Пять мужей для невесты - Лея Кейн

На поставленный мной вопрос Хишика что-то промямлила, Флего с чувством задетой гордости цокнул языком и закатил глаза, а Крурот начал перечислять мне их алиби на момент отравления. Кубок с остатками ядовитого отвара был найден в королевских покоях, а входить туда разрешалось только мужьям, сыну, сестре и отчиму, хоть визит последнего и озадачил меня. Зачем старому алкоголику вообще соваться в комнату своей старшей падчерицы? Вряд ли он рассказывал ей сказки на ночь. По пьяни если только.

В эту ночь я толком не спала, только ворочалась и слушала, как на соседнем диване сопит Душенька. Мне не было страшно. Я сама любого до полусмерти напугаю. Но не стану лукавить, я успела пожалеть о своем согласии на эту рискованную сделку. Мне предстояло не только сыграть роль королевы, но и выявить ее недруга, не погибнув при этом. Размышляя над своим незавидным положением, я забыла о планах на золото: и о Бали, и о глянцевой машинке. Я поняла, что моя жизнь мне всего дороже. Не очень-то хочется умереть в двадцать три из-за примитивной жадности. Меня казнят в Шейсауде, а на родине еще долго будут сплетничать о том, что меня либо пришил недовольный клиент, либо я свела счеты с жизнью, находясь в состоянии наркотического опьянения. Разве обо мне вспомнят что-то хорошее? Когда такое было?!

На следующий день Флего лишил меня моего любимого маникюра. Давясь слезами, я пила успокоительную настойку и долго-долго рыдала на плече Душеньки. Я чувствовала себя голой. А вечером Крурот притащил мне дюжину талмудов по истории и законодательству Шейсауда и заявил, что я должна все их изучить. Мое возвращение домой откладывалось на неизвестный срок. В свете ночной лампы листая исписанные страницы, я пыталась найти в себе силы, но ничего не получалось. Прочитанное совсем не запоминалось, и я едва сдерживалась, чтобы не начать драть на себе волосы. Никогда не обращала внимание на хейтеров в сети, зато расквасилась из-за выгодного дельца.

Отложив очередную книгу, я обвела комнату усталым взглядом и задержала его на портретах. Душенька безмятежно спала, укутавшись в мягкое одеяло. Я тихонько с дивана встала, бесшумно к столу прошлепала и в лица вгляделась. Особенно меня интересовали Джард и Рэмис — старший и младший мужья королевы. Они были главными виновниками торжества, на котором случилось несчастье. Как ни крути, а покушение явно с этими двумя связано.

— Если ты хочешь поскорее с этим разделаться, — сквозь сон пробормотала Душенька, — то перестань капризничать. Они хотят видеть в тебе Альвиру, так стань ею. Чем раньше ты докажешь им, что справишься, тем быстрее мы попадем в змеиное логово, — она протяжно зевнула. — Ложись спать. Завтра займемся книжками.

Больше никогда не буду сомневаться в Душеньке! Настоящий дружочек!

Я в последний раз на портреты заочно знакомых мне мужчин посмотрела, по достоинству оценила вкус королевы Альвиры (а она, похоже, выбирала самых эффектных мужчин Шейсауда себе в мужья) и вернулась в постель.

Наутро мы, не дожидаясь прихода наших новых друзей, принялись изучать нудную историю и не менее нудные законы. Мельком поглядывая на портреты Джарда и Рэмиса, я подгоняла себя советом Душеньки. Девка она была неглупая, к тому же оказывала мне бесценную помощь.

Стоило мне принять факт того, во что мы вляпались, и смело заявить о своей готовности, как началось самое ужасное. От меня требовалось ознакомиться с привычками близких королевы, но еще хуже — с привычками самой королевы, которые надо было привить себе как можно скорее. Крурот, Хишика и Флего учили меня все делать, как Альвира: говорить, есть, ходить, смотреть, блин, чуть ли ни дышать! Когда у меня лопалось терпение от какой-нибудь ошибки, Крурот накладывал на меня кратковременное заклятие немоты. Я не могла рта раскрыть, потому что челюсти насильно смыкались. Так он вырабатывал во мне сдержанность.

— Ее величество никогда не держит так вилку!

— Нужно смотреть слегка свысока!

— Говори медленнее, не спеши.

— Королева не оборачивается так резко. Ты же не собака. Что за рефлексы?!

— Ступай плавней.

— Погоди-погоди! Говорить с ее величеством на повышенных тонах позволяет себе только Матиас. Асур обычно во всем с ней согласен. Атласу откровенно безразлично все, кроме науки. Рэмис пока новенький, не успел себя проявить. А Джард… С этим кадром придется еще поработать. Он человек неоднозначный. Но поверь, с ним надо держать ухо востро. Перегрызет горло и не подавится.

— Не-е-ет, ее величество очень близка с Саденой.

И все это и многое другое час за часом, день за днем. Я начала терять себя. Моя личность будто закрывалась, и ей на смену приходила Альвира. Это был интересный опыт, хоть и малоприятный. Меня любили и ненавидели в качестве ведьмы, теперь будут любить и ненавидеть в качестве королевы. Почти ничего не изменилось.

Спустя неделю нас с Душенькой впервые выпустили из комнаты. Была ночь. Крурот быстро провел нас в конец коридора, где ввел в кабину лифта, и мы отправились в неизвестном направлении.

— Ответь мне, Крурот, — заговорила я, — положа руку на сердце. У нас есть хоть малейший шанс найти его?

— Не теряй веру, Настасья, — ответил он. — Мы же команда. А командный дух нельзя сломить.

Я улыбнулась. Бородач нравился мне все больше, вопреки всем его завихрениям.

Мы сошли на просторной площадке, освещаемой ночными фонарями. Всюду были зеленые насаждения, скамейки, фонтанчики. Я задрала голову, но не увидела небо. И не потому что мы находились в стеклянном шаре, а потому что я воочию убедилась в искусственной гравитации крепости. Площадь представляла собой лежащий овал, по всему пространству которого располагались те же фонарные столбы, скамейки, зелень и фонтаны. На стенах, на потолке где-то метрах в тридцати над нами.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍