Зов огня - Нина Трамунтани

– Киана. – Он нахмурился, отчего его и без того морщинистое лицо только еще больше сморщилось. Его слова утонули в бушующей грозе.

Я одарила его улыбкой и позволила провести себя ко входу в университетскую клинику. Он придержал мне дверь и подождал, пока я проскользну внутрь, прежде чем сложить зонтик и последовать за мной.

Я остановилась на мгновение. Всего несколько метров и стеклянная вращающаяся дверь отделяли нас от входной зоны больницы, где за светло-голубой стойкой регистрации сидела секретарша. Что-то на лице Пикабо подсказывало мне, что он хочет сказать нечто серьезное.

Последние два раза, когда мы встречались, он умолял меня уехать из города, а затем после того, как выяснилось, что я не собираюсь следовать его предупреждению, дал мне совет поговорить с Джонатаном Слейтером.

Он повернулся и наклонился ко мне, не выпуская секретаршу из виду. Она была занята телефонным разговором и, похоже, не обращала на нас внимания.

– Как ты? – пробормотал он.

Я лишь издала хриплый стон, но этого, наверное, было достаточно, потому что он тут же продолжил:

– Ты нашла Слейтера? Ты была вчера на акции мятежников?

Я кивнула, потом откашлялась. Вторая попытка.

– Все это… Совсем не так, как мы думали.

Ужасное преуменьшение, но я не могу здесь, впопыхах, рассказать ему, что мы пережили сегодня.

– Он рассказал тебе о нападении? – настойчиво спросил он, при этом так тихо, что мне приходилось концентрироваться, чтобы следить за его словами. – Ты знаешь, сколько людей у Фоса на совести?

Я снова кивнула, твердо глядя ему в глаза.

В его глазах бушевала ярость.

– Как ты все еще можешь считать его заслуживающим доверия?

– У меня нет выбора, – слишком громко ответила я, прикусив нижнюю губу, чтобы не рассказать ему остальную часть правды. Кроме того, он принес огромную жертву. Он обещал мне освободить моих родителей. И он может дать ответы на все мои вопросы.

– Киана… Марино никогда бы этого не допустил. Пожалуйста, еще раз подумай над моим предложением и…

– Но моего деда уже нет в живых, – с трудом выговорила я. – И Фос обещал мне, он… Он обещал мне освободить моих родителей.

Только когда я увидела его застывшее лицо, меня охватил жар.

Могла ли я действительно доверять ему?

Могла ли я действительно быть уверена, что он ничего не сказал Нерону?

Пикабо расправил плечи и устремил взгляд вперед.

– Тебя ждут, – сказал он нормальным голосом, который звучал при этом дружелюбно-отстраненно.

Я проследила за его взглядом. Женщина за стойкой закончила свой телефонный разговор и с любопытством разглядывала нас.

– Знаешь, почему ты здесь? – спросил он меня, когда мы подошли к вращающейся двери.

Неужели он хотел загладить свою вину за то, что не предупредил меня о пытках?

– Они хотят использовать мой дар, – ответила я. В моем голосе не было ни капли беспокойства.

Что, если я просто откажусь?

Последние несколько часов утомили меня… С другой стороны, это был мой шанс узнать больше. И выяснить, действительно ли сказанное Меламарсией правда. Могу ли я действительно контролировать то, какое у меня будет видение? Могу ли я получить полный контроль над ним с достаточной практикой и силой воли?

Кроме того, под медицинским наблюдением я вряд ли рискую умереть – в отличие от моих собственных экспериментов. И мне также показалось маловероятным, что Нерон отправил меня в больницу, чтобы заставить встретиться с открытым огнем. Поблекшие шрамы от ожогов на моей коже были достаточным напоминанием, и я не слишком стремилась повторить этот опыт.

Тем временем мы подошли к стойке регистрации. Прежде чем я успела что-то сказать, секретарша схватила телефон, нажала кнопку и поднесла его к уху, глядя на нас с Пикабо с прохладной улыбкой.

Через несколько слишком быстрых ударов сердца она указала на лифты слева от себя:

– Доктор Гленн готова принять вас. Она ждет на втором этаже, мисс Либерт.

Пикабо проводил меня до лифтов и нажал на кнопку в форме треугольника, которая тотчас засветилась синим цветом.

– Пожалуйста, – прошептала я ему, прежде чем автоматические двери с тихим стуком открылись. – Пожалуйста, не говорите об этом Нерону.

Я вошла в лифт и обернулась. Пикабо наклонился и нажал на двойку, но не сделал никаких попыток последовать за мной в лифт. Его испещренные пятнами старости руки обхватили зонтик.

Двери начали закрываться.

Последнее, что я увидела, были его глаза. Они были наполнены слезами.

– Он не услышит от меня ни слова, – выдохнул он, затем его лицо исчезло за серебристо-серым металлом, и лифт рывком пришел в движение.

* * *

– С вами все в порядке? – спросила я женщину в синем халате, которая только что осторожно приподняла мой свитер достаточно, чтобы обнажить мой живот.

Я лежала на кушетке, в той же процедурной, что и в прошлый раз, и пыталась контролировать чувство хаоса и страха внутри себя, наблюдая, как капли дождя стекают по оконным стеклам.

Доктор Гленн выглядела так, как будто именно она должна была сегодня приблизиться к смерти, а не я. Ее лицо было известково-белым, а бисеринки пота украшали лоб. Более того, даже приветствия не сорвалось с ее губ. Не очень успокаивало, когда мой врач, казалось, нервничал даже больше, чем я.

Боялась ли она меня из-за того, что в прошлый раз на рентгене мои легкие выглядели как у утопленницы?

Боялась ли она моих невообразимых сил, как половина Тессаректа?

– Ч-ч-что? – Она подняла глаза и свободной рукой поправила свои никелевые очки – в третий раз за последнюю минуту.

– Все ли с вами в порядке? – повторила я, пытаясь улыбнуться. – Где, собственно, Нерон? Или он хочет пропустить сегодняшнее зрелище?

Она стиснула зубы и отвела глаза.

– Это… Это… Абсолютно бесчеловечно то, что они требуют от меня. Я работаю на мистера Лагарда и мисс Фестиду более десяти лет, я умею хранить тайны, никогда не совала свой нос в дела, которые меня не касаются, но это… Это противоречит всем моим принципам.

С каждым словом ее голос становился все тише, словно она боялась, что ее подслушают, хотя дверь смотровой была закрыта, а в коридоре снаружи я не встретила ни души.

– Вы не бывший идор? – вырвалось у меня. – И не инвент?

Ее темные глаза нашли мои, и понимание вспыхнуло в них, прежде чем сменилось гневом.

– Я врач, – ответила она дрожащим голосом. – И мне было приказано давать вам инсулин, чтобы снизить уровень сахара в крови, пока… пока…

– Пока я не потеряю сознание, – завершила я фразу, хотя у меня не было ни малейшего понимания того, что именно делает инсулин.