(Не)покорённая драконом. Изгнанник - Ольга Грон

Я почти не ощущал холода. Так было всегда. Я стоял в искрящемся плаще, с золотой септаграммой на спине. В белых кожаных сапогах, белых брюках и расшитом золотыми нитями камзоле. Настоящий франт! В таком виде на меня быстро обратят внимание жители города, а вскоре весть дойдет и до драконов. Придется сменить внешность. Для многоликого это на раз. Стоит только представить человека, на которого хочу стать похожим. Опытный маг, конечно, вычислит подвох. Но я надеялся успеть достать местную одежду.

– Останешься в горах, Вольторр. Дальше я пойду один. Надеюсь, что быстро смогу отыскать нашего разведчика…

Я не успел это договорить, как передо мной разразились небесные врата Эливейта – вскрылась внешняя оболочка подпространства Нортала. Я насторожился, автоматически схватился за шпагу, хотя понимал, что холодное оружие даже при наличии у него особых магических свойств – не помеха для тех, кто обитает в чертоге богов.

Сердце тревожно застучало. Неужели меня поймали с поличным?

В золотом ореоле показалось лицо того, кого я видел всего несколько раз в жизни.

Темные густые брови, золотые с оранжевыми росчерками глаза. Нос с небольшой горбинкой. Волосы цвета расплавленной меди. И осуждающий взгляд, словно проникающий в самое нутро. Этому мужчине можно было дать как двадцать пять, так и пятьдесят лет по человеческим меркам. Его внешность и лицо менялись в зависимости от настроения. Но мне-то было отлично известно, что он существует не меньше, чем сам Нортал. Передо мной стоял первородный. Бог второй ступени, сын высшего Лоррина – Фэрлинг Бранн. Мой родной отец.

Однако это не уняло тревогу. Я мысленно напрягся, собираясь держать оборону до последнего. Я не хотел оправдываться даже перед божеством и своим отцом. Ведь он был одним из тех, кто когда-то отнял мою силу, он не возражал, когда меня заковали в силовые кандалы. Но в то же время он воспротивился моей смерти и не дал высшим завершить процесс, настояв на моем изгнании.

Именно поэтому мне было сложно смотреть ему в глаза сейчас, когда я ворвался в Нортал без всякого предупреждения. Объяснять, что я был допущен к артефакту власти и теперь просто искал девчонку, не имело смысла. Это будет выглядеть запоздалой попыткой скрыть истинные намерения.

– Айтар! Ты весьма неосторожен, – вдруг сказал бог огня.

– Отец, – опустил голову перед первородным. – Я не собирался возвращаться. Клянусь!

– Я знаю, зачем ты прибыл. Можешь не говорить. Фриона почувствовала необычную магию в Нортале. Магию звезд. Она особенная. Кому как не тебе, служившему Вальтерионам, этого не знать?! В наш мир попала душа в оболочке звезды, в теле, собранном из атомов звездной пыли. Ты упустил ее, верно?

– Так это Фриона тебе сказала обо мне? – поднял я брови.

– Я слышал об уникальной магии артефакта Роддернара, поэтому сам догадался, что ты последуешь за девушкой. Фриона ничего о тебе не знает. Иначе уже сказала бы Лоррину. Я вычислил твой путь. Знаю, ты пользовался им ранее. И хотел предупредить о том, что о тебе не забыли.

Мысленно я успел проиграть сотню возможных ситуаций, но не думал, что отец явится просто с предупреждением. Это дорогого стоило! Я промолчал, ожидая его следующую реплику. Но он повернулся к Вольторру, который даже не шелохнулся, смотрел на бога большими голубыми глазами, сузив вертикальные зрачки от яркого света.

– Устал от драконьей шкуры, верно, малыш?

Дракон тихо рыкнул – то ли с обидой, то ли с гневом.

– Я освобожу тебя. Ты снова сможешь менять ипостась, Вольторр. Не хочу, чтобы вы попались ищейкам Лоррина.

Первородный поднял руки, и из них вырвалась шаровая молния. Она расширялась, постепенно охватывая всю скалу, на которой мы стояли. Меня даже пошатнуло от неожиданного прилива магии. Вспышка ослепила. Когда же я открыл глаза, передо мной находился не белый дракон, которого я пять веков использовал в своих целях.

На заснеженной площадке стоял юноша с длинными пепельно-белыми волосами, в которых мерцали серебряные нити, – такой цвет волос присущ всем драконам моего клана. А Вольторр, насколько я помнил, являлся одним из моих троюродных племянников. Он не понимал, что произошло. Поднял вверх ладони, смотрел на них, будто забыл, как выглядят человеческие руки. Его пальцы сжались в кулаки, потом разжались. Он вскинул настороженный взгляд на моего отца, словно не верил, что к нему вернулась возможность перевоплощаться. Затем с надеждой посмотрел на меня.

– Великий… Я… – Он даже растерялся, не знал, что и сказать.

Тысяча тварей Хелвета! Как же мне хотелось в тот момент вернуть свою способность к перевоплощению! Конечно, вечно быть огромным ящером сложно. Но и оставаться в образе человека в мире, населенном драконами, опасно!

Но я даже не смел просить отца о такой милости. Как и не умолял когда-то о пощаде.

Мрак!

Я великий Винг Рагнар. Я не привык просить. Привык приказывать.

Я не мог выдавить из себя слов о возвращении мне былой магии. Мои способности дракона остались, в них и входила возможность создания оптических иллюзий, способность пользоваться астральным измерением, боевая магия. В Роддернаре и с этим комплектом умений я на высоте. Но божественные силы были ограничены Верховным Лоррином и восстанавливались лишь на мизерную часть. От долгой блокировки магической ауры, лишения подпитки извне и нарушения магообмена я чувствовал себя неполноценным. Неизвестно, к каким последствиям для меня могла привести блокировка.

– Спасибо! – произнес вдруг Торр.

Его голос выдернул меня из гнетущих мыслей. Я посмотрел на отца, который уже открывал портал на Эливейт. И наши взгляды на краткое мгновение встретились.

– Твоя способность перевоплощаться в дракона не заблокирована. На нее у тебя стоит лишь внутренний блок – твой личный. Тот, который ты сам себе поставил в момент пробуждения. Ты мечтал больше никогда не отращивать крылья, Айтар! – сказал отец, постепенно тая в золотом мерцании коридора.

Я дернулся от его слов. Хотел было спросить, как это произошло, но осекся – Фэрлинг Бранн уже исчез, и лишь золотая пыльца, выделяющаяся на фоне темнеющего неба, напоминала, что он только что находился здесь.

Вольторр до сих пор не мог прийти в себя после долгого плена в собственной шкуре. Сейчас на нем была надета лишь тонкая серебристая кольчуга поверх светлого костюма, местами окровавленного. Именно таким он перевоплотился в последний раз. Когда-то драконы не умели оборачиваться, не теряя одежды. Потом научились скрывать одежду магией – ту, что пряталась в подпространство при трансформации в тело ящера. Туда же скрывалась до поры до времени драконья сущность. Наши обличья как бы менялись местами.

– Это так непривычно… – произнес мой оруженосец, все еще с недоверием глядя то на руки, то на ноги. Он ходил вокруг меня, а я стоял, смотрел на каменный мост и думал о том, что сказал отец.

Я все это время мог стать драконом! Они заблокировали лишь магию божественной половины. Ведь все драконьи возможности у меня оставались. Даже в Роддернаре я мог стать крылатым ящером, но внутри стоял стопор, мешающий это сделать. А что сейчас?