Великий дух и беглецы - Кир Булычев

Скоро будет поворот к Мокрой скале. Жало остановился и прислушался. Сзади покатился камень. Кто-то шел по его следам. Жало бросился в тень дерева, и многоножки, сматывая паутинные мешочки, спрятались в глубь ветвей. Жало положил в пращу круглый камень и поднял руку. Из-за скалы вышла девушка и остановилась в нерешительности. Солнце светило ей в спину, но Жало сразу догадался, что это Речка. Он опустил руку.

– Жало, – позвала Речка. – Ты здесь?

Жало еще глубже отошел в тень и принюхался – не идут ли за девушкой воины. Но запах был только один. Тогда он, подождав, пока Речка поравняется с деревом, прыгнул на нее сзади и схватил за волосы. Речка извивалась в его руках, кусалась и царапалась. Жало удерживал ее за плечи, смеялся и повторял:

– Разве так ходят по долине, глупая? Тебя сожрет любая тварь.

– Я знала, что ты здесь, – сказала Речка, высвободившись из его рук. – Я шла по следам. Здесь нет никого, кроме тебя.

– Я оставил след?

– До ручья. Потом ты шел по ручью и вышел у крутого камня. Но я знала, куда ты идешь. Ты идешь к перевалу. Я нашла твой след на Цветочной поляне. Не бойся. Солнце поднялось высоко, и наши следы унесет ветер.

– Ты зачем пришла? – спросил Жало, прислонясь спиной к стволу дерева. Многоножки проторили дорогу по его голой груди и, пофыркивая, тащили в норы розовые мешочки с нектаром.

Речка протянула руку, набрала горсть многоножек и принялась отрывать мешочки со сладким нектаром. Она ела сама и угостила Жало.

– Я спросила у матери, – произнесла Речка. – Ты еще спал. Ночью. Я спросила, будешь ли ты работать в поле. Она сказала, что ты с утра пойдешь к ручью, за рыбой. Ты обманул мать, но я догадалась. Возьми меня с собой.

– Нельзя, – ответил Жало. – Там Белая смерть.

– Я все равно уйду из деревни. Старший сказал, что после одной ночи отдаст меня в жены Скале. У Скалы уже три жены. Он страшный.

– Скала – великий охотник, – проговорил Жало.

– Я не хочу быть женой Скалы. Возьми меня с собой.

– Я иду по дороге Немого Урагана. Я иду один. Никто еще не прошел этой дорогой.

– Немой Ураган был моим отцом.

– Ты женщина. Ты слабая. Ты не умеешь метать копье.

– Я буду твоей женой.

Жало ничего не ответил. Он хотел, чтобы Речка стала его женой. Но Старший сказал – нельзя. Немой Ураган овдовел и взял в жены мать Жало, когда его отец не вернулся ночью с охоты. Хоть у Жало и Речки были разные отцы и матери, их считали братом и сестрой. Старший сказал, что отдаст Речку Скале. Жало был зол на Старшего, но не сказал тогда ничего. Потому что нельзя идти против воли богов.

– Ты не боишься богов? – спросил Жало.

– Но мы с тобой уйдем из долины. За перевалом другие боги. Так говорил отец.

– Если Белая смерть возьмет меня, Старший прикажет тебя убить.

– Я не боюсь. Я – дочь Немого Урагана. – Речка села на землю и вытянула ноги. – Я три часа бежала по твоим следам, – сказала она. – И нашла тебя. Я могу стать охотником.

Жало рассмеялся.

– Женщины кидают в землю зерна и варят мясо. Охотники – мужчины.

– Ты сам копаешь землю, – напомнила Речка.

Она погладила его ногу. Жало посмотрел сверху вниз. Волосы девушки, сбритые в храме в день совершеннолетия, уже отросли до плеч. У нее была высокая грудь, веселые глаза и крепкие, красиво татуированные руки.

– Я хотел взять тебя в жены. Но нельзя нарушать волю богов.

– За перевалом другие боги. Наши боги туда не ходят!

– Погоди. – Жало подтянулся на суке дерева, вспрыгнул на него, чтобы сверху посмотреть на тропу. – Ты так громко говоришь, что воины услышат тебя.

– Они еще спят. Дверь в их дом закрыта.

– Старший все слышит. Он никогда не спит. Помнишь, как мы с тобой украли ногу подземного зверя? И спрятались в маленькой пещере. Никто нас не видел.

– Толстый Жук нас видел. Он рассказал Старшему.

– Нет, Толстый Жук не знал, где наша пещера. А Старший пришел туда. – Жало переступил с ноги на ногу, и многоножки посыпались на землю.

– А потом, – засмеялась Речка, – он вел нас по деревне, останавливался у каждого дома, вызывал всех на улицу и говорил: «Эти дети украли мясо».

– «Они украли мясо, которого мало».

– Правильно. «Они украли мясо, которого так мало». И бил нас палкой. Но ты не плакал.

– Я не плакал. А он сказал, что мы теперь не увидим мяса до самого лета. Так велят боги. И будем работать в поле с утра до ночи. А мне хотелось мяса.

– Но отец давал нам мяса, разве ты забыл? Он давал нам от своей доли. Он объяснял, что не хочет, чтобы мы умерли с голоду.

Речка поднялась на ноги, потянулась, подобрала с земли копье Жало и спросила:

– Мы пойдем к перевалу? Или ты забыл?

Жало спрыгнул с сука. Он обиделся. Речка не должна была напоминать мужчине, что ему следует делать. Но она была права. Что толку сидеть на суку и болтать ногами.

Утро кончилось. Тени стали короче, и ветер стих. От темной массы кустов поднимался легкий пар – растения отдавали воду, накопленную за длинную ночь. Запахи земли, животных, растений стали гуще, многочисленнее, и следы, оставленные зверьми и людьми, пропадали в испарениях долины. Лучшие часы охоты – от рассвета до жары – прошли. Жало потянул легонько Речку за кольцо в носу.

– Будь покорна, жена, – сказал он слова, которые можно было произносить лишь Старшему.

– Пусти, мне больно.

Они шли вдоль кустарника, но ни разу не ступили в его тень. Жало вспугнул красную змею, метнул в нее камнем из пращи, змея взвизгнула, завертелась в траве и рассыпалась на десяток змеенышей. Между кустарниками и скалами оставался узкий проход, пропадающий шагов через сто. Но Жало смело шел вперед. Так велел Ураган. Речка ступала ему вслед и дышала в затылок. Иногда она протягивала вперед руку и касалась пальцами спины юноши. Жало дергал плечом, сбрасывал руку. Ему тоже было страшно. Если из кустов кто-нибудь выскочит, бежать некуда. Три шага – и скала.

Потом осталось два шага. Потом настал момент, когда можно было развести руками и правая упрется в иглы кустарника, а левая коснется холодной мокрой скалы. По скале стекали тонкие струйки воды, и брызги попадали на кожу. Здесь было холоднее, чем у деревьев. Жало замер. Впереди, в нескольких шагах, кустарник сливался со скалой, прижимался к ней.

– Здесь, – сказал Жало тихо, чтобы не разбудить тварей, спящих в кустах.

– Дороги нет, – шепнула Речка. – Ты не ошибся?

– Ураган сказал: «Где кусты и скала станут вместе, беги вперед».

– Никто еще не ходил здесь.

– Твой отец ходил. Он был великий охотник.