Принцесса и ее рыцарь - Ксения Чайкова

С утра застав у нее Ариана, я чуть не умер на месте, хотя и прекрасно знал рыцаря, а также отношение к нему Ксенон — мягкое, заботливое и сестринское. Тем не менее вид мирно беседующей парочки мигом меня обозлил, а откровенные намеки гадкой девчонки довели до бешеной ярости, похоже здорово напугавшей всех окружающих. Сидя за столом, я то и дело ловил на себе нервные и настороженные взгляды хозяев и постояльцев гостиницы.

— Ариан, а когда у тебя свадьба? — мягко поинтересовалась девчонка, с интересом выслушав краткую лекцию, посвященную родословной рыцаря.

— Зимой! — радостно отозвался он.— И я вас приглашаю! Разумеется, вас обоих!

— Спасибо,— мечтательно улыбнулась она, с какой-то непонятной отрешенностью глядя за окно.— А ты, Эло, мешок приготовил?

— Какой мешок? — удивился я.

— В который будешь заталкивать меня головой вперед, дабы насильно везти в Город-под-Кленами! — как-то даже весело и азартно объяснила иномирянка, иронично косясь на мгновенно смутившегося рыцаря, который уже догадался, что присутствует на нашей с Ксенон личной разборке.

— Нет, но сейчас же отправлюсь за ним! — Я решительно поднялся и направился вон из зала, с трудом сдерживая холодную ярость, до которой иномирянка в последнее время так легко настропалилась меня доводить.

Да что это за девка в конце концов?! Я же не на минутное развлечение в постели ее зову — замуж! А она еще характер показывает! Сама же жаловалась, как испугалась, когда ей в женихи деда подсунули. Так чем ее не устраивает наследный принц?!

— Погоди! — Ксенон догнала меня уже во дворе, с разлету обхватила за плечи и развернула к себе.— Ты в самом деле уверен, что хочешь на всю жизнь связаться со столь сомнительным сокровищем, как я?!

Я холодно смерил ее взглядом, но она спокойно выдержала его и смотрела в ответ совершенно серьезно и даже как-то равнодушно, словно со стороны наблюдала происходящее, не имеющее к ней никакого отношения.

— Иначе будет мешок, я правильно поняла?

Правильно, правильно. Умная девочка! Я буквально видел, как лихорадочно мечутся мысли под ее высоким лбом, прикрытым встрепанной челкой, просчитывая все возможные варианты и линии поведении.

— Почему? — Иномирянка отпустила меня и уселась на крыльцо.— Я просто пытаюсь понять — почему?! Что тебе нужно?

Хороший вопрос. Я и сам не знал. Просто хотел, чтобы она была рядом, и терялся в догадках, как еще можно привязать ее к себе... Ксенон же, рассеянно водя пальцем по столбикам перил, продолжала тихо рассуждать, словно бы и не обращаясь ко мне, а разговаривая сама с собой:

— Конечно. Ситуация патовая. В этом мире у меня нет никого, кто бы защитил и заступился. Обо мне теперешней никто не знает, а значит, не заволнуется и не заинтересуется, куда я пропала и что со мной случилось. Ты и впрямь можешь сволочь меня в Город-под-Кленами в мешке, меня никто не хватится... Тем более что ты элементарно сильнее. Кроме того, в этом мире осталось еще слишком много неизвестного и непонятного для меня, За незнания я легко могу поплатиться головой... Ладно. Не буду позориться и лишний раз демонстрировать свою слабость. Я поеду с тобой сама, спокойно и без скандалов. Но я тебя предупреждаю: вполне вероятно, ты вскоре пожалеешь об этом!

— Ты... поедешь?

— Куда я денусь? — девчонка спокойно встала и повернулась к дверям, изящно избежав моей попытки обнять ее. — Но я тебя предупредила... Подумай еще раз, так ли тебе это нужно?!

Бах! Входная дверь оглушительно хлопнула, за ней послышались легкие удаляющиеся шаги — Ксенон бросилась едва ли не бегом, потом заскрипели ступени лестницы, и вот девчонка уже выглядывает из окна своей комнаты. Убедившись, что я стою на прежнем месте и тупо смотрю ей вслед, иномирянка подбодрила меня;

— Подумай еще раз...— И вновь скрылась.

Послышался собачий лай. Я со вздохом дернул входную дверь и зашагал к девчонкиной комнате, сам толком не зная, что хочу сделать, как следует отшлепать или расцеловать ее. Еще на лестнице я услышал искренний счастливый смех иномирянкя, которым она так редко баловала окружающих — чаще всего ее положительные эмоции выражались на редкость ехидным хихиканьем или кривой полуулыбкой. Войдя в комнату, я замер. Девчонка лежала на полу, а вокруг нее весело скакала ее собачина, напрыгивая лапами на грудь своей хозяйки и тут же дурашливо шарахаясь в сторону. Иномирянка со счастливым смехом и веселыми взвизгами пыталась поймать своего пса, старательно не дающегося в руки. Но меня удивило не это. Глаза Ксенон, спокойно-серые во время разговора на крыльце, теперь были пронзительно-голубыми, как летнее небо над Городом-под-Кленами. Пришлось признать то, что раньше я предпочитал не замечать — ее глаза и впрямь меняли цвет. Ксенон повернула голову и беззаботно улыбнулась:

— Ну что?

— У тебя глаза... голубые...— удивленно констатировал я, садясь на пол рядом.

— Ну да! — безмятежно отозвалась она.

— А раньше были серыми...

— Просто сейчас, возясь с Шэром, я по-настоящему счастлива,— спокойно пояснила Ксенон, садясь и пытаясь пригладить растрепанные кудряшки. Псина тут же влезла к ней на колени, норовя лизнуть в отстраняемое со смехом лицо.— Они меняют цвет в зависимости от настроения, вот такая подлость природы. Так что ты решил?

— Неужели ты думаешь, что я сам предложил, а теперь откажусь?

— В глубине души я надеюсь на это,— мягко отозвалась она,— но вообще-то сомневаюсь.

— Почему?

— Ну... Ты хоть и принц, но особым благоразумием, надо заметить, не отличаешься. Это ж надо выдумать — звать замуж почти постороннюю, на редкость склочную и капризную девицу! Извини, конечно, но умом и здравым смыслом тут и, не пахнет... Причем если уж за двести лет ты не поумнел, то и вдальнейшем на это надеяться явно не стоит... Кроме того, я не знаю, хочу ли связываться с тобой, ведь у тебя есть один очень серьезный недостаток: ты не умеешь раскачивать качели! Вот Ариан в этом плане молодец, ты бы поучился у него, что ли...

— Проклятая девка! — У меня помутилось в глазах от ярости, вызванной не столько содержанием, сколько на редкость язвительным и дерзким тоном отповеди и особенно ее ехидным завершающим аккордом.

Похоже, она забыла, кто есть кто! Надо поучить наглую иномирянку, дабы впоследствии избегать подобных досадных недоразумений. Я мигом оказался за спиной Ксенон, одной рукой поймал в захват ее запястья, а другой прижал к нежной шейке кинжал и ласково шепнул на ушко, украшенное сережкой-гвоздиком в виде крохотного бриллиантика, переливающегося как капля росы на солнце:

— Нет, моя милая, так дело не пойдет! Скажи, что любишь меня! Ну! А то убью! Скажи, что любишь, иначе и впрямь зарежу! И мне за это ничего не будет! Как ты сама справедливо заметила, тебя даже искать не начнут!

— Я тебя ненавижу! — сладко выдохнула она мне в лицо, с бесстрашной улыбкой запрокидывая голову.