Голем - Алексей Калугин

В общем, можно сказать, что жизнь налаживалась. Хотя, конечно, звучало это невообразимо глупо. Не жизнь, а робинзонада какая-то. Не хватало еще только, чтобы воду и электричество отключили. Тогда – точно швах!

Парням безумно хотелось вырваться на свободу, на Большую землю. Поэтому каждый день, раза два-три, а то и больше, Сергей с Володей ходили к провалу с горячей булькающей грязью, отделявшему их от всего остального мира.

– Яма вроде еще больше стала, – сказал Володя, бросив взгляд на другую сторону булькающей и чавкающей бездны.

Сергей достал из кармана театральный бинокль, позаимствованный у бабы Маши, и посмотрел туда. По ту сторону находились Лондон, Париж, Сан-Франциско, Канберра, Торонто, Рио-де-Жанейро… И уйма других мест, в которых он никогда не был. А по эту сторону – только Тринадцатый микрорайон… То, что успели построить… Так почему же он на этой стороне, а не на той?

– Точно, больше, – кивнул он. – Примерно на полметра.

Он снова приложил бинокль к глазам и сделал визуальную отметку, чтобы завтра проверить, насколько еще увеличилась яма.

– По полметра в день. – Володя чуть наклонил голову и озадаченно почесал ногтем висок. – Хорошо, что не в нашу сторону.

Сергей неодобрительно посмотрел на приятеля, но промолчал. Он не был суеверным, но все же полагал, что вслух о плохом лучше не говорить. Слова, как считал Юнг, обладают гадкой способностью воплощаться в реальность. А у Сергея не было никаких оснований не доверять Юнгу. Кроме того, у него было несколько возможностей убедиться в этом на собственном опыте. После чего он стал крайне осторожно обращаться с некоторыми словами. Особенно со словами «конечно» и «непременно».

– Запах стал другим? – Володя повел носом. – Или мне кажется?

Запах, исходивший от жидкой грязи, и в самом деле был довольно странный. Это была уже не та едкая вонь, будто выплескивающаяся на поверхность, когда неподалеку с влажным чмоканьем лопался пузырь. Теперь запах казался смутно знакомым и даже будил какие-то старые, полустертые воспоминания. Но при этом как-то охарактеризовать его, хотя бы очень приблизительно, не удавалось. Это был запах не синтетики и не смазки, не растительный и не животный. Специи вроде бы тоже так не пахли. Его нельзя было назвать резким или неприятным, однако же вдыхать его долго почему-то не хотелось.

– Я не чувствовал этого запаха, когда мы сидели на крыше автобуса, – сказал Сергей. – Тогда эта грязь просто отвратно воняла.

– Это плохо. – Володя достал из кармана пачку сигарет.

– Почему?

– Потому что это означает, что там, – он ткнул пальцем в яму с разлившейся грязью, – идет какой-то процесс. Может, прав Поперекин и там действительно какая-то химия бродит? Мало ли что могли в свое время свозить на эту свалку.

– Это аномальная активность, – почти уверенно заявил Сергей.

– Да? И в чем же она проявляется?

– В том, что грязь воняет, а провал становится шире. Тебе этого мало? – Сергей вдруг почувствовал злость на Володю, за то, что тот ну никак не желал признать очевидное. – Если бы это была обычная яма с грязью, образовавшаяся по воле природных стихий, сюда бы давно уже прикатили дорожные работники!

– Зачем? – непонимающе посмотрел на него Володя.

– Чтобы все привести в порядок!

– А кому это нужно?

Простой, казалось бы, вопрос поставил Сергея в тупик:

– Как это кому?

– Кому нужна эта дорога, ведущая в никуда? – Володя махнул рукой в сторону недостроенных домов. – Кому нужен этот Тринадцатый микрорайон, заложенный на кучах мусора?.. Вспомни, ты же сам говорил – лишние люди.

– Я сказал это в шутку…

Сергей едва не прикусил язык. Вот так! Сказал, может, и в шутку, однако теперь не до смеха.

– Это было не смешно. Совсем не смешно.

– А родственники?

– Что – родственники?

– У них ведь есть родственники?

– У кого?

– У тех, кто здесь живет.

– Может, и есть.

– Они будут их искать.

– Не знаю.

– А твои родственники?

– Ч-черт! – Володя смял пустую пачку из-под сигарет и бросил ее в грязь. – Сигареты кончились!.. Мои-то точно не станут обо мне беспокоиться. Братец только порадуется, что я свою комнату освободил… Знаешь, мне даже интересно, через сколько дней он мои вещи выкинет?

Смятая пачка из плотной бумаги, упав в грязь, по идее, должна бы была остаться лежать на поверхности. Но вместо этого она начала погружаться, как будто в ней лежал камень. Увесистый такой булыжник, тянущий ее на дно сквозь липкую, густую, да еще чем-то странно пахнущую грязь. Через минуту с небольшим грязь над ней сомкнулась.

– Пойдем в магазин, мне сигареты купить нужно.

Володя сунул руки в карманы и, ссутулив плечи, зашагал в сторону единственного достроенного дома.

Сергей посмотрел на то место, где исчезла смятая пачка.

Сколько времени потребуется на то, чтобы грязь поглотила все вокруг?

Словно в ответ на его мысли, будто отрыжка, влажно лопнул пузырь.