Невеста ветра - Наталия Осояну

…вздрогнув, Эрдан проснулся — он и не заметил, что задремал. Стоило шевельнуть ногой, как ее тотчас пронзили тысячи иголочек, и корабел, не сдержавшись, помянул кракена — приближался очередной шторм.

— Будет буря, и очень сильная, — послышался хриплый голос Кристобаля. Эрдан поднял голову и невольно вздрогнул: такого выражения лица он еще ни разу не видел у молодого магуса. Кристобаль, исхудавший и заросший многодневной щетиной, смотрел на него с испугом, который тщетно пытался скрыть. — Тебе бы стоило попросить Велина… вдруг что-то можно сделать?

— Нет, — ответил Эрдан. — Многие пытались, но это следы… неудачного падения, которое случилось слишком давно. Э-э… ты как?

— Бывает лучше… — Магус сел на койке и сразу же зажмурился. — Голова кругом идет… Как ты догадался, что меня нужно связать?

— Читал когда-то в одной книге, — сказал Эрдан. Кристобаль хмыкнул, но не стал уличать корабела во лжи, хотя прекрасно ее почувствовал. — Я все сделал правильно?

— Да. Только вот наговорил всяких глупостей…

— Скажи лучше, почему ты сам не предупредил нас о Фениксе?

Раздался тяжелый вздох.

— Нет, это ты скажи, отчего я почувствовал всю боль, которую ощутила «Невеста»? Не отголосок, как раньше, а всю. Полностью. От начала до конца, без остатка… — Магус горько рассмеялся. — Впрочем, нет…

Он посмотрел на свои руки, словно впервые их увидел.

— Это такое странное чувство… Я гляжу на тебя, а вижу море и скалистый берег. Умираю от голода — но мой желудок полон рыбы. Я могу сейчас точно указать тебе любое направление… ох! Как будто у меня в голове сразу и компас, и карта всех морей, где мы побывали…

— Где мы сейчас находимся? — спросил Эрдан. Они втроем определили это в первый же день. Корабелу хотелось, чтобы магус ошибся, но тот сказал быстрее, чем осознал свой ответ:

— Мы у северной оконечности Рокэ… — Он сжал голову ладонями и ошеломленно уставился на мастера-корабела. — Откуда я это знаю?

«Вот как все получилось…»

— «Невеста» знает, что мы вернулись к тому же острову, только севернее. Она делится с тобой знаниями и ощущениями. Вы теперь гораздо ближе друг другу, чем раньше. Это все из-за молнии.

— Из-за молнии? — взгляд Кристобаля затуманился. — Я н-не помню.

— Был шторм, — подсказал корабел. — Молния ударила в мачту, и я решил, что мы все покойники. А потом ты заставил «Невесту» закрыть люки и нырнуть… вспоминаешь? Когда мы всплыли, то оказалось, что мачта все еще волочится следом. Я сказал, что ее надо обрубить…

— Я н-не… не пом… — Резким движением магус развернулся лицом к стене и, уткнувшись в нее, застыл. Его плечи вздрагивали; Эрдану показалось, что Кристобаль вот-вот разрыдается. Этого не произошло, но корабел только теперь начал понимать, что произошло с его учеником и «Невестой ветра» в ночь шторма.

«Заступница, что я наделал!»

— Давай-ка разберемся для начала, что ты получил ичего лишился, — проговорил он, борясь с подступающей паникой. — Твои чувства теперь не такие, как у обычного человека… э-э, магуса… и даже как у заурядного навигатора, так?

— Да, — хмуро ответил Кристобаль после недолгого молчания. — Я постоянно слышу… — он махнул рукой, какбудто хотел указать на что-то у себя за спиной. — Слишком много разных звуков и мыслей. О чем думаете вы трое… как кричат чайки над мачтами… как плещется вода у борта. Это словно шепот, многоголосый шепот со всех сторон. Ты ведь ничего подобного не ощущаешь?

Мастер-корабел покачал головой. Для него в каюте было совершенно тихо.

— Но это не мешает мне с тобой разговаривать, — подытожил магус. — Ну… как обоняние не мешает зрению. Говоришь, это ощущения «Невесты» смешиваются с моими?

— Тогда, во время шторма… ты разве не почувствовал, что изменился?

— Я не помню, что произошло во время шторма, — Кристобаль криво улыбнулся и развел руками. — После твоего рассказа что-то начало проясняться, но… нет, я ничего не помню. Возможно, желание спастись так сильно мною овладело, что… — Он замолчал, нахмурившись. Должно быть, подумал о том же, что пришло в голову Эрдану.

— Это было не твое чувство, — сказал мастер-корабел, видя, что его ученик продолжает молчать, уставившись перед собой остекленевшим взглядом. Сказал — и тотчас же ощутил себя безжалостным палачом, но все-таки договорил: — Не твое, а «Невесты ветра». Спасаться, позабыв обо всем, могут только животные.

— Я ведь не забыл о вас… — пробормотал Кристобаль, но возражение прозвучало неубедительно — он, должно быть, и сам это понял. Все спаслись, потому что так сложились обстоятельства, а если бы кто-то не успел спрятаться в трюме…

«Моя вина… — подумал Эрдан, глядя на растерянного магуса. — Сделал из хорошего навигатора, славного парнишки кракен знает что. Теперь ему долго придется привыкать к новым чувствам, и только Заступнице ведомо, получится ли. Такого ведь еще ни с кем не случалось…»

— Ты хотел стать хорошим навигатором. — Корабел осторожно коснулся плеча магуса. — Хотел чувствовать корабль. Боюсь, теперь ты не просто хороший навигатор, а единственный в своем роде…

Кристобаль взглянул на него так, что Эрдану захотелось провалиться на самое дно океана. «Заступница, этот мальчик слишком хорош для меня, я не заслуживаю такого доверия…»

— У тебя есть теперь все, что душе угодно, — продолжал он, хотя сам не верил в то, что говорил. — Ты молод и силен, можешь заставить свой фрегат делать такое, что имперским капитанам и не снилось, — остается лишь набрать команду. Ну, перед этим придется как-то раздобыть деньги… и можно приступать.

— К чему? — глухо спросил Кристобаль.

— К мести, — ответил Эрдан. — За свой клан и за всех, кого Капитан-Император отправил к Великому шторму. Ты ведь этого хотел?..

Магус устало упал на постель; его лицо было безжизненным, а взгляд — пустым.

— Да, хотел. Но теперь мне все это кажется таким… далеким. Я… я не смогу ничего делать, пока не пойму, кем стал.

Мастер-корабел кивнул.

— У тебя достаточно времени.

«…хотя порою не хватает всей жизни», — закончил он про себя.

Слово за слово, Эрдан рассказал Эсме не только историю Лайры и Камэ, но и кое-что из собственного прошлого — впрочем, ничего особенно важного не выболтал. Целительница слушала, склонив голову набок, иногда вставляла шутливые замечания, и неожиданно мастер-корабел понял, чего ему так сильно не хватало последние годы.

Он устал все время слушать. Хотелось хоть иногда поговорить самому.