Поход в никуда - Анатолий Дубровный

Лиша засопела, она не могла поверить, что её храбрая сестра испугалась, Листик это поняла и пояснила:

– Он с помощью своих куполов набрал большую силу, и мы с тобой с ним не справимся. Он с нами тоже…

– А почему? – тут же спросила рыжая малышка, Листик засмеялась:

– А не догонит, мы быстрее бегаем!

– Ага! – Лиша заулыбалась и, поглядев на серые тени, висящие над зелёным морем джунглей, спросила: – А деревья? Если лувокки едят всё, почему они не съели деревья?

– Не знаю, – пожала плечами Листик, – может, здешние растения ядовитые, может, есть какая другая причина. Здесь нет никаких зверей, только вот такие зелёные джунгли. Весь мир покрыт такой зеленью, морей и океанов нет, только ближе к полюсам нет растительности. Там каменистая пустыня, но и туда лувокки залетают.

Лиша не успела задать новый вопрос, её внимание привлекло происходящее над участком леса, где клубились серые тени. Они остановились, прекратив своё беспорядочное движение, и стали чёрными. От спустившихся ниже лувокков к джунглям потянулись такие же, как они сами, чёрные жгуты-щупальца. Листик удовлетворённо кивнула:

– Нашли и начали грызть. Судя по тому, что Тарун не бросился сразу убегать, он не знает, что лувокки могут прогрызть его защиту. Что ж, подождём ещё немного.

– Ага, – сказала Лиша, казалось, ожидание утомило её, тем более что ничего интересного не происходило. Ну стали серые тени чёрными, а у них появились щупальца. Издалека это впечатления не производило, и Лиша задала очередной вопрос, переключившись на другую тему:

– Листик, а этот маг, которого я там, на дороге, поймала… Он же очень сильный был, а Рамана говорила, что он троечник. Ты же говорила, чтоб стать сильным магом, надо много учиться, а троечник – это тот, кто не учится. Ведь так?

– Масин фон Крунов, – задумчиво начала Листик, – студент-троечник, учился на курс старше меня с Милисентой, факультет некромантии. Компанейский парень, участвовавший во всех студенческих пирушках и посиделках, но всегда приходивший на готовое, как-то на это внимания не обращали. Почти всегда душа компании, готовый поделиться свежими новостями, больше похожими на сплетни. Поделится с тобой сплетнями о других и с другими о тебе, в постоянном поиске – где бы заработать, но так, чтоб особо не напрягаться. Представив меня будущему директору кабаре «Золотой Дракон» как художницу, он с этого простоватого полуорка потом взял плату за то, что нашёл для него нужного мастера. Тогда Масин ещё и сильно обиделся, что его не угостили, в смысле не налили. Дядюшка Гром хоть и простак, но на халяву не наливал, да и сейчас не наливает. Я тебя как-нибудь туда свожу, ну, в кабаре «Золотой Дракон», оно и сейчас работает, там такое мороженое вкусное! А дядюшка Гром по-прежнему его директор, такой солидный стал. А Масин… Я думала, он бедный, потому и заработок ищет, но потом узнала, Милисента рассказала, ему из дома достаточно присылали, а он всё время бедным прикидывался.

– А откуда Милисента узнала? – поинтересовалась Лиша.

– Милисента тогда ещё принцессой была, принцессой-наследницей, её хотели убить. Вот она и относилась ко всем новым людям с недоверием, проверяла. Её понять можно, когда детство и юность в сплошных покушениях, поневоле осторожной будешь. Мы тогда представлялись как жительницы отдалённого баронства.

Листик улыбнулась, видно вспоминая, а Лиша насупилась:

– Его не силы лишать надо было, а совсем убить!

– Это легче всего сделать, да и не за что его было убивать. Слабый человек, хоть и маг, поддался соблазну. Он всю жизнь завидовал другим, более успешным, но сам, чтоб достичь успеха, усилий не прилагал. А тут… Всё сразу и за, как ему казалось, очень малую плату. А лишить мага силы… Для него это страшнее чем смерть, но Масина всей силы не лишили, немного оставили, теперь у него уровень сельского знахаря. Как раз для той деревни лысых атаманов, – хихикнула Листик и, став серьёзной, добавила: – Если он будет использовать свои оставшиеся способности не во вред людям, скажем, будет их лечить, Милисента вернёт ему силу…

– Листик, смотри! – закричала Лиша, показывая на разлетевшиеся в стороны чёрные тени. Их распугал, а может, просто отбросил огромный огненный сгусток, поднявшийся над джунглями. Лиша уже не предлагала напасть, а смотрела с некоторой опаской, которую она и высказала Листику: – Смотри, какой здоровый, наверное, очень сильный, как с таким справиться?!

– Ага, большой, – согласилась Листик, – но размер не всегда имеет значение, в данном случае – соответствует силе. А этот Тарун достаточно сильный, но то, как он попал в свою же ловушку, говорит, что он не достаточно умный… Не может такого быть, чтоб он не знал здешних особенностей, раз здесь прятаться решил и засаду устраивать.

– Ага! Хитрый! – вставила рыжая малышка, её старшая сестра кивнула:

– Хитрый, но это не значит умный. А ещё очень самонадеянный – подманить лувокков и сидеть среди них… Это надо быть очень глупым или считать себя очень могучим.

– Ага, очень могучий, – согласилась Лиша, подтверждая слова Листика, и сделала вывод: – Поэтому не будем нападать сейчас, но он очень самонадеянный, обязательно во что-то ещё вляпается, тогда и нападём! Правильно?

– Там посмотрим, – кивнула Листик, внимательно глядя на огненный шар, зависший над зелёным морем джунглей. Вокруг него чёрными тенями метались лувокки. Листик прокомментировала: – Огненная защита – единственная, которую лувокки не могут прогрызть. Но, поддерживая такую защиту, в ульм невозможно прыгнуть.

– Ага! – понятливо кивнула Лиша. – Снять защиту не может, потому что эти страшные и чёрные нападут, а убежать не получится – защита не пускает! Совсем глупый, попал в такую ловушку!

– Посмотрим, как он из этого положения выпутываться будет, – предложила Листик, а Лиша поудобнее устроилась в воображаемом кресле. Некоторое время ничего не происходило – огненный шар висел, не предпринимая никаких действий, а затем поплыл над джунглями, сначала медленно, а затем всё быстрее, и быстрее. Листик и Лиша, не выходя из межпространства, последовали за Таруном, при этом рыжая малышка не поменяла своего положения, словно и дальше продолжала сидеть в мягком кресле. Глянув на сестричку, Листик покачала головой, то ли осуждая, то ли высказывая одобрение, Лиша уже достаточно хорошо освоила перемещение в ульме, но делала это слишком небрежно. А Тарун, разогнавшись, опередил лувоков и, бросив в них свою огненную защиту, ушёл в ульм.

Гонки в межпространстве продолжились: Тарун снова уходил мелкими прыжками, время от времени выныривая из ульма в надежде, что преследователи потеряют бдительность и вывалятся прямо ему в руки. Листик и продолжавшая развалившись сидеть в воображаемом кресле Лиша останавливались вне досягаемости щупов Таруна. Видимо, это надоело куполостроителю, и он, не выходя из межпространства, сделал несколько резких поворотов, Листик и Лища повторили эти действия. После одного из уж очень крутых поворотов окружающий девочек серый туман сменился буйством красок.