Последняя Осень. В осаде - Сергей Савельев

- Я запомню тебя — добавил Варро. Тебя и твой десяток тут и поставим.

Его подчиненный лишь вздохнул, продолжая заниматься делом — но теперь еще более старательно. Теперь еще раз десять проверит каждый кол, прежде чем отправится на отдых. Упавшая прямо перед твоим носом груда хлама, выглядевшая как добротная баррикада — не то, что ему хотелось бы увидеть в момент штурма.

На место работ поспешил посыльный начальника ополчение – Кастер.

- Господин, отойдем чуть дальше, дело деликатное.

- Вот как? – Варро отошел в сторону, оглядываясь по сторонам.

-Бывший мэр…

- Что, бывший мэр? Что-то ему не так? Я напряг все связи, чтобы он вообще не остался на улице.

- Да нет, слишком хорошо устроился… Крестьяне, хоть и мало понимают в войне, но хотят броньку подобротнее, поновее. И бывает, конечно, пытаются кого подмаслить – вино, окорок, сало – ну, всякое заносят тем, кто занимаются складами и снабжением.

- И он – тоже?

- Мой господин, на то можно было закрыть глаза, но…посыльный вздохнул – аппетиты вашего бывшего приятеля растут…

- И который раз уже? -Хмуро спросил Варро.

- Достаточно — поморщился Кастер. - Прикажете вызвать стражу для ареста?

- Ну а что стража. – Варро сурово посмотрел в одну точку - Бывает ведь, Кастер, такое, что человек… И не человек вовсе, а сволочь. Подводит друзей, обманывает, шантажирует. И тут ведь как – Варро поглядывал по сторонам, помолчал немного, ожидая, когда мимо протопает отряд стражи – денег взял, пригрозил, а подсунул дрянь. А парни тут некоторые с деревни молодые, горячие, такого не терпят, правосудия не ждут, берут все в свои руки.

- И что же в нашем городе творится — вздохнул Кастер, собираясь уходить – и ведь много таких, ищи его потом, свищи…

Варро довольно хмыкнул, поняв, что Кастер понял его с полуслова.

- ...Понимаете господин...Инт... Инт.. - Немолодая женщина в крестьянском платье запнулась на незнакомом слове. Она смущенно комкала фартук, повязанный на ее пусть не новом, но по-деревенски добротном платье.

- Интендант — раздраженно поправил ее безобразно толстый мужчина за стойкой. Отстранение от должности на его грузности никак не сказались — видимо, доселе успел неплохо навороваться. Он едва не лежал за прилавком, ощущая себя хозяином положения, в то время как женщина стояла, склонив голову, и не отпуская из не по возрасту узловатых пальцев серую ткань фартука.

- Он у меня единственный сын, господин... Интендант — облегченно выдохнула она последнее слово. - так хочется, шоб бронька покрепче была, а иначе, дадут боги защитят наши дружиннички город... но что ж с того, коли я одна на белом свете останусь?

- Это может коснуться каждого из нас. - пожал плечами тот, меланхолично перебирая стопку стеганых чепцов, бесцельно перекладывая их с места на место.

- Но, я же...

- Ничего не знаю. Начальник ополчения велел в первую очередь снабжать ополчение с пиками. Им предстоит сложная задача.

- Ой, да что вы мне с этими пихарьнерами, я ж не совсем дура слепая. Им то чего, стоят, тычут своими жердинами ажно с того конца, их то и не бьет. Пущай за другими становюцо, да и дело с концом.

- Мне кажется, ты не понимаешь, старая ты завистница, задач, которые стоят перед этими воинами — поучительно тот поднял палец кверху.

- Да и тьфу на этих ваших жерденосцев, кабы знал мой сынок это ваше лево и право, тоже бы стоял себе да в ус не дул. - посетовала та, видимо, на неудачу своего сына.

- Так и что вы предлагаете? Что ТЫ можешь мне предложить? -почти капризно произнес толстый снабженец.

- Ну я ж.… не просто так... Я знаю, что вас подмаслить надобно...-Крестьянка воровато сунула руку во внутренний карман фартука, достав узелок. - Все что есть, только чтобы мой соколик в хорошей броньке был...

Интендант с деланой ленцой заглянул в узелок, после чего, не развязывая, кинул к себе в мошну. На эти серебряные монеты, невесть откуда лежавшие у этой простушки, можно было купить и две кольчуги. А кончится война — и все четыре.

Тот нехотя поднялся, пропав в глубинах склада на пару минут. После этого, подойдя к столу, он бросил на стол кольчугу.Крепкую, плотную, добротную. Звенья расползлись по всему прилавку, подол кольчуги повис на краю стола, грозясь утянуть за собой весь доспех. Крестьянка схватила кольчугу, пряча ее в сумку. Та была склепана плотно, видимо, была снята с какого гнома, после чего пересобрана, чтобы ее мог носить человек, а потому женщина едва не согнулась под тяжестью, а лямки у ее котомки грозились порваться.

- Благодарю вас, добрый человек, век буду помнить вашу доброту! -Крестьянка опрометью выбежала на улицу, захлопнув за собой дверь.

- Что-то только первая за сегодня — недовольно надул губы снабженец.

В это время Кастер проводил взглядом женщину с сумкой через плечо. Та едва не сгибалась под ее тяжестью, но подобная ноша была ей в радость.

- Кому война, а кому мать родная, сукин ты сын.

Крестьянка и ее шестнадцатилетний сын, который едва-едва перестал считаться отроком, жили в небольшом домике, ближе к реке. Далеко не все могли подобным похвастаться — тем не менее, просто им повезло пораньше перебраться в город и занять неказистое, но уютное жилье.

- Вот, смотри что мне у вашего антенданта дали. Прямо как новое. Ржавенькая немного, да это ничего, в песочке поболтаем, как новая будет.

- Тяжелая то какая...

- Тяжелая то тяжелая, но теперь прямо как настоящий воин стал! Да и теперь хоть поспокойней за тебя будет!

-Помоги снять, еще натаскаюсь ее — заныл пухлый и рыхлый юноша.

- Да, конечно, конечно, и так завтра наденешь то муштроваться, и так спина вся занеможет, вот так, под кровать твою положу...

В дверь постучали.

- Кто там? - испуганно спросила женщина- Поди твой десятник, поди филонил, щас вот как заберут тебя нужник чистить,