Место средь павших - Адриан Коул

— Согласен, — произнес Гронен и прокашлялся с таким видом, будто хотел сказать, что именно это и предлагал с самого начала.

Люди начали потихоньку расходиться, зная, что, как только путешественники проснутся и будут готовы продолжать свой рассказ, Брэнног пошлет за ними. Заперев дверь на тяжелый засов (хотя теперь никакой необходимости в этом не было) и повернувшись лицом к комнате, Брэнног увидел Эорну, которая наблюдала за ним. Она предложила ему поесть, и он согласился, присаживаясь рядом со спящими.

— Спасибо, — тихо сказал он, глядя в огонь. Эорна не уходила. Он знал, что она слышала каждое слово, сказанное здесь сегодня, но не переживал из-за этого. В конце концов, женщины деревни тоже имели право знать, что происходит. Когда девушка наконец скрылась, его охватила дрожь. Сны. Легко им рассуждать о снах да о видениях, ниспосланных другими. Он снова с тревогой вспомнил кошмары Сайсифер. Она знала, что Корбилиан придет. Почему же он не сказал об этом односельчанам? Почему не признался? Они бы поверили. Но он знал почему: ему было страшно. Он боялся, что они тоже сочтут ясновидение его дочери проклятием. Рыбаки не верили в подобные вещи и потому боялись всего необычного, старались как можно быстрее его уничтожить. Вдруг новая мысль поразила его: Эорна. Он резко обернулся, но ее уже не было. Что она подумает? Поняла ли она истинный смысл слов Сайсифер? Теперь он злился на себя за то, что позволил ей присутствовать при разговоре.

— Эорна, — окликнул он двигавшуюся в полумраке фигуру, но, когда она выступила вперед, он увидел перед собой свою дочь. Чувство вины немедленно охватило его.

Она подошла и легко коснулась его плеча, словно залечивая какую-то рану. Он обнял ее одной рукой.

— Она твоя любовница? — полушутя спросила дочь. Он тут же ощетинился, и девушка пожалела о сказанном.

— Нет, — ответил он, но потом все-таки улыбнулся: — Зачем ты встала, спала бы еще.

— Выспалась. Я слышала голоса. Кто эти люди? — Она рассматривала фигуры спящих безо всякой тревоги, но с видимым изумлением. Путешественники в Зундхевне были редки, особенно зимой.

— Их забросило сюда штормом. Повезло еще, что живы остались. Мы пригласили их отдохнуть.

Он встал с намерением увести ее из комнаты, но она выскользнула из его объятий и подошла к очагу. Бросив беглый взгляд на Гайла, который, по-видимому, не произвел на нее особого впечатления, она всмотрелась в лицо Корбилиана и отпрянула.

Брэнног немедленно оказался рядом с ней.

— Не часто встретишь человека с таким измученным лицом, — начал он, уже зная правду.

— Отец, я видела его! Это ужасное лицо! В моих снах…

— Глупости, девочка. Это все твое воображение.

Он привлек ее к себе и почувствовал, как она дрожит.

— Нет. Почему-то я знала, что он придет к нам.

У Брэннога не хватило сил отрицать правду. Если уж она и впрямь могла предсказывать будущее, то лучше было попытаться вызвать ее на разговор. Он ласково провел ладонью по ее волосам.

— Сайсифер, что тебе о нем известно? — очень тихо спросил он. — Он принес нам зло?

Медленно, точно одурманенная, она покачала головой. Взгляд ее словно пытался проникнуть сквозь какой-то занавес.

— Думаю, нет, отец. Но я уверена, что он пришел говорить с нами о зле. По-моему, он хочет предупредить нас.

Он вздрогнул, и она тотчас заметила его волнение:

— Что случилось, отец?

Ее пальцы впились в его руку, но он поспешил ее успокоить:

— Его спутник утверждает, будто он обладает большим могуществом. Но ты ведь знаешь, что это невозможно.

Она неуверенно кивнула:

— Я ничего в этом не понимаю. Но у меня предчувствие, что мы должны ему помочь.

— О чем же он хочет нас предупредить? О каком зле?

— Это известно ему одному. Но, отец, я думаю, это зло не принадлежит нашему миру. Да, я знаю, ты все еще считаешь меня ребенком, которого преследуют детские фантазии, но иногда я чувствую правду. Этот человек искренен. — Она ожидала, что он рассердится, но встретила неожиданное понимание. — Я сошла с ума?

Он мрачно усмехнулся:

— Нет. Ты не сумасшедшая. В твоих словах есть доля истины.

— Но откуда я могу знать об этом?

На этот раз он не поддался.

— Это тайна, — солгал он. — Мы с тобой должны сохранить ее. Пусть он сам говорит за себя, когда настанет время. Соседи придут его послушать.

— Хорошо, отец. А где Эорна? Я умираю с голоду.

Было уже далеко за полдень когда чужестранцы наконец пошевелились. Брэнног решил послать за соседями попозже, чтобы не подвергать путешественников расспросам немедленно. По какой-то причине — может быть, из-за слов Сайсифер — он не ожидал от них ничего дурного.

Корбилиан проснулся первым, немного погодя Гайл тоже сел на скамье. Брэнног был поблизости.

— Есть хочешь? — спросил он.

— Ты очень щедр, — отозвался Корбилиан. — Я отблагодарю тебя за любые крохи от твоего стола, которые ты сможешь нам уделить. — С этими словами он полез в карман и выложил на стол кучку золотых монет.

Гайл сдавленно хихикнул:

— Деньги Кванара не имеют здесь хождения! Это даже мне ясно. Или я не прав, хозяин?

Брэнног отмахнулся от предложенного золота:

— Мы — рыбаки. Излишек своего продукта обмениваем на то, в чем нуждаемся. Я мог бы использовать твои монеты, когда поеду на юг, но все равно платить мне не нужно.

— Эта зима была тяжелой, — сказал Гайл, желая, видимо, сообщить информацию своему спутнику. — Вряд ли у вас много еды.

— Это правда? — переспросил Корбилиан.

— Ешь спокойно. Всем хватит.

Брэнног взглянул чужеземцу прямо в глаза и едва сдержал возглас удивления, граничившего с испугом. Это было лицо человека, преждевременно состарившегося от тяжких испытаний. Он был истощен, измучен, и все же во взгляде его нет-нет да и сверкала искра упорства, упрямого сопротивления некоему тяжкому знанию, которое он постоянно носил в себе. Он был похож на человека, знающего, что завтра умрет, но продолжающего надеяться на отсрочку казни.

— Что тебе нужно в Зундхевне? — спросил его рыбак.

— Ну, раз уж ты спрашиваешь, — ответил Корбилиан, — мне нужны карты.

— Карты? Какие? — Брэнног был удивлен его ответом. В комнате вновь появилась Эорна и теперь тихонько хлопотала по хозяйству, стараясь не привлекать внимания. Увидев ее, Брэнног почувствовал злость, и выпроводил девушку из зала, послав за едой и питьем.

— Цель моего путешествия находится к востоку от этих мест, почти в самом сердце континента, — объяснил Корбилиан. — Но я должен точно знать, куда идти. Есть у вас карты?