Выбор волка - Стелла Эмеральд

Кто-то из мужчин снял фонарь и встал над ними.

– Свет слева! Полотенце?

Людмила сорвала полотенце с ближайшего стула и сунула девушке в руки. Скрутив жгут, Агата осторожно приоткрыла пасть волчонка, радуясь тому, что его челюсти не свело судорогой. Прижала язык, оттянула вниз, и… в общем, мутная вода вперемешку с кусками жареного мяса, и какими-то сладостями залила все вокруг. Зато щенок начал активно кашлять, потом задышал и жалобно заскулил.

– Теперь его надо в тепло, – активно растирая малыша сказала Агата, – и завтра посмотреть, что с горлом и легкими. Возможно, придется попить антибиотики, если в пруду грязная вода…

Звереныша забрали из ее рук и немедля завернули в знакомый серый пиджак. Потом протянули руку ей.

– Я испачкалась, – смущенно пробормотала девушка, поймав серьезный взгляд серых глаз.

– Это не важно. Главное, вы спасли малыша. Позвольте, я провожу вас в дом? Там есть душ. Людмила?

Женщина в серебристом платье с покрасневшими от слез глазами немедля появилась рядом:

– Идем, Агата, ты молодец! Ох, какая ты молодец!

Буквально через две минуты девушка стояла под горячими струями душа. Было так приятно, что она могла бы простоять так гораздо дольше. Но нельзя. Она в чужом доме, в котором, к тому же, проводится в данный момент прием. И ее платье!.. А ведь оно безвозвратно испорчено – пятна тины и рвоты ничем не вывести. Да и бог с ним, с этим платьем. В чем она пойдет домой? – вот это вопрос. И как она раньше об этом не задумалась? Придется снова облачиться в грязное, которое сняла и бросила прямо на пол, прежде чем встать под душ.

Очень не хотелось покидать горячее убежище, где от пара уже и видно-то ничего не было. Но Агата заставила себя это сделать. А вот платья на полу ванной она не нашла.

– И куда же ты запропастилось? – пробормотала Агата, в который раз осматривая плиточный пол.

Хорошо, что полотенце хоть имелось – большое, с длинным ворсом. В него Агата и завернулась, прежде чем покинуть ванную. А вот в комнате ее ждал сюрприз. Она так и замерла на пороге ванной, во все глаза глядя на Егора. И снова он смотрел на нее так, будто раздевал глазами. Только на этот раз на ней и одежды-то не было.

Полотенце только показалось большим. Прикрывало оно, ровно половину тела оставляя открытыми ноги и плечи. Осознав, что стоит перед посторонним мужчиной практически голая, Агата почувствовала, как густо краснеет. И он это заметил, потому что в следующий момент деликатно отвернулся, а она не могла отвести взгляда от его широких плеч, обтянутых классической белой сорочкой.

– Я принес тебе одежду, – кивнул Егор на кровать.

Агата с любопытством взглянула на кровать и увидела роскошное черное платье. Было оно длинное в пол и в свете люстры красиво переливалось. Шелковый бархат! Когда-то мама показала ей такую ткань в магазине, но цена за метр отпугнула. Но ткань все равно произвела на девушку неизгладимое впечатление. А теперь перед ней лежало платье из этой ткани!

– Его носила моя мать, – снова заговорил Егор. – Тебе оно должно прийтись впору.

– Спасибо! – пробормотала Агата, пребывая в каком-то странном состоянии.

Это сон? Или нет? Она наедине с мужчиной, от которого все сжимается внутри. Он не смотрит на нее, но от его запаха кружится голова и хочется положить руки на эти широкие плечи и…. Возможно ли такое? Конечно, нет! Она же здесь с Филиппом, да…

– Я завтра же верну его…

– Не стоит. Оставь себе. Моей матери оно уже не понадобится.

Егор сказал все это просто и даже безэмоционально, но в голосе его Агата различила скорбь.

– Давно она умерла? – не удержалась от вопроса.

– Год назад, – коротко ответил Егор.

Он уже развернулся, чтобы покинуть комнату, как остановился и снова посмотрел на Агату.

– Мне кажется, – его четко вылепленные губы дрогнули в улыбке, а взгляд снова обжег кожу, – ты будешь самой красивой сегодня…

И ушел. Слава богу, он ушел. В этот момент Агата почувствовала, как слабеют ее колени, и буквально рухнула на кровать.

У девушки не сразу получилось взять себя в руки и привести эмоции в порядок. А подумать об этом она и вовсе не успела – дверь в комнату распахнулась и влетел Филипп.

– Долго ты тут собираешься рассиживаться голой?! – буравил ее жених недовольным взглядом. – Я с ног сбился в поисках тебя. И что – это?! – ткнул он пальцем в платье.

– То, в чем я отсюда уйду, – ровно ответила Агата, сдерживая рвущуюся из нее злость.

Ему не надоело? С момента приезда в поселок он только и делает, что цепляется к ней по поводу и без. И были бы причины… на пустом же месте каждый раз раздражается. Вот и сейчас! – не она же виновата, что волчонок упал в озеро. И не спасти его она тоже не могла…

– Версаче? – жених как всегда моментально определил бренд и разъярился: – Ты это не наденешь!

– Да? Ладно! Тогда я пойду голой! – вскочила с кровати Агата и скинула полотенце, и упрямо встряхнула мокрыми волосами.

И надо же было именно в этот момент распахнуться двери! В спальню вернулся Егор и увидел Агату – в чем мать родила.

Ойкнув, она запахнулась в волосы, и попыталась спрятаться за Филиппа.

– Глава, – в голосе жениха прозвучало напряжение.

– Извините, – голос звучал из коридора, но дверь осталась открытой, – Агату ждут внизу. Ее хотят поблагодарить.

– Пять минут! – девушка схватила злосчастное платье и скрылась в ванной.

Пусть мужчины сверлят друг друга тяжелыми взглядами в одиночестве!

Платье на шелковой подкладке легко скользнуло по рукам и плечам и село, как влитое. Мягко мерцая шелковистым переливом, ткань преобразила бледную кожу Агаты, заставив сиять, словно жемчуг. Даже мокрые волосы выглядели прилично, но девушка все же причесалась и свернула их в “улитку”, закрепив шпильками, найденными тут же, на полочке. Вот и все… Можно выходить! Только сердце колотится, как бешеное!

Осторожно приоткрыв дверь, Агата выскользнула в комнату, и остановилась – у кровати стояла Людмила.

– Ох, как тебе хорошо! – восхитилась она, и добавила: – Я тебе туфли подобрала. Твои, к сожалению, только выбросить…

Агата расстроилась. Ее туфельки были куплены на стипендию, и копить пришлось долго. Однако, Людмила поставила на ковер классические черные лодочки на невысоком каблучке – практически копию тех, в которых Агата пришла на вечеринку.

– Откуда? – искренне удивилась она.

– У нас дядька Михай обувь шьет. Взглянул на твои, сказал у него есть и принес.

– Огромное ему спасибо! – девушка ступила в туфельку и почувствовала себя принцессой – так мягко обувь обняла ногу. – Я завтра деньги занесу!

– Да ты что! – испугалась Людмила. – Это подарок! Ты же хм… его вну… волчонка спасла!