Тэдди Лифшиц».

И, слегка прихрамывая, он направился к своему дому.

Едва Фрозен начал переходить улицу, как из-за угла показался большущий муниципальный грузовик. Машина мигала разноцветными маяками и двигалась прямо на Ленни, который от неожиданности даже остановился. Остановился и грузовик. Дверца открылась, и с подножки на асфальт спрыгнул рабочий в оранжевом комбинезоне.

— Ты чего встал как вкопанный? — неожиданно высоким голосом спросил водитель грузовика, — Жить надоело?..

Не дожидаясь ответа, он надел желтые рукавицы и достал из кабины большой дистанционный пульт.

Ленни отошел в сторону и стал с интересом наблюдать, как выезжала длинная стрела с длинным, как хобот, рукавом. Рабочий стащил крышку люка железным крюком и, нажимая кнопки на пульте, заставил рукав опуститься в шахту до самого дна. Включилась помпа, и в колодце мощно зашумела вода.