Привкус магии - Юлия Сергачева

К тому же любая современная техника погибала в логове коренных магов в считанные дни. Сгорала от перенапряжения или угасала, словно подточенная неведомой болезнью.

Я брел по чужому жилищу, постепенно переполняясь уважением и изумлением. Мне приходилось бывать в домах разных магов, но каждый из них, как мастерская творца, уникален и занятен.

От услуг Агана в качестве экскурсовода я отказался, но за мной увязалась стайка неслышно семенящих разнокалиберных руконогов. С десяток особей тихонько крались по полу и по стенкам, готовые выполнить любой приказ… Вот только чей, невольно задумывался я, пару раз оглянувшись на эту молчаливую стайку, но потом перестал их замечать.

Вспыхнул очередной светильник, демонстрируя полотно на стене – схлестнувшиеся насмерть воины, над которыми пляшет зыбкое желтое марево заклятий, льющихся из слегка покосившейся чародейской Башни на заднем плане.

Я потрогал висящий под рамой амулет – обугленный, тускло поблескивающий металлической окалиной. Пальцы защипало, а глаза на миг заволокло сверкающей пеленой… А вот не надо хватать в чужом чародейском гнезде ничего руками!

Ага! Вот и ковры…

– И ни одного самолета? – разочарованно подумал я вслух, осмотрев все до единого.

На ближайшем ковре, затканном лазоревыми и фиолетовыми цветами, внезапно раскрылись шерстяные глаза. Взглянули неприязненно.

«Юноша! – От беззвучного, будто ворсистого, голоса неудержимо зачесалось в носу. – Да будет вам известно, что любой уважающий себя ковер скорее позволит моли трижды сожрать каждую из своих шерстинок, чем допустит бесстыжее вихляние в небесах!..»

– А есть в этом доме хоть что-нибудь, не говорящее назидательным тоном? – осведомился я в пространство.

Проснувшиеся ковры проводили меня нелюбезными разноцветными взглядами.

Зато в библиотеке, к счастью, все молчало, а помещение поражало размерами и содержимым. «Летопись вочервленных земель», «Зерцало Волхва», «Потребных дел краткий список», «Легенда о Влайе»…

Непременно вернусь.

Попытавшись свернуть в следующий коридор, я споткнулся, зацепившись за что-то, и шарахнулся назад, высмотрев над самым полом здоровенный черно-багровый плетеный жгут охранных заклинаний. Из жгута, словно непокорные волокна, во все стороны торчали здоровенные иглы.

Если бы я не зацепился… Если бы сделал еще пару шагов, холодея, прикинул я.

И обнаружил, что в штанину мою крепко вцепилась пара руконогов, а свободными лапками они пытаются что-то изобразить, одновременно нечленораздельно шипя. Им на помощь подскочил еще один собрат с мелкозубастой пастью, смахивающей на застежку-«молнию». Разомкнулась «молния», и монстрик изрек приятным баритоном:

– Идти черным ходом небезопасно. Ветвь отмерла несколько лет назад. Соблаговолите пройти другой дорогой…

А ведь можно было предупредить и пораньше, а не хватать за штаны, переводя дыхание, с досадой подумал я, но послушно попятился. С другой стороны, и мне стоило быть повнимательнее. Все же фамильное гнездо коренного чародея, а не столичный музей.

От прошлого визита в жилище Магрица у меня остались более чем смутные воспоминания. Тогда я был пацаном, и если что мне и запомнилось, так это мантикоры внизу, возле входа в Башню, и чудовищных размеров меч в одном из залов.

Мантикоры по-прежнему сторожили вход в Башню. Я проходил мимо них через холл. А громоздкий меч с синим клинком все так же висел на цепях на одной из стен дальнего зала. Только теперь на меня гораздо большее впечатление произвел лежащий там же неприметный кинжал с тонким, полупрозрачным лезвием. Если не ошибаюсь, это было настоящее костяное жало «пьющее свет». Большая редкость в наше время.

Не моргнув глазом, я пересек провал в центре залы. На дне провала что-то дремало, свернувшись.

Как и все жилища потомственных магов, дом Магрицев был внутри больше, чем снаружи, и к тому же сдвоенным.

Требуется привычка, чтобы обитать в подобных сооружениях. Здесь второй, а иногда третий слой такой мощный, что в глазах двоится и искажается восприятие. Я сам провел детство в таком доме – поместье Корнила тоже было двойным, – но сейчас то и дело пережидал приступы головокружения, когда видимая деревянная лестница с геометрической резьбой накладывалась на нижнюю каменную с резьбой зубчатой. Или стена, украшенная гобеленами, внезапно плыла, обнажая кладку камней, каждый из которых имел имя. Или вот пол внезапно обрывался в пустоту…

Неприятно. То ли дело честные и простые типовые застройки.

Быстрая тень мелькнула и исчезла на периферии зрения. Руконог спешит по делам? Все равно ощущение пристального взгляда в спину не покидало ни на мгновение. Возможно, воображение разыгралось. А может, действует рассказ Агана, что дом сложен из бывших людей.

Поманив пальцем, я подозвал поближе один из роящихся в воздухе светильников, чтобы повнимательнее рассмотреть поверхность очередного зеркала, втиснутого в нишу. Нет, точно не показалось. И это стекло покрыто, как морозным узором, тончайшей штриховкой запрещающего знака.

Бесполезно пытаться пробить. После первой попытки возле одной из лестниц у меня еще ныли виски.

Любопытно. Все зеркала дома Магрица зачарованы. Хотя, конечно, учитывая ценность его коллекции, это вполне обоснованная предосторожность, но все равно странно…

Ага, а вот зеркало без узоров. То есть не зеркало, а вертикальный пласт идеально отполированного черного камня, забранный в металлическую раму. Рама выполнена в виде переплетения изломанных человеческих фигурок и ощеренных демонических масок.

Отражение шевельнулось под блестящей поверхностью. Четкое, но тусклое, как в темной глади пруда… А ведь это не я. Это незнакомец, хотя и примерно моего возраста. Среднего роста, ничем не примечательное лицо, светлые взъерошенные вихры. Взгляд печальный.

Никогда прежде его не видел. Но встрепенувшийся незнакомец вдруг вывел с обратной стороны гладкой поверхности ряд зыбких, быстро тающих, непонятных значков… То есть понятных, если прочесть наоборот.

– Ноилл! – изумленно сообразил я.

На шее отражавшегося в камне парня вздулся иссиня-багровый рубец. Затем изображение потекло и исказилось.

Да у господина Магрица раритет на раритете, с чистосердечной, жадной завистью думал я, покидая комнату с Зеркалом мертвых. Интересно, что он считает достаточно важным, чтобы хранить в Башне?

Самое время узнать.

Как я и предполагал, все внутренние помещения примыкали к Башне, и в каждой комнате одна из стен была сложена из крупного разноцветного башенного камня. И даже те помещения, что не смыкались с самой Башней, были связаны с ней на уровне энергетических линий. Вообще дом Магрица напоминал дерево со стволом-башней и ветками-коридорами. Корни древа вплетались в землю. Как большинство коренных магов, Магриц был прочно связан со своим логовом, черпая здесь силы. И подозреваю, что основной его стихией была Земля.