Неудачник - Павел Барсов

Минут десять она приходит в себя.

— Это стоило попробовать. — С трудом приподнимается. — Один раз. Уйди с моих глаз, изверг.

В холле встречаю Фахима.

— Серия. Снова любитель жира отличился. В этот раз я оказался рядом, сам посмотрел. От одной мысли тошнит.

— А ему нравится. — Смотрю в глаза. — Физиологически это невозможно, так?

— Так. Мы не в состоянии есть просто приготовленное жирное мясо, а тут…

— Сопутствующие странности были?

— Нет, вроде. — Он задумывается. — Земля разве что на бетонном полу. Отпечаток следа на ней.

— Какая?

— Чёрная, жирная, как та, что продаётся для комнатных цветов. Я образцы собрал и Дому отдал на анализ.

Инга, полностью одетая, сидит в кресле, перечитывает дела.

— Скажи, пожалуйста, — огорошиваю, усаживаясь напротив, — что я могу предложить такое, что для тебя абсолютно неприемлемо?

— Не знаю. — Смотрит немного испуганно. — Зачем это тебе? Ты хочешь проверить меня в чём-то?

— Можно и так сказать. — Улыбаюсь. — Хочу узнать, есть ли что-то, за что ты меня можешь послать, развернуться и уйти.

— А потом, услышав самый лёгкий твой запах, прийду к тебе и буду готова на самые невероятные для меня вещи. Я уже поняла, что абсолютно беззащитна перед тобой. — Вздыхает. — И не только перед тобой.

— Кстати, когда Рита с тобой так обошлась, что ты почувствовала?

— Я почувствовала весь спектр эмоций, который описывают потерпевшие при изнасиловании, включая даже стыд за испытанный оргазм.

— Ко мне ты что почувствовала в этот момент? Хоть какой-то негатив?

— Нет. — При взгляде в эти честно-удивлённые глаза так и хочется сделать какую-то гадость.

11

На выезд мы отправляемся втроём. Рита не упускает из виду моё слегка унылое настроение.

— Что-то не так с твоей конфеткой? — Ехидно-заботливо заглядывает в глаза. — Я таки сломала твою игрушку?

— Нет, как раз наоборот, всё слишком прекрасно. — Ухмыляюсь в ответ. — Настолько, что я ищу подвох. И не могу его найти.

— Что именно тебя не устраивает? — Мэрт на секунду отвлекается от дороги. — Недостаточно сладкая?

— Она божественна.

— Глупенькая или скучна в постели?

— Уж точно не глупая. —Хмыкает Рита. — А в постели с Эдом не поскучаешь.

— И что не так?

— Всё так, просто наш Эдди бесится с жиру. — Буквально шипит. — Ему со мной не хватало искренности и нежности, а с этой не хватает перчика, конфликта. Так?

— Фу, не надо про жир. — Плюётся Фахим.

Задумываюсь.

— Не так. Мне не нужна её строптивость, но пугает её отношение.

— Девчонка влюбилась, что не понятно? — Рита оскаливается на меня. — Мне, если хочешь знать, тоже не особо нравилось, когда ты разрешал кому попало присасываться к моей шее.

Смотрю на подругу – она сама не сразу осознаёт, что только что произнесла вслух. Пожимает плечами.

— Поначалу я тупо подставлялась под любую пасть по твоему желанию, а потом больше из боязни тебя расстроить или рассердить, а позже просто назло – раз уж не настолько я тебе нужна, почему я должна отказывать себе в удовольствии. — Она успокаивается и прикрывает свои глазки. — А эта девчонка, не будучи привязанной, сама решила, что хочет быть только твоей. Знаешь, почему тебе прилепили твоё прозвище?

— Как ещё назвать человека с такой карьерой? — Мэрт ржет во весь голос.

— Фигня. Он сам избавился от ненужного ему балласта. — Рита огрызается в его сторону. — Ни один вампир столько раз не проходил мимо своего счастья. Я наслышана о твоих похождениях и моих предшественницах. Половина из них тебя любила без привязки и наваждения. А ты никак не мог им поверить. Или искал что-то особенное? Мэрт, сколько веков ты живёшь?

— Шесть, мэм. — Настроение у чувака потухло.

— Ты когда-нибудь слышал о вампире, пожертвовавшем всю кровь на плазму для больного ребёнка? — Её голос становится ироничным.

— Нет.

— А этот тупой кровосос не может теперь понять, почему этот ребёнок готов ему верить больше, чем самой себе. — Если бы сарказм был жидким, он капал бы из её слегка выдвинувшихся клыков.

— Ого. — Фахим сбавляет скорость и пристально смотрит на меня. — Вся кровь у неё твоя?

— Плазма. — Киваю.

— И эта детка – человек? — Снова киваю.

— Сомневаюсь. — Он снова прибавляет скорость. — Сто процентов – мьют.

— Чего? — В один голос с Ритой восклицаем и смотрим то на Фахима, то друг на друга.

— Мутант. Хотите убедиться – найдите её медицинские записи. Уверен, что их просто не существует с того самого времени. Приехали. — Мэрт останавливается возле большого серого здания.

— Ты подразумеваешь, что она может сама владеть некоторыми техниками вампиров? — Рита расцветает ехидной ухмылочкой. — Буду ржать, если она Эда привязала.

— Мимо. — Разочаровываю её в тот же миг. — Это не у меня нулевая критичность к ней, а наоборот. А меня она начинает бесить своей преданностью и безотказностью.

— Да, да, да. Мы в курсе. — Задирает лапки кверху. —Ты не привязан, ты просто боишься причинить боль доверчивой влюблённой девочке.

— А ты ревнуешь. — Выхожу из машины под ржание Мэрта.

Иду к открытому шлагбауму на въезде в паркинг. В этот раз, похоже, мы приехали раньше полиции.

— Откуда поступил вызов? — Спрашиваю идущую следом за мной начальницу.

— Звонок от одного из местных. Парню не понравился запах, а сам он из ботанов, не боец и не опер.

— Веган? Дай, угадаю. Фадей?

— Угу. Стоило обращать хорошего музыканта, чтобы он стал айтишником и начал жрать одну траву. — Рита вздыхает.

Входя в здание, делаю сильный вдох. Понятно, что насторожило парня. Наше обоняние намного чувствительнее человеческого, но по лицам спутников вижу, что понятно только мне. С первой машиной попадаю впросак, она чиста. Рядом стоит розовый минивэн, всем своим видом кричащий, что он просто не может быть впутан в что-либо тёмное. Нажимаю ручку багажника и она легко открывается.

— Даже не заперто? — Подошедший Мэрт отбрасывает какую-то тряпку, похоже, это был плащ или жакет. — Чёрт. Снова этот жировой извращенец.

— Это не