Кошки против собак - Лора Вайс

— Как же я мог не успеть, когда моему сокровищу исполнилось шестнадцать лет!

— Ты что? — заулыбалась именинница. — Мне всего шесть исполнилось.

— Да? Не верю! Ты ведь такая большая! — подхватил ее на руки. — И тяжелая!

— А что ты мне принес? — обхватила деда за шею.

— Что-то особенное. И оно сидит в коробке.

— Можно посмотреть?

— Конечно, — опустил Ксюшу на землю, — открывай подарок.

Через пару минут выяснилось, что любящий дедушка подарил внучке живого кролика. А зная некоторые заморочки оборотней, которыми со мной поделился однажды Гаврилов, могу смело утверждать — этому кролику осталось жить совсем недолго. Бедный, бедный пушистик. Дедуля видимо решил поучить юную волчицу охоте.

И пересекаться с этим пожилым альфой мне до жути не хотелось, однако Ксения первым делом схватила деда за руку и подвела к столу, где стоял торт.

— Смотри, это Даша приготовила! — захлопала в ладоши.

— Вот это да, — перевел взгляд на меня, — вот так Да-а-а-ша. И кто такая у нас Даша?

— Она повар! — возник около нас Назаров. — Из моего ресторана. Марк Львович, — пожал руку пожилому волку, — приветствую.

— Андрюша, — радушно улыбнулся тот, — взаимно, взаимно. А где моя дорогая дочь?

— Элина не смогла приехать.

— Очень жаль. Я так надеялся застать здесь всю свою семью, — говорил вроде спокойно, но глаза волка сверкали недобро. — Ну, на свадьбе встретимся.

— Да, конечно, — улыбнулся мой босс очень сдержанно.

И снова мне стало жаль начальника. Если учесть, что за фрукт эта Грановская, то бедолага Назаров фактически в капкане. М-да, теперь его настроение вконец испортилось, интересно, на премии это как-нибудь скажется?

После торта и капкейков мне наконец-то разрешили отдохнуть и погулять по территории. Главное, всё получилось, все остались довольны, особенно именинница. А что еще главней, строгий дедуля ушел куда подальше. С ним рядом стоять-то было сложно. Прямо глава клана Сопрано, ей богу.

До чего же здесь красиво. И я просто не могла не подойти к плакучей иве. Забравшись под раскидистые ветви, сняла с себя колпак, прислонилась спиной к изогнутому стволу и прикрыла глаза. Если у меня когда-нибудь появится своя дача, обязательно посажу на участке иву, а лучше две или три. И вообще, разведу настоящие джунгли, чтобы после тяжелой трудовой недели можно было спрятаться в этих джунглях ото всего мира. Скоро к мечте о доме с участком присоединились мечты о муже и детях. Несмотря на свою кошачью натуру, я хочу семью. Образ счастливых родителей навсегда отпечатался в памяти, как папа помогал маме, как они все-все делали вместе, как отец смотрел на маму. Это был самый преданный взгляд кошки.

— От кого спряталась? — раздалось так неожиданно, что я сорвалась с места и не успела опомниться, как очутилась на верхней ветке дерева.

Внизу стоял Назаров и смотрел на меня так, что мне впервые стало стыдно за то, кем я родилась.

— Твою ж мать, — прорычал, — значит, чуйка меня не обманула. Кошара.

— Андрей Александрович, будьте благоразумны, — впилась когтями в ветку.

— А-ну, спускайся.

— При всем желании, простите, не могу. Я вам не доверяю.

— Спускайся, дура, пока тебя кто-нибудь не увидел, — уже зашептал. — Учти, заметят, и я тебе ничем помочь не смогу.

— А где гарантии, что вы не проявите свою звериную натуру?

— У меня полный ресторан кошек, с какой стати я буду вредить персонально тебе?

В общем-то, дело говорит. Наверно, имеет смысл довериться. Спустя минуту размышлений, я все-таки спустилась вниз, а Назаров тут же схватил меня за руку и потащил, очевидно, к машине.

— Как я сразу не понял. Вы же там организовали свой прайд.

— Прайд у львов, Андрей Александрович. Мы вообще одиночки по жизни.

— Угу, одиночки. Только загнездились в моем ресторане.

— Который принадлежал Сладкову, вы его приобрели совсем недавно.

— Да замолчи ты уже, — довел меня до машины. — Живо садись в тачку.

Даже если Назаров меня не съест по дороге, то вполне может уволить. Эх, а все так хорошо начиналось. Зато он до сих пор не знает, что именно я тиснула его мясо.

Через несколько минут мы вырулили на трассу. Напряжение волка я чувствовала слишком хорошо, отчего и сама разнервничалась не на шутку. Какая же я все-таки растопыра, как выразилась бы моя бабуля. Уж она меня учила всему, что знала, но все оказалось без толку.

— Можно вопрос? — осмелилась заговорить спустя километров эдак десять.

— Ну?

— Я, конечно, все понимаю. Но как насчет премии? Все в силе?

— Получишь, — процедил сквозь зубы, — завтра.

— А сегодня можно? У меня как бы планы, на которые нужны деньги.

— Значит, отмени планы. Деньги будут завтра.

Вот ведь гад, а! Я отработала, а мне шиш с маслом? И еще не факт, что вообще заплатит.

— И все же, — посмотрела на его суровый профиль, — я хочу получить то, что заработала сегодня. Вы, в конце концов, волк слова или балабол?

— Чего? — аж притормозил. — Балабол?! Ты нарываешься, кошатина.

— Прошу без оскорблений. Сами вы волчатина.

Вдруг он съехал на обочину, остановился:

— Еще одно слово и я…

— Что вы? — ну все, взбесил Белый клык.

— Шкуру с тебя спущу.

— Лапы коротки, — сама же потянулась к дверной ручке.

Его глаза в секунду зажглись ярко-желтым светом, снова клыки проклюнулись, как и у меня. В момент опасности внутренний зверь стремится наружу независимо от моего человеческого «Я».

— И знаете, что еще? — если уж помирать, так с музыкой. — Вы слишком много говорите, хотя на деле неспособны даже кусок мяса отбить у кошки.

— Кусок мяса?! — застыл от услышанного.

— Да, — улыбнулась, явив взору свои большие острые клыки, — то мясо наверняка Густаво готовил.

— Вот ты наглая сучка, — вконец рассвирепел, — сейчас ты у меня получишь «премию»!

— Сначала догони, волчок — серый бочок, — и выскочила из машины.