Скалолазка и Камень Судеб - Олег Синицын

Стопка папок с рукописями девятнадцатого века набралась высокая. Из одного хранилища в другое ее можно переместить только за два раза, но повторно проделывать изнурительный путь через этажи и кучу коридоров было лень. Поэтому я обхватила стопку руками, придавила сверху подбородком и поплелась по коридору, громко стуча тяжелыми туфлями с квадратными каблуками.

Задача оказалась непростой. Приходилось постоянно упираться подбородком в стопку папок, поэтому голову было не поднять. Глаза сквозь стекла очков видели только пол. Чтобы ориентироваться в архиве по полу, знаете ли, нужна сноровка. Но я не первый день здесь работаю. Вон там угол линолеума задран – значит, скоро начнется лестница.

Длинный подол юбки, которую Люба Егорова метко прозвала рабоче-крестьянской, так и норовил запутаться в истертых носах туфель. Зря я ее нацепила. Нет, в ней удобно: просторно, нигде не жмет, когда тексты переводишь… Иное дело – овладевать в ней профессией грузчика…

Совершенно неожиданно передо мной возникла пара мужских ног в новеньких лакированных ботинках сорок второго размера. Пришлось остановиться, поскольку ноги перегородили дорогу.

– Тетенька! Не подскажете, где нам найти такую Овчинникову? – поинтересовался молодой задорный голос.

Кому это – «нам»?

Словно в ответ на мысленный вопрос, в поле зрения появилась другая обувка. Эти ботинки размером были больше и смотрелись как-то архаичнее. Сразу бросалось в глаза, что их знакомили с гуталином только по большим праздникам, а возможно, и реже.

– Это я! – прошипела сквозь зубы, не поднимая подбородок. – И вам – не тетенька!

В общении возникла пауза. Очевидно, незнакомцы осматривали меня с ног до головы. А я в свою очередь водила глазами из стороны в сторону, рассматривая их ботинки, потому как больше рассматривать было нечего.

– Хм… – Молодой голос. – Что, в самом деле? Вы – Овчинникова?

– Нет, Тина Тернер!

Он опять замолчал. Ну и долго так будем стоять? Застали меня врасплох. Принялись допрашивать посреди коридора, а я даже их лиц не вижу!.. Если подниму подбородок – рукописи девятнадцатого века усеют пол, как кленовые листья устилают асфальтовые дорожки за окном. Осень все-таки. Самое удачное время для слякоти на улице и в душе.

– Если вы Алена Овчинникова, то нам хотелось бы поговорить с вами.

– Мне этого совсем не хочется.

– Быть может, отложите на время эти папки?

– Что вам нужно?

– Смотрите, тут комната открыта… – Он имел в виду небольшой читальный зал для работы с документами, что расположен слева. – Тут и стол есть. Положите на него рукописи, они вам мешают.

Я не двинулась с места. Дед с детства учил меня не разговаривать с незнакомцами. А тут – целых два незнакомца! Один – болтливый, второй – молчун в нечищеных ботинках. Подозрительны оба.

– Что вам нужно?

– Всего лишь несколько минут вашего времени!

Какой навязчивый. Не нравится он мне. Надо было сказать, что я – не я. Тогда бы эти ботинки бродили по коридорам архива до конца рабочего дня.

– Мое время расписано, как у королевы Англии! – предупредила я.

– Мы отнесемся к нему бережно.

– Кто это – «мы»?

– Мы представляем одну международную компанию. Меня зовут Александр. Можно Саша… А это наш советник по вопросам взаимодействия – Глеб Кириллович.

Я вошла в читальный зал, осторожно сгрузила папки на ближний стол, села за него. Они вошли следом и закрыли дверь за собой, отчего я почувствовала себя неуютно. Спряталась за стопку рукописей и из-за нее разглядывала незнакомцев.