Месть Осени - Анна Бахтиярова

- Ситэрра! - взревела Северина, отреагировав на безразличие подданной. - Здесь я Королева! Ты обязана спасать меня!

- Вы не умираете, Ваше Величество, - отозвалась Мари, не потрудившись повернуться. - А зу Урнэ может это сделать запросто.

- Ух! - паучиха затрясла руками, больно ударив Витта. Вряд ли она этого хотела, но сложно контролировать заледеневшие конечности.

Мари плела узор исправления, медленно сгибая каждый палец. Боялась ошибиться. А неточность - опасный противник, когда на кону жизнь. Пусть даже это жизнь стихийницы, которая всегда тебя презирала.

- Что тут творится?! Кто это сделал?!

В зал, наконец, вбежали стражники. Пара дюжин, не меньше.

- Где вас носило? - грозно осведомился Витт, продолжая работать над «освобождением» Королевы-матери.

- Дык Её Величество велела всем убраться с ее этажа. Так мы и это... того... - попытался объясниться старший стражник, чем продемонстрировал собственную никчемность.

Мари только зубы сжала. С каких пор королевские этажи не охраняются? Подумаешь, паучиха велела! Можно ж было в коридорах дежурить или, на худой конец, у дверей, ведущих на лестницы - главную и запасную. Придется высказать претензии Бо Орфи, чтоб устроил основательную взбучку подчиненным.

- Не стойте ледяными статуями! - крикнула она. - Зовите лекарей!

Трое стражников кинулись выполнять распоряжение, остальные остались на месте, переминаясь с ноги на ногу и понятия не имея, что предпринять.

- Что произошло, Ваше Величество? - спросил Витт Королеву-мать, чтобы отвлечь ее от созерцания собственных рук.

Но она не ответила. Едва зубами не скрежетала от нетерпения. Прочный лёд подчинялся Витту с трудом. У Мари дела тоже продвигались медленно. Удалось разморозить только лицо Уны. Не поймешь даже, дышит ли секретарша.

- Что здесь произошло?

Нет, вопрос повторили не стражники. Повелитель Зимы. Он появился в компании Грэма и Соджа. Мгновенно оценил обстановку и, проигнорировав вопли матери, бросился на помощь Уне. Пальцы ловко заработали, повышая шансы секретарши выжить.

- Она не дышит. Кажется... - прошептала Мари нервно.

Но Инэй не сдавался, освобождал тело Уны из ледяного кокона. Витт с помощью Грэма, тем временем, разморозил руки Северины. Но вместо радости на раскрасневшемся от злости лице Королевы-матери отразилась ненависть.

- Наглая девчонка отказалась мне помогать! - объявила она во всеуслышание, указывая толстым пальцем на Мари. - Стража! Арестуйте ее за измену!

Стражники пружинили на месте, не зная, что предпринять. Всё-таки приказ касался секретаря Короля, а он никакого ареста не требовал.

- Если кто-нибудь сдвинется с места, сам окажется в темнице, - предупредил Инэй, не оборачиваясь. Пальцы продолжали упорно работать.

Северина взвыла. В буквальном смысле. Затопала, затрясла кулаками. И наверняка бы устроила грандиозную истерику, но помешали примчавшиеся на помощь Королевский лекарь Хорт Греди с дочерью Миллой. Они разделились. Хорт, как и полагалось по статусу, бросился к Королеве, Милла - к ее секретарше. Склонилась над почти освобожденной из «плена» Уной и помрачнела. Мари прочла на лице девушки-лекаря приговор. Пациентке не могло помочь и чудо.

- Мари, сопроводи гостя в обеденный зал на пятнадцатом этаже и составь компанию, - велел Инэй. - Я пока закончу здесь.

Он мрачно посмотрел на Северину, и дочь сделала вывод, что предстоит неприятный разговор, при котором лучше не присутствовать.

- Зу Иллара, - она поднялась, отчаянно стараясь забыть неестественно бледное лицо Уны Эрнэ. - Я к вашим услугам.

Взгляд умных глаз прожег насквозь.

- Благодарю, зу Ситэрра.

Отношение Мастера изменилось. Мари почувствовала это кожей. Она для него больше не загадочная девочка, с которой можно поболтать и посекретничать. Она та, с кем необходимо считаться. И даже преклоняться. Перемены не пришлись Мари по вкусу. Но разве в ее власти что-то изменить?

Хотя... попытаться можно. Или, как минимум, всё прояснить. Этим тайная Принцесса Зимы и занялась, едва они с Соджем с комфортом расположились в обеденном зале.

- Оставьте нас, - велела Мари двум ту, прислуживающим за столом, и как только слуги выполнили распоряжение, пристально посмотрела на Мастера. - Вы удивлены?

- О, да! - он закатил глаза и налил себе полный бокал вина. - А ведь считал, что меня удивить невозможно. Мнил себя всезнайкой, осведомленным о глобальных секретах сильных мира сего, а самое важное пропустил. А Грэм-то каков, а? Нареченный наставник ребенка Инэя и Весты! И столько лет водил меня за нос!

- Он, как и Их Величества, полагал, что меня нет в живых, - напомнила Мари.

- Это не меняет сути. Ох, а я чуть не выдал тебя замуж за полукровку. Почти организовал подписание свадебного договора!

Мари откинулась на высокую спинку стула. К еде она не притронулась.

- Я тоже полукровка. И у меня заключен свадебный договор. Со стихийником, совершенно мне неподходящим.

Содж залпом осушил бокал и прищурился.

- Вижу, ты пока не мыслишь по-королевски. Абсолютно неважно, что в тебе течет Весенняя кровь, если ты признана Шаром Стихий Зимы.

- О! Скажете это детям Зимы, когда правда обо мне откроется.

Раньше Мари не посмела бы говорить с Мастером в подобном тоне. Но раз всё изменилось, нет смысла стесняться собственного мнения. Пусть и высказано оно с неприкрытым сарказмом.

- Они привыкнут, - заверил Содж. - А я... я очень рад, что всё обернулось именно так. Рад за Риама Сольера, который, в отличие от Эльмара Герта, останется в живых. Рад за Зимний Дворец. И за Яна, который избежит роли Повелителя Зимы. Он никогда для нее не подходил. А у тебя есть и характер, и сила, и сердце.

Мари накрыл непривычный гнев. Но она не позволила ему выплеснуться.

- С чего вы взяли, что Эльмару подписан приговор? Я не убийца.

- Но и не сумасшедшая, чтобы позволять мерзавцу находиться рядом с троном. И не самоубийца, чтобы выходить за него замуж. Удивительно, что Инэй сам до сих пор не избавился от Герта.

- Я запретила.

Мари посмотрела на Соджа с вызовом.

- Ты передумаешь. Вот увидишь. Ты научишься.

- Чему? Убивать? - спросила Мари сурово.

- Нет, принимать необходимые решения.

Звучало омерзительно, но логично. И это злило. До дыма из ушей. Мари категорически не нравился «новый» Содж. Не нравилась его убийственная прямота. Он говорит, как с Принцессой, выросшей в Замке, а она - вчерашняя шу. Только и всего.

Мари поднялась из-за стола.

- Вынуждена вас оставить, Мастер. Приятного аппетита.