Украденный свет - Джулия Холл

Как. Много. Людей.

Спустившись на лифте на несколько этажей вниз – видимо, половина академии расположена под землей, – мы проходим всего два шага по гигантской комнате без окон, и в нашу сторону поворачивается целое море темноволосых голов со светлыми глазами.

Или, скорее, в мою сторону. Видеть Сейбл им не в новинку.

Я чувствую на себе взгляд каждой пары глаз, будто клеймо.

Это один из моих оживших ночных кошмаров. После жизни, проведенной в одиночестве, от внимания целого зала подростков у меня мурашки по коже бегут.

Здесь так тихо, что я слышу собственное прерывистое дыхание. По шее поднимается и заливает лицо жар.

– Это просто столовая, – напоминает Сейбл, кладя руку мне на плечо.

– Почему они все пялятся? – спрашиваю я громким шепотом.

Она поднимает на них глаза и оглядывает комнату, как будто в первый раз.

Ей меня не провести. Она явно заметила, как все переменилось, когда мы вошли. Я слышала шум через закрытую дверь. А теперь все, что я слышу, – как у них у всех в унисон гудят мозги.

О нет – это правда культ.

Вот почему они все выглядят одинаково. Они придут в бешенство, когда узнают, что я не могу покрасить волосы в тот же цвет, что у них.

Где ближайшие выходы? Пришло время использовать навыки бега себе на пользу.

– Хватит, ребята. Вы уже вдоволь насмотрелись. – Меня выдернул из мыслей о побеге громкий голос Сейбл. – Вы смущаете нашу будущую ученицу.

Мое дыхание немного замедляется. Может быть, все будет не так плохо, как я думала.

Я вытираю горячие ладони о мешковатые джинсы, которые мне одолжили, и одергиваю подол футболки оверсайз. У меня потеют подмышки.

Отлично, скоро от меня вонять начнет.

– Позже у вас еще будет время познакомиться.

А вот и нет, возвращаемся в режим паники.

Ближайший выход – тот, через который мы только что вошли.

Развернувшись на каблуках, я бросаюсь обратно тем же путем. И ломлюсь в двери, несмотря на удивленный возглас Сейбл: «Эмберли, стой!»

Эксперимент окончен. Лучше спать на земле, чем общаться с такой толпой.

Торопливые шаги Сейбл настигают меня прежде, чем я успею свернуть за угол в коридоре. Она выскакивает передо мной с поднятыми вверх руками.

– Что случилось? Ты куда?

Я тычу пальцем в направлении зала, из которого только что сбежала.

– Нет. Ни за что. Вы меня не заставите.

Она в замешательстве хмурится. Когда я пытаюсь ее обойти, она шагает вместе со мной, преграждая мне путь.

– Подожди немного. Я обещаю, так будет не всегда. Просто ты новенькая.

– Я не могу красить волосы, – выпаливаю я.

– Так никто тебя и не просит… – Слова повисают в воздухе, в них чувствуется вопрос. Явный признак, что моя резкость вывела ее из себя.

Я потираю лоб. Чертова головная боль.

– Я ни за что не стану клоном, и не просите. Так что, наверное, будет лучше, если мы просто расстанемся. Уверена, вы найдете другую молодую девушку, чтобы выполнить… э-э… что бы тут у вас ни происходило. Ясно?

Глаза Сейбл немного расширяются, а потом она заливается смехом. Мелодичный звук, учитывая мое беспокойство, мне совершенно не приятен. Я постукиваю ногой, дожидаясь, пока она успокоится.

– Прости, пожалуйста, – наконец произносит она, – я смеюсь не над тобой.

Верится с трудом.

– Просто я так привыкла, что даже не обращаю внимания. Я понимаю, на первый взгляд все выглядят одинаково, но уверяю тебя, это не так. А еще могу тебя заверить, что многие с удовольствием покрасили бы волосы, если бы могли, но мы не можем – ни покрасить, ни осветлить. Цвет, с которым мы рождаемся, остается неизменным на протяжении всей нашей жизни.

У меня перехватывает дыхание. С моими волосами точно так же. Вплоть до странных кончиков, отличающихся по цвету от волос на макушке.

– Судя по твоему лицу, это тебя или невероятно удивляет, или не удивляет совсем.

Я рассеянно провожу рукой по своим длинным – и недавно вымытым – волосам. Пока я мылась, в канализацию стекали потоки скопившейся за месяцы грязи. Теперь они снова светлые, с ярко-рыжими кончиками.

– Я тоже свои покрасить не могу. Я столько раз пыталась, когда была младше, но краска просто смылась.

– Я так и думала. Это свойство уникально для нашей расы.

Она говорит это так, будто мы совершенно другой вид. О боже, может, так и есть?

Отбросив эту мысль на потом, я возвращаюсь к текущей теме.

– Но почему мои выглядят совсем по-другому? У всех в зале темные волосы. А у меня это. – Я показываю ей прядь своих волос, чтобы подчеркнуть свою точку зрения. Светлые волоски практически мерцают из-за ламп.

Помешкав немного, Сейбл отвечает:

– По правде говоря, мы точно не знаем. В этом смысле ты для нас загадка – но мы сделаем все возможное, чтобы в этом разобраться. И в конце концов, это всего лишь волосы.

– А еще это очень заметная деталь, которая отличает меня от всех остальных в той большой, забитой людьми комнате.

Она кивает, в ее глазах читается понимание.

– Я осознаю, что заставляю тебя выйти из зоны комфорта, но я правда верю, что это к лучшему. К лучшему для тебя. Может, хотя бы попробуешь?

Я поворачиваюсь, чтобы посмотреть в конец коридора. Из столовой снова доносится шум, будто меня там никогда и не было. А может быть, они все сейчас говорят обо мне. О странной девушке со странными волосами.