Мир Четырех Лун - Егор Седов

Еще и еще раз всплывала эта неприятная мысль – где же они оказались? И почему?

Логика, которая всегда и во всех случаях жизни выручала его, на сей раз подвела. Объяснить смену ландшафта или существование гигантских пауков она была совершенно не в состоянии.

А если так, то куда они попали? Что, улетели на другую планету, как в фильме «Кин-дза-дза»? Жаль, что ни Джеймс, ни Юсуф наверняка не смотрели его, иначе все шутки были бы сейчас о планете Плюк.

К примеру, не раздастся ли сейчас над пустыней отвратительный скрип тамошнего летательного аппарата?

Он даже прислушался. Но пустыня хранила благородное безмолвие. Хотя, если прислушаться, это безмолвие наверняка оказалось бы ложным. К примеру, звуком можно было посчитать шелест песка между камнями. Или же потрескивание остывающей после жаркого дня каменной глыбы. Или – шорох лапок гигантского паука.

Все же, откуда тут взялось это существо? И нет ли поблизости их гнездовья? А главное – не окажется ли оно в том месте, где они собираются сделать привал?

Нет, им еще повезло – у них, по крайней мере, есть этот замечательный проводник Юсуф. Вот если бы оба городских жителя оказались в пустыне вдвоем, результат был бы куда более предсказуемым и гораздо более печальным. А так есть возможность еще как следует побороться за свою жизнь.

А гигантские пауки… Да мало ли тут всякой живности? Черт с ними, с пауками, лишь бы первые люди, к которым они выйдут, оказались приличными – по крайней мере, не действующими по принципу «сперва стреляй, а разберемся потом».

Впрочем, пока не имелось вообще никаких.

И никаких следов, что в данном месте вообще есть люди и какая-то цивилизация.

Ноги начали слегка уставать от мерного движения. Зато именно сейчас наступил час заката. «Час» – это слишком громко сказано. Минута – иное дело.

Солнце стало гораздо больше, а через несколько минут на пустыню навалилась тьма – без всякого предупреждения в виде сумерек.

– Часа через три будет холодно, – предупредил Юсуф.

Хорошо, что хоть какие-то теплые вещи у них в багаже все же были. Виталий думал, что они не пригодятся до самого Петербурга, но оказалось, что все совсем не так.

Пришлось остановиться, распаковать рюкзак, вытащить один из свитеров и предложить его Юсуфу. Тот сдержанно поблагодарил, хотя показалось, что эта вещь не больно-то нужна проводнику. Кажется, он старался прислушиваться и присматриваться. Было совершенно непонятно, что могло его встревожить, а на все расспросы Юсуф отвечал неизменно:

– Нет-нет, все нормально…

Но это звучало фальшиво. Казалось, он был не на шутку растерян.

Хорошо, что ночь оказалась лунной. Иначе люди, оставшиеся наедине с пустыней, могли запросто переломать ноги в расщелинах между камнями. Месяц светил необычно ярко, хотя до полнолуния ему было очень далеко. Они даже отбрасывали слабые тени, причудливо падающие на черные камни.

Примерно час они прошли в молчании. Виталий не очень хорошо представлял, сколько именно они уже прошли. Но, вероятно, немного – камни на этом участке пустыни оказались крупнее, приходилось обходить те, что встречались на пути, надеясь, что в темноте не прячется местная неприятная живность. Но пока что никаких существ им не встретилось.

– Привал! – объявил Юсуф. И первым делом расстелил на участке потрескавшейся почвы размочаленную веревку, вытянутую из рюкзака. Джеймс попытался лезть с вопросами, но проводник кратко проговорил:

– От змей.

После чего приступил к выдаче порций воды и галет. Очень понемногу – следовало рассчитывать на очень долгое странствие с непонятным пока финалом.

Виталий задумался, поэтому не понял, что именно заставило Джеймса неожиданно ахнуть – американец едва не пролил драгоценную воду.

– Что это?!

– Где? – Спутники резко обернулись к нему. Но на сей раз Джеймс указывал куда-то себе под ноги.

– Что это?! – повторил он.

– Тень… Постой!

Виталий посмотрел в небо.

И застыл, пораженный не меньше своего коллеги.

В черном и почти беззвездном небе плыл второй месяц. Почти такой же, как первый.

А следом, почти над самым горизонтом, выплывал еще один – на сей раз небольшой, примерно в треть первого. Двигался он по небу гораздо быстрее, можно было отследить его путь.

– Где мы? – выдохнул Виталий, который никак не мог оторваться от этого зрелища. – Юсуф, ты…

– Я не знаю. Я сам не знаю, – глухо произнес проводник.

Расспрашивать невольного «Сусанина» было сейчас бесполезно. Он и сам с ужасом смотрел на небеса, где танцевали светила, словно бы насмехаясь над самоуверенностью людей.