Ворожея против чародея - Мстислава Черная

Деревянный домик нашей соседки вспыхнул свечкой. Пламя перекинулось на сад, в мгновение слизнуло старую резную беседку, побежало дальше. Я не знаю, что случилось со старушкой-соседкой, тайком от моих родителей угощавшей меня сдобными плюшками. Не верю, что одинокая пожилая женщина выжила. Папа помочь ей не успел, а больше, наверное, и некому было. Меня вместе с другими детьми заставили спрятаться.

Помню, как забилась в щель, как неподалёку мяукал потерявшийся котёнок, и я очень хотела выбежать из укрытия, чтобы его забрать, просила, умоляла, но мама не позволила, удержала за руку, заставила остаться на месте и слушать, зажимая уши ладонями, как котёнок зовёт и плачет, как в стороне кричат люди. Иногда я слышала стоны, перекрываемые грохотом обрушивающихся зданий. Воняло гарью, горящим мясом, смертью.

Я рыдала, а Белосветск расцветал. Город исчез, обернулся огромным оранжево-красным, нестерпимо ярким цветком, увенчанным чёрным смрадным дымом.

Краем сознания я понимала, что огонь давно отгорел, что чёрное пепелище, оставшееся от города давно заросло изумрудной травой, что родители выжили, я выжили, но выпутаться из сна не могла. Я кричала, звала, рыдала, кажется, билась.

— Халси. Халси!

Меня резко встряхнули, но кошмар не отпускал.

— Ну раз вы не хотите по-хорошему, халси, воспользуюсь вашим же рецептом.

И на лицо мне вылилась порция ледяной воды.

Я с визгом подскочила.

— Вы сами напросились, — заявил Рай.

Я не отреагировала. Сердце колотилось, слёзы лились ручьём. Я попыталась спрятать лицо в ладонях.

— Халси…

Матрац чуть спружинил, когда Рай забрался ко мне, обнял, притянул к себе:

— Ну что вы…, - в голосе чувствовалась явная растерянность. — Всего лишь дурной сон, халси.

— Белосветск.

Больше Рай ничего не спросил, не сказал. Прижал меня к себе гораздо крепче, качнулся из стороны в сторону, погладил по спине. Он убаюкивал меня, словно маленькую девочку, позволял выплакивать терзавшую меня боль прошлого, и только шептал, что всё позади. И мне становилось легче. Я не знаю, сколько я вздрагивала от рыданий, но постепенно я смогла успокоиться и затихла в его объятиях.

Рай не разжал рук, не попытался избавиться от меня побыстрее, продолжал держать и убаюкивать. Минут через пять, не раньше, Рай отстранился, заглянул мне в лицо:

— Как вы, халси?

— Лучше. Спасибо. Простите. Мне действительно стоило на эту ночь остаться во флигеле. Или не ложиться спать…

— Глупостей не говорите. И вам бы умыться.

Не дожидаясь ответа, Рай встал, удерживая меня на руках, отнёс в ванную, открыл воду.

— Ну-ка, — действовать самой муж мне не доверил, набрал пригоршню воды, помог умыться, протянул полотенце, критически осмотрел результат и выдал. — Улыбка идёт вам больше, чем красные глаза.

Я шмыгнула носом.

— Попробуете уснуть?

Я мотнула головой:

— Не надо. Опять кричать начну.

Рай нахмурился:

— Чаю?

Я согласилась.

Чай Райдет принёс сам. Видимо, не стал беспокоить прислугу. Вернулся с небольшим подносом, на котором теснились чайник, две чашки и корзинка с сухим печеньем. Проигнорировав стол, Рай забрался с подносом в мою кровать и приглашающе махнул рукой. Хм… Не отказываться же!