Страж Империи - Андрей Буревой

– Десятник, ас-тарх велел тебе сразу к нему подняться, как явишься. – Бурим не дал мне обмозговать непонятное решение серомундирника.

– Ну раз велел… – Я пожал плечами и потопал к Ковану. Там и разберусь, что к чему.

Прямо в дверях, уже входя в кабинет, я чуть не столкнулся со знакомым ун-тархом, который делал привязку моего значка.

– А, стражник! – поприветствовал он меня, посторонился, подмигнул заговорщически и шепнул: – Иди уж быстрей, Эрих весь извелся, дожидаясь тебя.

– Проходите, проходите, тьер Стайни! – поторопил Кован, подтвердив тем самым, что ждут меня здесь с нетерпением, хотя я и ничуть не опоздал.

– А что за спешка? – незамедлительно осведомился я, желая разобраться во всех творящихся странностях и непонятностях.

– Время, тьер Стайни, время, – ответил ас-тарх, передавая мне какие-то бумаги со свисающими на шелковых нитях гербовыми печатями. – К семи конвой должен убыть из Кельма.

– А это что? – поинтересовался я, принимая из рук серомундирника бумаги.

– Сопроводительные документы, – пояснил Кован.

Бросив мельком взгляд на первый лист, я так и прикипел к нему. Сначала-то все строго по форме: кто, куда и зачем, состав подразделения и все такое. В общем, нормальная подорожная грамота – для предъявления патрулю на тракте в случае проверки. А вот потом… Со слов: «Предъявитель сего документа, десятник Кэрридан Стайни, обладает всеми привилегиями служащего Охранной управы, находящегося при исполнении служебных обязанностей, и имеет право игнорировать приказы имперских должностных и военных чиновников среднего и низшего ранга, а также лиц благородного сословия, ежели таковые учиняют препятствия на пути следования конвоя. В случае же непосредственной угрозы конвою, попытке его задержания или блокирования, старшим подразделения может быть принято решение о применении оружия без предупреждения против любых лиц, включая вышеперечисленных. Помимо этого, в случае необходимости тьер Кэрридан Стайни имеет право привлекать к содействию служащих из состава имперских подразделений боевого реагирования, обязанных незамедлительно оказать всю потребную помощь».

Я был ошарашен прочитанным, и у меня невольно вырвался вопрос:

– Это что же, мы будем сопровождать золотой запас Империи, что ли? Раз мне даются полномочия применять оружие без предупреждения в отношении любых лиц?

– Это обычная практика, тьер Стайни, – успокоил меня ас-тарх. – Все конвои Охранной управы перемещаются с такими сопроводиловками. Всякие глупости мы не перевозим, а потому применяются повышенные меры безопасности. Мало ли… А то решит какой-нибудь чинуша за малую мзду посодействовать врагам Империи и задержит чрезвычайно важный и нужный груз. Ну а так нет дураков, желающих схлопотать стрелку в брюхо за препятствование транспортировке. – И строго предупредил: – Но такая бумага, конечно, не повод размахивать клинками и стрелять по кому ни попадя. Все случаи применения оружия рассматриваются внутренней комиссией Охранной управы.

– Да я и не думал ничего такого, – уверил я ас-тарха.

– И правильно, – одобрил серомундирник, внимательно поглядев на меня.

– А что мы все-таки будем сопровождать? – вернулся я к самому важному вопросу, пока не извелся весь от любопытства.

– Не что, а кого, тьер Стайни, – улыбнулся Кован. – Вашей задачей является не охрана какого-то там золотого обоза, а сопровождение в столицу недавно задержанной преступницы для проведения дальнейшего дознания.

– Какой еще преступницы?! – обомлел я и недоверчиво уставился на Кована: – Вы шутите?

– Той самой, что лишила головы кельмского градоначальника, – пояснил ас-тарх, и все мои сомнения рассеялись как дым.

– Но… – ошеломленно пробормотал я. – Почему я?! Мне же никогда не доводилось перевозить преступников… Да и… Зря, что ли, в страже имеется отдельное подразделение, возглавляемое тьеррой Эстейн?! Это же по их части сопровождение и охрана преступников женского пола!

– Увы, тьер Стайни, увы, но это не тот случай, когда имеет смысл акцентировать внимание на соблюдении всех пунктов уложения «Об обращении с заключенными под стражу», касающихся преступниц благородного происхождения, – развел руками Кован.

– Это еще почему? – возмутило меня такое оскорбительное отношение к леди Энжель.

– Потому что не исключена возможность того, что сотоварищи этой нашей преступницы предпримут попытку освободить ее в пути, – ответил Кован. – Дело в том, тьер Стайни, что нам, к сожалению, пока не удалось добиться от леди Энжель признательных показаний. Но все изменится, когда в столице за дело возьмутся наши лучшие дознаватели. Будут мгновенно выявлены все лица, вовлеченные в преступные деяния этой особы… И очевидно, что подобный расклад кое-кого может не устроить.

– Вон оно как, – озадачился я.

– Именно так, – подтвердил ас-тарх. – Поэтому и решено отказаться от женщин-охранниц в составе конвоя. Во избежание, так сказать.

Я кивнул, уже с гораздо большим уважением глядя на серомундирника. Это он правильно решил не посылать подчиненных тьерры Эстейн в поездку, чреватую опасностями.

– А это точно? Ну насчет пособников леди Энжель? – вспомнив одну очень важную деталь, нерешительно поинтересовался я. – Мне казалось, что она действовала одна.

– Помилуйте, тьер Стайни, о чем вы говорите? – всплеснул руками серомундирник. – Разумеется у леди Энжель имеются пособники. – И весело улыбнулся. – Или вы считаете, что этой преступнице достаточно ее обольстительной внешности, чтобы, выйдя из игорного дома с пустыми руками, спустя пару часов уже иметь все необходимое для проникновения на хорошо защищенный объект? Добрые люди, наверное, ей надарили оружия и магических эффекторов на полтысячи золотом? Да еще выбрав при этом такие игрушки для смертоубийства, что не купишь невозбранно ни в одной лавке? Или, может, она просто шла и на дороге это нашла?

Кован покачал головой, показывая свое неверие в случайно обрушившееся на хрупкие плечи девушки невероятное везение вкупе с тюком удобной одежды, колюще-режущих предметов и кучей всевозможных магических побрякушек. Да я и сам, если честно, в такое не поверил бы. Мне вон за всю историю на улочках Кельма только однажды что-то более-менее стоящее попалось – приличный кинжал. Наверное, оброненный кем-то по пьяни. Да еще дешевая серебряная брошка с лазуритом. А подарков встреченные случайно люди и вовсе никогда не дарили. Вообще никаких, не то что на полтысячи золотом. И тут даже внешность Энжель не поможет – слишком уж прижимист у нас народ, чтобы расщедриться на безумно дорогие подарки незнакомой девушке, даже если та настойчиво попросит.

– Нет, тьер Стайни, пособники у этой преступницы есть! И наша наиважнейшая задача всех их выявить и изловить! – сурово припечатал ас-тарх.

А я лишь уныло улыбнулся в ответ. Оно, конечно, здорово, что служащие третьей управы проявляют такое рвение, но в данном случае мне от этого только хуже. Как ни крути, а от того, что я один из пособников леди Энжель, не уйти… Доберутся до нее маги-менталисты – и тут же всплывет мое участие в укрывательстве разыскиваемой преступницы. И Охранка немедленно меня за жабры возьмет. Так что, выходит, лучше бы кто-то действительно взялся освобождать Энжель, иначе привезу я в столицу свой приговор.