Утро Судного Дня - Александр Мазин

Да и нет. Один из гостей действительно был китайцем. Маленький сухонький старичок с желтой косицей на затылке. Второй китайцем не был. Тоже невысокий, но крепкий, как правильно высушенное копейное древко. Специальный координатор Хокусай Танимура. И Главный Консультант Президиума Международного координационного Центра по исследованию проявлений феномена спонтанной деструкции доктор социологии Сяо Сянь.

- Здравствуй, майор Грива, - по-китайски произнес доктор Сянь, и по тому, как он это сказал, Грива понял, что общая беда китайского народа его не коснулась.

- Тайный советник Грива, - поправил Артём. - Наш контракт расторгнут.

- Расторгнут, - согласился Сяо Сянь. - Мы получили уведомление и не стали его оспаривать.

«Еще бы вы его оспаривали», - подумал Грива.

- Но нам бы хотелось попросить тебя, господин тайный советник Грива, об услуге, я бы даже сказал - о помощи.

- Хотите, чтобы я принял участие в ваших переговорах с Китаем?

- Переговоры закончены, - спокойно сказал доктор Сянь. - Четыре часа назад между нами было подписано соглашение о снятии взаимных претензий. Новое руководство страны принесло свои извинения за случившийся инцидент. Обе стороны согласны восстановить положение, имевшее место до начала конфликта. В связи со сложным положением Китайской Народной республики Комитет отказался от каких-либо контрибуций. Прошу рассматривать мои слова как официальное заявление.

- Как представитель Российской Империи, союзника Китайской республики, я выражаю радость по поводу столь щедрого решения Комитета! - таким же официальным тоном произнес Грива.

Он и впрямь был рад. Да и в правительстве наверняка обрадуются. Воевать с «Алладином» то еще удовольствие. Правда, в военном министерстве ликования не будет. Генералитет уже нацелился поиграть в войнушку.

- Чем же моя страна может помочь Комитету, если война закончена? - спросил Грива. - Сообщите мне - и я доведу вашу просьбу до Государя Императора.

- Твоя страна - ничем, - ровным голосом произнес доктор Сянь. - Ты - можешь.

- Артём, - по-русски сказал Хокусай Танимура. - Помоги. Пожалуйста. Он ожил.

- «Пессимист»? - Грива невольно понизил голос, словно его могли подслушать.

- Да. Все очень плохо, Артём. Пока это касается только «Алладина», но очень скоро затронет всех. Все человечество. Пожалуйста. Любые условия...

- Условия я хочу обсудить с вами наедине, Танимура-сан, - быстро сказал Грива. - Прошу вас - в мой кабинет. Доктор Сяо, вам придется подождать. Не возражаете?

- Разумеется, - на сморщенной желтой мордочке Сяо Сяня не отразилось ничего. - Только прошу учесть, тайный советник, что господин Хокусай Танимура больше не специальный координатор... - Доктор Сянь сделал небольшую паузу. Театральную. - Шесть часов назад господин Хокусай Танимура был избран кризисным директором Международного координационного Центра по исследованию проявлений феномена спонтанной деструкции с неограниченными полномочиями впредь до особого распоряжения Президиума Центра.

- А как насчет «Алладина»? - поинтересовался Грива. - Кто теперь командует там?

- Кризисный директор Хокусай, естественно, - доктор Сянь сделал вид, что удивлен вопросом. - Комитет - одно из подразделений Центра.

«Очень интересно, - подумал Артём. - У вас поменялась власть. Хвост больше не вертит собакой?» Но вслух он сказал:

- Тем лучше. Значит, господин Хокусай обладает всеми необходимыми полномочиями. Прошу вас, господин кризисный директор.

- Рад за вас, Танимура-сан! - тепло произнес Артём, когда дверь его кабинета закрылась.

- Не могу сказать того же, - проворчал бывший специальный координатор. - Все очень, очень скверно, Артём. Говори свои условия. Мы примем любые.

- Никаких условий, Танимура-сан! Я же ваш должник! Просто расскажите, что произошло и чем я могу помочь.

- Произошло страшное, Артём, - Грива видел, что Хокусаю нелегко дается этот спокойный тон. - Мы должны были его уничтожить, - виноватым голосом произнес он. - Я должен был настоять... Я не сделал этого. Теперь он очнулся, Артём! Антарктической базы «Алладина» больше не существует.

- Не понял? А «Головастый»?

- «Головастый» либо заблокирован, либо уничтожен. Никакой связи с базой больше нет. Весь персонал мертв. Поступление информации прекратилось через четыре минуты после его пробуждения. Мы видели, что происходило на базе. Я просмотрел всё, кроме его записи.

- Почему - кроме?

- Ему больше не нужен прямой контакт, Артём. Восемь наших сотрудников, просмотревших запись пробуждения, покончили с собой.

- Я хочу видеть эту запись! - заявил Грива.

- Мы ее привезли, - с готовностью ответил Хокусай.

Грива активировал компьютер. Вложил в щель «таблетку» с записью. Помедлил немного... Все-таки это могли быть последние минуты его жизни.

«Царю Небесный, Утешителю. Душе истины, Иже везде сый и вся исполняли, Сокровище благих и жизни Подателю, прииди и вселися в ны, и очисти ны от всякия скверны. И спаси, Блаже, души наша...»

Раздался легкий хрустальный звон.

Грива открыл глаза.

Вызов. По закрытому правительственному каналу. Адресат не опознан.

Немного поколебавшись, Артём открыл доступ. Наверное, ему просто хотелось чуть-чуть отложить опасный просмотр.

На экране возникло бородатое лицо. Миша Лебедкин. Вернее, тот, кто скрывался под его именем. Парализованный китаец. Интересно, как...

- Здорово, Тёмка! - с бодростью, удивительной в парализованном человеке, сказал...

Черт! Это был настоящий Лебедкин.

- Мишаня, это ты? - Грива немного растерялся. - Живой?

- А почему я должен быть мертвым?

- Видишь ли, дорогой, - Грива уже взял себя в руки, - совсем недавно кое-кто, очень на тебя похожий, попытался меня прикончить.

- Разбудить, - сказал Лебедкин.

- Что?

- Если бы шифу хотел тебя прикончить, он бы так и сделал. Он хотел тебя разбудить. У него получилось?

- Затрудняюсь тебе ответить.

- А сам он что говорит?

- Он не говорит, - с долей сарказма ответил Артём. - Извини, дорогой, но я ему шею сломал.

- Вот даже как? - Миша Лебедкин ухватил себя за бороду, нахмурился. - Он жив?

- Жив. Насколько я знаю, его готовят к операции. Прогноз благоприятный...

- Никаких операций! - воскликнул Лебедкин. - Он - сам! Прикажи, чтобы его не трогали!

- Миша, я не собираюсь заниматься твоим шифу, - холодно произнес Грива. - Видишь ли, у меня есть другие дела...

- Какие дела! - перебил его Лебедкин. - Он тебя разбудил! Ты еще не понял?