Путешествие на Элос - Регина Птица

Медленно двигаемся по парку. Мимо скользят жёлтые дорожки от висящих вдоль аллеи фонарей. Удивляюсь тому спокойствию, которое царит в этом городе. Человек всегда боялся темноты. Но именно здесь она умиротворяет, как будто я не на чужой планете, а в санатории.

Спешить мне некуда. То, что я только утром прилетела и ещё толком не разобрала вещи, кажется просто невероятным. Ощущение такое, как будто я на этой планете уже вечность.

Поэтому заметив в стороне скамейку, направляюсь туда и достаю ком.

Рьен останавливается напротив. Долго стоит неподвижно и просто смотрит на меня, а потом всё-таки спрашивает:

- Что ты ищешь?

- Келла, - поясняю я. – Интересно, кто она? Есть же на Элосе какие-нибудь социальные сети, о ней можно что-нибудь выяснить?

- Я тебе и так расскажу.

С удивлением приподнимаю бровь и жду продолжения.

- Зайхар не так много, - поясняет Рьен. – А мне сначала подбирали хорошую жену. Семья Келлы входила в число тех, кто интересовал мою мать.

- Так… - тут мне уже становится интересно. Вроде Рьен говорил, что он был завидным женихом. Но если это круг людей, где все знают друг друга… или мы находимся в очень маленьком городе, или они оба входят в местную элиту. Быть не может, чтобы мне так повезло, причём сразу дважды за один день.

Впрочем, Келла ведь тоже говорила, что в городе не так уж много женщин… Но не может же Рьен знать все две сотни!

- Мать Келлы – состоятельная зайхар, - продолжает, тем временем, Рьен. – У неё хорошие связи в столице, и к тому же под её контролем солидная часть пояса Тайсара.

- Пояс Тайсара? – кажется, переводчик не справляется…

- Астероидный пояс между шестой и седьмой планетами нашей системы. Там очень много полезных ископаемых.

- А что значит – «под контролем»?

- Каждая зайхар в совете курирует свою сферу. Кто-то торговлю, кто-то – внешние связи.

- А мать Келлы – шахты…

- Не совсем шахты. Добыча происходит напрямую из космоса. Астероиды слишком малы, чтобы строить на них какие-либо рудники.

Кажется, начинаю понимать. Этот пояс и нам служил укрытием все прошедшие месяцы, вот только его местное название мне нигде раньше не попадалось.

- И как ты думаешь… - я откидываюсь на спинку скамейки. – Мог Келлу подослать совет?

- А есть зачем подсылать? – в глазах Рьена загорается любопытный огонёк.

- Понятия не имею, - пожимаю плечами. – Новое лицо в городе… Возможно, зайхар интересно, что от меня ждать?

- Возможно, - признаёт Рьен. – Но разве и тебе не интересно ближе сойтись с зайхар?

Наверное, да… Некоторое время размышляю, глядя в темноту.

- Она меня приглашала на какой-то горный курорт.

- Эсте-Най!

Перевожу на мужа удивлённый взгляд.

- Известное место, - продолжает он. – Там отдыхают только зайхар и их ближайшее окружение, и то доступ открыт не всем. Если есть возможность – конечно, езжай.

- Ладно, пошли, - поднимаюсь со скамейки, беру Рьена под руку, и мы снова направляемся к дому.

За парком аэрострада, а по другу сторону - ряды подъездов, один из которых – наш.

Уже у самых дверей замедляю ход, в недоумении разглядывая странную картину – голый мужчина на цепи. Вроде как сторожевой пёс.

Оглядываюсь на Рьена и вижу, что тот смотрит на происходящее с полнейшим равнодушием. Нет, не так – Рьен изображает полнейшее равнодушие. У него по скулам едва заметно гуляют желваки.

- Что это? – спрашиваю его. Рьен не отвечает и приходится чуть тронуть его за плечо. – Рьен!

- А… - наконец он поворачивает лицо ко мне, но смотрит как будто сквозь.

- Тот мужчина? Это нормально? Может, надо полицию позвать?

- Полицию?

- Стражей порядка, есть же на Элосе кто-то подобный?

- Нет, - Рьен резко отворачивается. – Не надо лезть в чужие дела.

- Поясни.

- Наказан, наверное. Мало ли, за что.

Больше ни о чём не спрашиваю, потому что мы уже совсем близко, а мне не хочется, чтобы этот странный «провинившийся» услышал наш разговор. Тороплюсь побыстрее пройти мимо, но возле дверей всё равно происходит заминка, потому что сенсорная панель не желает срабатывать с первого раза. Когда дверь наконец открывается, мужчина отодвигается в сторону, и я на мгновение встречаюсь с ним взглядом. Глаза у него голубые, как озёра зимой. А на щеке – красные полосы. Такой след оставляет плеть.

И правда, дело это не моё… А буду лезть – могу сделать ещё хуже. Да и Рьен подталкивает меня вперёд, заставляя быстрее войти в подъезд.

Молчим всё время, пока лифт поднимает нас вверх. Но происшествие заставляет меня вспомнить ещё один момент. И когда мы уже оказываемся в прихожей, спрашиваю:

- Рьен, а откуда у тебя шрам?

Дверная ручка в пальцах мужа поворачивается прям-таки с оглушительным щелчком.

- Ты знала, что он у меня есть! – твёрдо говорит супруг, поворачиваясь ко мне, но в глаза не глядит. Сомнений нет – защитная реакция.

- Знала, - как могу мягко отвечаю я. – Я не считаю это дефектом. На Земле в старые времена шрамы считались украшением мужчины.

Рьен осторожно приподнимает взгляд и с удивлением смотрит на меня.

- У тебя же тоже личное имя отмечено шрамом на руке, - напоминаю я.

- Это другое, - Рьен делает паузу, подбирая слова, - шрам может быть знаком. Это не осуждается. Но я не представляю, как шрам может быть украшением. Если другая женщина оставила на теле мужчины шрам – кто захочет взять пользованного себе?