Хозяин дома на утесе - Карина Пьянкова

— Нужно послать кого-то на поиски Уокли, — коротко бросил Фелтон.

Я кивнула и отрапортовала без запинки:

— Десять минут назад отправили Кларенса.

Лицо моего любовника посветлело.

— Мэллоун, официально заявляю, что я тебя обожаю.

Нервно захихикал Хиггс и пробормотал ко всему прочему, вы бы хоть не палились. О да, разумеется, фразу шеф выдал провокационную, однако никому не было до нас никакого дела. Все снова вооружались, собирались в отряды… Судя по разговорам, последнее указанное экспертом место уже охранялось.

И тут меня осенило, а после тут же обуял ужас. Под недоуменными взглядами Хиггса и Фелтона я метнулась назад, в наш офис, где оставила не так давно Картрайт и Майка нос с к носу, чтоб хотя бы разобрались в своих проблемах.

Времени эта парочка даром не теряла, и когда я ворвалась в офис, оглушительно громко хлопнув дверью, мой друг со своей бывшей девушкой целовались, причем как-то зло и остервенело. Было даже совестно им мешать, однако любовь любовью, однако убийцу нужно ловить.

Майк тут же отскочил от своей бывшей — или уже нынешней? — залился краской и поглядел на меня едва не с обидой.

— Профессор, скажите, после пятого убийства необходимо провести какой-то ритуал на могиле того, кого планируется воскрешать? — выпалила я, чувствуя как заполошенно стучит в груди мое несчастное сердце.

Амелия Картрайт с очевидным трудом разомкнула припухшие губы.

— Нет. Совершенно ничего не нужно. Приготовления должны быть сделаны заранее, но этого невозможно обнаружить до последнего…

Дослушивать не было нужды, и так узнала все, что хотела: Уокли просто достаточно просто убить пятую девочку — и план осуществится. Черт его знает, чего в итоге он добьется… Да и неважно уже! Главное, предотвратить убийство!

Развернувшись, я побежала прочь, едва не сбив по пути Фелтона и Хиггса, которые следовали за мной.

— Мэллоун, что такое? — тут же спросил меня любовник, удерживая за плечи.

— Он… Ему просто… Просто нужно убить! — почти выкрикнула я, сжимая и разжимая кулаки. — Одно убийство — и больше ничего! И я не видела сейчас в участке Уокли! Он просто дождался нашего приезда, показался — и сбежал закончить ритуал!

Наверное, следовало еще что-то объяснить, рассказать все те выводы, к которым я пришла буквально за несколько секунд. Но меня и так поняли, по крайней мере, Фелтон — точно дошел до всего тут же.

— В мою машину, — скомандовал шеф мне, а после быстро велел Норману: — Всех людей на точку. В темпе!

Вершина последнего луча, пятого, находилась на старом вересковом поле. Я любила там гулять в детстве… Кто бы мне сказал тогда, что спустя много лет я буду ехать в место своих счастливых воспоминаний ради предотвращения убийства. Наверняка бы не поверила.

— Там несколько оврагов, достаточно глубоких, — тихо рассказывала я о том, с чем предстоит столкнуться. — С дороги не разглядеть. Возможно, Уокли… или не Уокли, уже затащил туда жертву, обойдя наших идиотов.

К несчастью, у меня уже не осталось никаких иллюзий относительно личностных и профессиональных качеств своих коллег. Не стоило рассчитывать, что кто-то из наших патрульных перехватит убийцу на подходе.

— Оливия, ты должна знать, что мы можем не успеть, — тихо и преувеличенно спокойно произнес Фелтон. Как психоаналитик на приеме. Мне приходилось иметь дело с подобными мозгоправами после гибели родителей, интонации оказались до дрожи похожие.

Меня затошнило от страха.

Шеф готовил меня к тому, что, приехав на место, мы обнаружим самое худшее. И он был прав…

— Я… Не хочу этого… — выдохнула я, захлебываясь воздухом.

Фелтон кивнул, не отрывая взгляда от дороги. Было так темно, что ничего не из того, что находилось не в свете фар, стало совершенно неразличимо.

— Мы многого не хотим, Оливия, — тихо и размеренно говорил слово за словом мой любовник. — Но приходится иметь дело с тем, что есть.

Наверное, именно так Леонард и говорил себе, когда обнаружил тело своей невесты. Убеждал себя, заставлял примириться с чудовищной реальностью. Не знаю, помогло это моему любовнику или нет, но со мной это не работало.

— Ты считаешь, что мы упустили шанс? Ты считаешь, он убьет пятую девочку? — внутренне содрогаясь, задала я самый важный вопрос.

Несколько секунд тянулось невыносимое молчание, которое будто душу из меня вынимало.

— Да, мы не учли всех возможностей. Не задали эксперту всех вопросов. И из-за этого мы можем потерять еще одного жителя в городе, — озвучил безжалостный приговор Леонард Фелтон все так же спокойно, как и до того. Черт, он даже в лице не переменился! — И с этим знанием нам тоже придется жить. Тебе, мне, все полицейским Кроули.

Жить — наверняка придется. А вот как?!

Я не понимала, как я расслышала этот крик в машине, как различила один приглушенный вопль за шумом мотора и шелестом шин. Наверное, сердцем услышала.

— Стой! — потребовала я. И Фелтон тут же подчинился.

Полицейские, которые с фонариками, которые бродили по вересковому полю, остались позади. Они наверняка тоже услышали крик, но успеют ли они прибежать?

Да и вообще успеет ли кто-то прибежать?

Закричали только один-единственный раз. После снова тишина и безмолвие, только вереск зловеще шуршал на ветру.

Я включила на телефоне фонарик и побежала вперед, но тут же была перехвачена Лео. Он заставил остановиться и идти за ним.

— Ты безоружна! Не высовывайся.

Я хотела уже сказать, что он как бы тоже, однако подметила, как между растопыренными пальцами правой левой руки Фелтона проскакивают искры магии. Он был готов ко всему, в том числе к схватке с преступником.

Всю свою жизнь ненавидела идти позади, особенно, идти позади мужчины. Но моя жажда равенства в этот раз отступила перед здравым смыслом и верой в то, что Леонард Фелтон действительно знает, как следует поступить. Это он, мужчина, сразится с врагом.

— Не высунусь, — ответила я и пошла следом за Фелтоном, который, кажется, вообще, не нуждался в источниках света помимо неверного мерцания звезд.

Не получалось расслышать хоть какой-то шум. Но это у меня не получалось, а вот Лео шел не бесцельно — он знал, куда необходимо идти.

— Уокли! — рявкнул Фелтон внезапно. — Уокли, мы знаем, что вы тут! Сдавайтесь! Немедленно!

Разумеется, никакого ответа не последовало. Его не было бы в любом случае: прячься Уокли в где-то там, среди зарослей, или не прячься. Я замерла на месте, прислушиваясь к тому, что происходило вокруг.

Вот коллеги вдалеке ходят по зарослям, топают как слоны, если не громче. Ветер шевелит траву с шелестом. Фелтон дышит. Отчаянно громко стучит мое несчастное сердце. И каким только чудом я умудрилась вычленить звук, который был инородным среди всей этой какофонии.