Боевой аватар - Алексей Олейников

— Bastards![9]— капитан Герт Дикстра пригнулся, и по стене прошлась автоматная очередь, выбивая облачка штукатурки и кирпичной пыли.

«Все-таки хорошо строили монахи, — машинально отметил он, снимая шлем. — В обычной хибаре из фанеры и железа нас бы уже изрешетили».

Чтобы не жечь энергию костюма, он отключил систему кондиционирования, и в шлеме было невыносимо жарко. — Рыжик, что со связью?

Связист Антуан Фабре смущенно пожал плечами:

— База пока молчит. Кажется, глушат, капитан.

— Ты бредишь, Рыжик. Откуда у этих голодранцев «глушилка»? — Герт перебрался к центру комнаты, где в потертом кресле, нога на ногу, вольготно устроилась разведка. — Жерар, что «шмели» показывают?

Разведчик молча протянул гибкий лист дисплея, куда проецировались данные наблюдения четырех беспилотных аппаратов.

— Плохо, — капитан пробежал глазами все квадраты. — Мы почти в кольце.

— Капитан, может быть все-таки на север? — робко предположил Антуан. — Ведь этот биолог говорил…

— Рыжик, мне нужна связь с базой, а не твои размышления! — рявкнул Герт. — Хоть в тамтамы бей, но дай канал.

Антуан кивнул и припал к рации.

Герт забарабанил пальцами по прикладу своей F3000.

Все пошло наперекосяк с самого начала — на подлете к Бени их обстреляли. Хвала Аллаху, это были древние «Стингеры», а не русская «Молния» — ее тепловыми ловушками не обманешь.

Если бы речь шла не о детях, Дикстра прекратил бы операцию — ясно, что разведка села в лужу, и Бени уже в руках кофовцев. Но двадцать детей хуту… капитан слишком хорошо представлял, что с ними сделают тутси. Он был в Уганде десять лет назад, когда тутси решили взять реванш за бойню 1993-го года.

Капитан прошел в соседнюю комнату. Кажется, это была большая игровая: стены разрисованы цветами, бабочками, животными, под ногами перекатываются разноцветные пластмассовые кубики, у входа сиротливо раскинула руки забытая кукла с белокурыми волосами. У окон, припав к прицелам винтовок, засели Рене и Морис. Герт подобрал куклу и взглянул в бессмысленные пластиковые глаза.

…Они начали высадку прямо во дворе пансиона, но оказалось, что у кофовцев есть кое-что получше «стингеров».

Черный остов грузового «Моби Дика» все еще чадил, заволакивая двор густым дымом. У забора школы, в дымной пелене мелькали расплывчатые фигуры.

В углу комнаты, возле дыры в стене от двух выпавших кирпичей, стоял Шарль Андре. Заметить его было трудно — электрохромный камуфляж комбинезона расцветился пятнами розовых и красных цветов на белом фоне, имитируя рисунок на обоях.

От приклада его массивной «феи» шел провод, сливался с тонким шнуром от гладкой панели эхо-оптического комплекса, установленной на шлем, и уходил в основание черепа. От жары снайпер явно не страдал.

«Киб, что с него взять? — подумал Герт. — Впрочем, без него нам было бы туго»

Периодически Шарль чуть сдвигал ствол «феи» в узкой бойнице и, казалось, вслепую посылал 15-ти миллиметровую пулю в клубящееся дымное марево. Судя по яростному ответному огню, он не промахивался.

Снайпер работал размеренно, как на конвейере, и от этой скупой методичной веяло чем-то нечеловеческим.

Герт недолюбливал «кибов». Но в их нынешнем положении Шарль был одним из самых ценных членов отряда.

Капитан открыл дверь кладовой и начал спускаться в подвал.

При высадке Герт Дикстра потерял двух пилотов и четверых членов отряда, включая связиста вместе со станцией спутниковой связи. Осталась внутренняя система связи и резервная радиостанция, с которой нормально умел работать только Рыжик — он закончил месячные курсы по обращению с этим старьем.

…Двадцать детей от четырех до десяти лет. Десять учителей и воспитателей. Десять (уже всего десять!) бойцов и еще эта суматошная девица из итальянской полиции. Цирк-шапито, а не спасательная операция. Но без сапера нельзя было отправляться, а Поль три дня назад ухитрился поймать амебную дизентерию. А тут появилась эта девушка. По мнению Герта, она могла быть кем угодно, только не сапером. Однако, пролистав послужной список Лауры ди Франше, Дикстра мнение изменил.