Апофеоз - Игорь Воробьёв

— Не забудьте надеть свои амулеты Оума, — напомнил Ванорз, и крестьяне поспешили разобрать из мешка одного из мужиков свои ожерелья.

Последним, изрядно повозившись, выудил из мешка свой амулет Павел и с отвращением, которое он не в силах был скрыть, нацепил его себе на шею, после чего передал мешок Гильту.

Усилием воли я вызвал интерфейс управления портальным кругом, немного покопался, настраивая на перенос только тех существ, кто взялся за руки в центре, и согласился на соответствующую трату энергии. Раздалось гудение, полосы и символы на полу вспыхнули, группу в центре окутала волна мрака, и они исчезли. Стал рассеиваться и тёмный вихрь вокруг круга. Крестьяне ахнули, поражённые тем, что оказались в храме, но, к моему удовольствию, на колени никто не бухнулся.

— Хельга, — позвал я девушку. — Ты будешь за старшую, теперь эти люди на тебе. Снаружи есть целый город… вернее, та его часть, которая опустилась вместе с храмом под землю… он пуст, и многие дома, особенно рядом с храмом, хорошо сохранились. Заселяйтесь, можете спокойно пользоваться всем, что там найдёте. Позднее решим вопрос с водопроводом и канализацией… пока используйте то, что в храме, — тут всё работает. Также здесь в столовой есть провизия — на первое время хватит, и я постараюсь доставить больше… однако подумайте, что можете культивировать в пещере.

— А как они будут туда-сюда ходить? — поинтересовался Ванорз. — У дверей в храм ручек нет, они открываются только перед своими…

Я задумался, а в моей голове тут же раздался вкрадчивый голос Мора: «Не забывай о том, что теперь ты — Вестник, а значит, обладаешь силой верховного жреца. Ты можешь создавать амулеты для последователей прямо из своего амулета… но в нашем случае лучше осквернить их амулеты Оума — это добавит нам очков веры».

— Владыка! — Хельга снова преклонила колено, стукнув древком копья об пол. — Мы готовы принести тебе клятву верности. И да падёт на неверных твоя кара!

— Хорошо. Вы в Первохраме настоящих богов этого мира и достаточно лишь искренне верить и открыть им свою душу — они сами решат, кому из них вам лучше следовать. Откажитесь от навязанного вам силой Оума, и его амулет, который был для вас рабским ярмом, станет символом обретённой вами свободы!

Следуя моим мысленным указаниям, Гильт встал рядом с девушкой и раскрыл мешок. Хельга положила оружие на пол, выудила из мешка свой амулет и протянула его мне, держа в ладонях.

— Я никогда не признавала богов длинноухих господ. У нас на островах всегда помнили и чтили древних, и для меня огромная честь оказаться в Первохраме перед их взором. Да простят они мне мою дерзость, но я хочу выразить свою верность Морану, богу Жизни и Смерти, Поводырю Душ.

Действуя по наитию, я отправил в амулет поток негативной энергии и тут же ощутил, как плавится и изгоняется его инородная сущность, воспринимаемая мной как маленький огонёк мерзкой белёсой субстанции. Когда амулет перестал впитывать энергию, я вышел из концентрации и увидел, что амулет в руках Хельги изменился: с его металлической поверхности исчезла вся гравировка и теперь с чистой зеркальной плоскости на меня смотрели пустые глазницы черепа.

— Мор принял твою клятву! — я старался, чтобы мой голос звучал торжественно, приличествуя ситуации, однако лично мне показалось, что получился он у меня весьма усталым. — Отныне ты свободна и сама вправе вершить свою судьбу. Но помни, что и ответственность за твои поступки отныне лежит только на тебе. Лишь после смерти ты сможешь отдохнуть в чертогах бога Жизни и Смерти.

Хельга поклонилась, надела амулет, подобрала оружие и поднялась на ноги. На её место бухнулся жутко робеющий крестьянин. Где-то с полчаса я занимался этим ритуалом, и свои амулеты получили все пожелавшие остаться люди. Я всё время ожидал, что кто-нибудь из них окажется неискренним в своей клятве, и с души будто свалился камень, когда в ладошках последней девочки звезда Оума на амулете сменилась на песочные часы Веслани.

— Ванорз, расскажи Хельге, что здесь где и как, — я прислушался к своему организму, но, несмотря на постоянное излияние энергии, я был по-прежнему полон сил. — А мне пора прыгнуть за Хамель. И не мне напоминать, что лучше бы тебе находиться здесь, когда мы вернёмся… так что только расскажи, сопровождать её не надо.

Глава 4

Ванорз расхохотался и шутливо отсалютовал мне; правда, потом, поманив рукой Хельгу, отошёл с крестьянами к дверям храма, оставляя меня на портальном круге лишь в компании верного дварфа. Я проверил ячейки пятого уровня, дабы убедиться, что останется одна для возвращения, положил руку на плечо Гильта и начал читать заклинание телепортации. Марка в деревне нашлась сразу, ощущалась она чётко, в северо-восточном направлении, однако мне пришлось долго сосредотачиваться и представлять скромное убранство комнаты в мельчайших деталях, пока наконец заклинание не сработало.

Очутился я точно в центре мрачно сверкнувшего под ногами символа. В горнице было темно, но сидящая на постели в позе медитации Хамель тут же вскочила и в одно мгновение уже стояла передо мной.

— Успешно? — голос девушки звучал ровно, но я всё-таки услышал в нём волнение.

— Да, всё получилось без особых проблем, — кивнул я и убрал марку. — Чапай согласился, и я уже отправил его со спасёнными крестьянами в Зеней. Половина из них пожелала остаться, так что у нас пополнение… Староста отправил кого-нибудь встречать своих?

— Да, — Хамель заметно расслабилась. — Я подождала вас где-то с час и пошла к нему. Крестьяне запрягли две подводы — похоже, они как раз собирались отправлять хозяину оброк — и сразу же отправились в город. Больше коней у них нет, так что гружёная повозка поедет к барону, а пустая — к гильдии магов. Не опасно ли принимать в Первохраме беженцев? И сколько их?

— Восемнадцать человек. Одна из спасённых оказалась воительницей и сражалась вместе с нами. Зовут Хельга, говорит, что дочь старосты с одного из островов. Я провёл ритуал, и каждый из спасённых получил свой амулет одного из наших богов. Не думаю, что боги