Анатомия теургии - Вадим Скумбриев

— Да уж… — протянул этелинг. — Судебный поединок есть судебный поединок, тут я ничего не смогу поделать. Но, по крайней мере, я могу пообещать вам поддержку.

— Спасибо.

— Рона останется со мной, — холодно заявила Альма. — Я бы рада отпустить её, но без меня она снова лишится света.

— Вам я тоже собирался оказать поддержку, — усмехнулся Гирт. — То, что я о вас слышал, а это куда больше, чем слышали восьмёрники, весьма обнадёживает.

Он отпил глинтвейна и, подержав вино во рту, проглотил его с блаженной улыбкой.

— Моё почтение. Надеюсь, вы найдёте время погостить в Дейре и дадите рецепт моему повару.

— Вы же не за рецептом глинтвейна сюда приехали.

— Да, верно, — он выпил ещё и поставил чашку на стол. — Что случилось во Фьёрмгарде? Мне казалось, ваша магия…

—..бесполезна, если речь идёт об управлении людьми, — закончила Альма. — И это не про контроль разума, а про общество. Я встретила Хенгеста из Валмора.

Гирт помрачнел. Побарабанил пальцами по столу, отпил немного глинтвейна, затем покачал головой.

— Хотел бы я видеть его в друзьях, а не во врагах.

— Мне кажется, он не считает себя ни другом, ни врагом. Никому.

— Возможно. Значит, он во Фьёрмгарде?

— Да, и служит Эльфгару. Формально. Обязанности шерифа исполняет какой-то мелкий тэн, а Хенгест следит за ним и… не знаю. Он сам по себе. Перехватил меня у Длинного дома, отвёл к себе и рассказал, почему я не должна объявлять себя новым шерифом шира.

— И почему же?

— Это длинный и пустой рассказ.

Вряд ли Гирту будет интересна житейская мудрость, переданная через девчонку, подумала норна.

Хенгест без особого труда сумел объяснить, насколько нелепо и смешно выглядел со стороны её бравый поход на Длинный дом. Нелепо, смешно и опасно — ведь она всё же владела гоэтией и ехала верхом на осквернённом волке, собираясь убивать людей. Хенгест рассказал, что её магия может устрашить, но не помочь обрести верность, и что без поддержки со стороны горожан она может сколько захочет сидеть в Длинном доме — толку не будет. А ещё он добавил, что если уж она хочет очистить Фьёрмгард от яда Окты, действовать следует иначе. И магии тут потребуется совсем чуть-чуть.

Альма слушала и запоминала. Это был первый раз с момента смерти отца, когда она получала урок от кого-то напрямую, а не ощущала его на собственной шкуре.

Впрочем, и это Хенгест тоже успел ей преподать, изваляв в снегу с ножом у горла.

Тогда она поняла, что этот человек — никакой не октафидент и не язычник, а nulla fidian, такой же неверующий, как она сама и многие другие. Человек, смотрящий на мир рационально, отсекающий острой бритвой все лишние сущности и видящий вещи такими, какие они есть на самом деле.

Но рассказывать всё это Гирту она не собиралась.

— Ладно, — сдался этелинг, отводя взгляд. — Пускай так. Значит, Фьёрмгард для нас потерян?

— Совсем нет. Просто чтобы укрепиться в нём, нужен правитель, а не норна. Нужен тот, за кем пойдут люди. Я могу поддержать такого человека и добавить страх к его словам, но говорить придётся ему самому.

Говоря это, она смотрела на Гирта, и в конце концов тот нашёл силы снова посмотреть ей в глаза.

— Пожалуй, этим человеком придётся стать мне, — сказал он.

* * *

Если бы в этот час в палатку заглянул кто-нибудь посторонний, он бы, наверное, подумал о разврате. Обычно именно об этом думают, когда видят обнажённую по пояс женщину и склонившегося над ней мужчину.

Магнусу, однако, было совершенно плевать на мнения других — он просто занимался своим делом. И лежавшая перед ним Гита была в первую очередь пациенткой, и только потом — женщиной. Он уже давно привык отсекать любые чувства, занимаясь делом.

Рана успела затянуться, но нежная новорожденная плоть была ещё слишком слаба, чтобы оставлять её тереться о ткань рубашки. Любое неосторожное движение — и она разорвётся, уничтожив все труды Магнуса. Во всяком случае, почти все: самую главную опасность он всё же устранил.

— Лёгкое и печень в порядке, — подвёл итог некромант, убирая руку с живота Гиты. — Есть нарушения в том, как зарастает рана, придётся провести операцию. Двигаться тебе в ближайшее время нежелательно, но жить будешь долго и счастливо.

— Ты умеешь предсказывать будущее? — Гита тихо засмеялась и тут же застонала от боли.

— Простите… ох! — полог палатки откинулся в сторону, впуская холодный воздух, и тусклый дневной свет загородила тёмная фигура. — Мэтр, госпожа палач просит вас подойти к ней.

— Скоро буду, — Магнус вздохнул. Посланника как ветром сдуло. — Боюсь, у меня дела. Одеться сама сумеешь?

— Как-нибудь постараюсь, хотя когда ты меня раздевал, это было гораздо приятнее, — она скорчила кислую мину. — Иди уже.

Колдун молча вышел из палатки и оглянулся. Кто бы ни выбирал место для лагеря, дело своё он знал — с одной стороны его прикрывала от ветра скала, а с другой — лес, между ними же хватило места для всех. Но и это не удовлетворило командира: палаточный городок окружили телегами, устроив баррикады на случай, если придётся обороняться.

Магнус весьма сомневался в том, что кому-то потребуется отправлять погоню за кучкой Проклятых, но в то же время знал, что поступил бы так же. Дело недолгое, зато может спасти жизни.

— Идите за мной, — посланник, который стоял и ждал снаружи, — махнул ему.

— Опять раненые?

— Нет, там другое… — посланник замялся, и Магнус понял, что расспрашивать его бессмысленно. Впрочем, он в этом не очень-то и нуждался.

Ситилла нашлась на краю лагеря, где на расчищенном от снега плацу собрался небольшой отряд. Бойцов было, пожалуй, с два десятка, все одетые вразнобой, как ландскнехты, и все мрачные, как сама зима. Ничего удивительного, если вспомнить, почему они здесь оказались, но и просто так собираться они бы не стали.

— Мэтр, хорошо, что вы пришли, — Ситилла кивнула ему. — У нас не хватит припасов, чтобы добраться до Дейры.

— Почему до Дейры? — Магнус позволил себе лёгкое удивление.

— Год назад Гирт Торкельсон издал манифест, в котором обещал приютить любого ушедшего с земель октафидентов, — негромко ответил сидевший на бревне здоровяк. — Поэтому мы идём к нему.

— И собрались пополнить запасы с помощью оружия? — Магнус посмотрел на бойцов.

— Именно, — здоровяк кивнул. — Я знал, что так получится, а потому сделал крюк, чтобы подойти ближе к одной деревеньке, где люди Тостига складируют продовольствие для будущей войны. В основном рыбу из Фьёрмы, но нам и этого хватит, лишь бы с голоду не умереть. Не спрашивайте, откуда я это знаю. Но еда нам нужна.

— И вы хотите, чтобы я помог вам с грабежом?